Рецензии на книги

Рецензии на книги | Шок сталинского наркома от перестройки

Сейчас у нас модно стало изучать историю страны по художественной литературе… или еще хуже — по мнению говорящих дяденек из ютуба.
Впервые эту книгу я взял в руки 15 лет назад. Она мне попалась в местной библиотеке — правда урезанная.
Моё личное впечатление:
Мне книга понравилась, не так как с Молотовым, но тоже неплохо. хотя некоторые историки (им виднее же!) про эту книгу и не в курсах))
Конец 80-х годов, Каганович — старик за 90 лет, почти не ходит, плохо видит, получает маленькую пенсию и тихо доживает свой век, его навещает дочь и писатель Чуев. Из бесед Чуева с Кагановичем и состоит эта книга. И этот старичок «вершил» судьбами мира? В его квартиру периодически ломятся дети расстрелянных наркомов и всякая демшиза.

Настоятельно рекомендуется к прочтению в качестве противовеса тем домыслам, которые идут из СМИ.

По традиции, цитаты из книги!

В введении раскрывается вся суть перестройки:

Более трех десятилетий работал он рядом с Великим Вождем, знал его, как говорят, досконально, виделся ежедневно, и вместе с Иосифом Виссарионовичем воздвигал могучее здание Большой России, с мнением которой считался весь мир.
И дожил до жалких подачек, фронтовых пайков американских солдат, которые не успели они съесть в Аравийской пустыне, набрасываясь, как шакалы, на Саддама Хусейна, и теперь шлют нам как нищенское подаяние, цинично не скрывая: все равно через полгода кончается срок годности этих продуктов…
Оккупанты подкармливают побежденных без единого выстрела русских!
— При Сталине страна была бедная, — говорит наш герой, — но в магазинах что-то было.

Про репрессии:

Всего двадцать лет прошло после революции, были живы и белые офицеры, и кулаки, и нэпманы… Вы считаете, был контрреволюционный заговор в тридцать седьмом году?
— Был! Был! — горячо восклицает Каганович. — И готовили террористические акты.
— Была ли у Сталина в последние годы болезненная подозрительность? — спрашиваю. — Ходят такие разговоры.
— Я думаю, что после таких переживаний… Мы не наблюдали таких перемен, но видели, что он стал какой-то более суровый. В первые годы Сталин был мягким человеком… При Ленине, после Ленина. Много пережил.
В первые годы после Ленина, когда он пришел к власти, они на Сталина набросились. Многое пережил в борьбе с Троцким. Потом якобы друзья — Бухарин, Рыков, Томский тоже набросились на него. Врагов, ненавистников у него было много. После этого — «шахтинское дело», Промпартия…
Трудно было не ожесточиться… Невозможно.
Международное положение. А ему надо было вести страну спокойно, уверенно. Сколько переживаний! Пятая колонна была у нас. Пятая колонна была. Если бы мы не уничтожили эту пятую колонну, мы бы войну не выиграли. Мы были бы разбиты немцами в пух и прах.
Россия была бы отброшена, как татарским игом, на много веков назад. Вот это надо людям растолковать, растолковать. При этом, конечно, мог измениться и характер. И ошибки были. Но надо же знать главное, главный итог. А главный итог в том, что мы не только вышли из такой войны победителями, Сталин оставил такое наследство, что наша страна во всем мире поднялась на достойную Державы высоту!
Россия — победительница!

Про Храм Христа Спасителя

 А как насчет храма Христа Спасителя?
— Были предложения снести дом Коминтерна на Манежной площади, возле Кремля, взорвать, — говорит Каганович. — Но слишком близко. Потом Калинин сказал, что есть мнение архитекторов — строить Дворец Советов на месте храма Христа Спасителя. Это было предложение АСА — Союз архитекторов так назывался. Еще в двадцать втором, двадцать третьем, двадцать четвертом годах Щусев и Жолтовский предлагали поставить Дворец Советов на месте храма Христа Спасителя, говорили, что храм не представляет художественной ценности. Даже в старину так считали.
Другая ценность — что народ собирал деньги. Но даже Щусев и тот не возражал, говорил, что храм бездарный. Представляли проект именно на это место. Я же предлагал на Воробьевых горах. Когда проявились мнения, решили, что идея Щусева хороша — недалеко от Кремля, на берегу Москвы-реки, место хорошее. Я лично сомневался. Скажу откровенно: я никогда не руководствовался в своей работе национальными мотивами. Я интернационалист. Я исходил из того, что это решение вызовет прилив антисемитизма. Поэтому я и сомневался и высказывал сомнения.

Про Бухарина:
Рассказываю об одном эпизоде этой программы. Пожилой человек, жертва культа, спрашивает у бывшего чекиста, охранявшего Бухарина на процессе, Алексеева: — Вы видели живого Бухарина?
— Видел? Я его вот так водил! — ответил Алексеев.
— Но вы же знаете, их там били!
— Кто их бил? Их и бить не надо было, они и так во всем признались!

Каганович считает, что мы могли проиграть ВОВ:
Мы могли только проиграть войну

…— Сейчас считают, что наша победа, — говорю я, — это не победа, если потеряли больше двадцати миллионов. Кровавые руководители, которые верили Гитлеру…
— Все дело в том, что в таком окружении фашистском, в каком была наша страна, в такой отсталости, как наша страна, она иначе чем проиграть любую войну, не могла. Только проиграть! За несколько лет попытались технику, промышленность и, особенно, сельское хозяйство поднять. После такой неожиданной атаки, которую получили от Гитлера, мы сумели при поддержке наших союзников быстро оправиться, эвакуировать пятнадцать миллионов людей, несколько тысяч заводов на восток. Транспорт должен был выдержать такое и к концу войны выйти так, чтоб мы могли выставить тысячи орудий, танков, самолетов. Вот, коротко говоря, гениальность и талант мобилизации всех сил на это дело.
Царь имел армию большую, а проиграл войну. Почему? Потому что страна была отсталая. Хлеба было мало, армия голодала, армия была безоружна, потому что та система хозяйства не могла противостоять системе хозяйства Германии. Вот и проиграл царь войну, Россия проиграла с огромными жертвами.

Мы стали бы колонией
1939 год.
Теперь кричат: «Какая подлость! Какая наглость!» А мы выиграли время. А Брестский мир был лучше? Мы выиграли время.
— Говорят, что не сумели его использовать.
— Не сумели? Слава Богу, что мы накопили, подобрали. Где мера — правильно иди неправильно? А кто бы лучше сделал? Кто бы мог?
— Бухарин бы лучше, говорят.
— Тогда бы мирным путем пошли к фашизму. Мирным путем.
…Мы стали бы колонией. А Сталин это понял. В этом его величие. Величие Сталина в том, что он понял историческую необходимость. Тут воздействовала воля руководства, воля партии, воля народа.
Они, эти идиоты, читают философию, форменные идиоты, и не понимают. Вы смотрите, никто даже не употребляет слов «детерминизм» и «индетерминизм». Однако, это великое дело. Или — форма и содержание. Ведь в чем слабость нашей молодежи? В том, что она формой подменяет содержание. А говорят что: при царе было так-то, сейчас так-то. А содержание-то другое. Форма может быть одна. И там полиция, и у нас милиция. Там армия, и у нас армия. Однако, надо в содержание смотреть. Содержание — главное.

О коллективизации.

— Вас обвиняют в том, что вы проводили ее насильственно.
— Это не так. Коллективизация шла снизу. Когда народ увидел технику, трактор, он пошел в колхозы. Я выступал и говорил, что трактору межа не подходит.
Другое дело — перегибы. Каждый секретарь старался отрапортовать. Так, в Москве до меня был Бауман. Он доложил о семидесятипроцентной коллективизации. Когда устранили перегибы, осталось только семь.
Другое дело, что не нужно было укрупнять колхозы, что сделали потом, после Сталина. И кооперацию не нужно было ущемлять. Я не успею уже, но мне хотелось бы написать об историческом развитии России. Говорят: наш исторический выбор — социализм.
Не мы выбирали социализм, а он нас
Это неверно. Не мы выбирали, а нам деваться было некуда. Вы проследите тысячелетний путь России — мы же чудовищно отстали от Запада! Почитайте, что говорили декабристы, Герцен о свержении самодержавия. И вот в нашем веке уже империалисты втянули нас в мировую войну в собственных интересах. Россия стала бы в итоге полуколониальной державой. Керенский жаловался, что он столько сделал для союзников, а его не пригласили на Версальскую конференцию. Сейчас нигде не ругают империализм, все забыли, как они с нами поступали, какая интервенция была. Говорят, мы были жестоки. У нас была бескровная революция. Мы сотрудничали со всеми. У меня в транспортном наркомате работал бывший министр путей сообщения при Керенском, Ливеровский.

При Сталине не было дефицита бюджета
…— При Сталине не было дефицита бюджета, — говорит Каганович. — Сталин очень строго следил за этим. У него была книжечка, куда он постоянно записывал, сколько у нас золота, валюты… Дефицит у нас начался в семидесятые годы, а сейчас достиг больших размеров. Две тысячи тонн золота Сталин оставил — никогда Россия столько не имела!

Сталин был убит?

— Мне кажется, что Сталина убили.
— Не могу сказать.
— Молотов к этому склонялся. Знаете, он что мне сказал?
— Что?
— На мавзолее 1 мая 1953 года, последний раз, когда Берия был, он сказал Молотову: «Я его убрал». — «Но Берия мог на себя нарочно наговорить, чтоб придать себе вес», — говорил Молотов. — И еще Берия сказал: «Я вас всех спас!» — Над Молотовым тоже висело…
— Может быть.
— А вы не допускаете, Лазарь Моисеевич, что поживи Сталин еще немного, и могли с вами расправиться, с Молотовым…
— Не могу сказать. Нельзя так: если бы да кабы…
— Сейчас так вопрос ставят.

За месяц перед Путчем:

3 июля 1991 года
Вчера мне позвонила Мая Лазаревна и пригласила на среду, в 17 часов. Она же, как всегда, открыла дверь.
— Немного я тут прихворнул, — улыбается смущенно Каганович, — Но подлечился, вылечился более или менее. У меня бронхи. Подлечили меня довольно крепко. Но жарко очень, душно. Волнуют все проблемы, которые в стране возникают. Все, что происходит в стране и в партии. В особенности, в партии.
— Обидна — все против партии сейчас.
— Не то что против партии — в самой партии не ясно. Что за движение…
Какие они коммунисты?
— Лазарь Моисеевич, скажите мне, вы опытный человек, могли они быть коммунистами, если так легко положили партийные билеты?
— Кто они?
— Ельцин, Собчак, Попов.
— Нет! Ну какие же они коммунисты?
— Шеварднадзе создает новую партию.
— Шеварднадзе не положил билет партийный… Это не партия, это движение, это попытка объединить существующие движения демократические. Демократия России, вот эти Собчак, Попов, Ельцин и, кроме того, видимо, другие демократические организации входят в это движение… Ведь они обычные социал-демократы… Но что это за движение, какое это движение? Что оно собой представляет? По-моему, то, что объявлено сегодня, это чисто буржуазное.
— По-моему, тоже.
— Шаталин, Собчак — это буржуазное, эти за буржуазию, это, если можно так выразиться, «аулес монд». Я так думаю. А как воспринимает народ?
— Шестьдесят процентов приняло участие в голосовании. Из них пятьдесят семь проголосовало за Ельцина. Это значит, что за него проголосовало тридцать четыре, то есть чуть больше трети.
— Как в Америке, то же самое, — говорит Каганович.
— Вы сравнили Америку и нашу страну? Ничего общего…

Про приватизацию

— А как же приватизация?
— Разгосударствление — до какого предела? Какие заводы? Что они думают разгосударствлять? А что если рабочие получат акции и продадут их спекулянту на бирже? Он же станет хозяином завода! — восклицает Каганович.
— Это очень опасная штука.
— Опасная. Можно такую развести демагогию!
— А землю продавать можно?
— Невозможно продавать землю. Обсуждают вопрос, как будто это нормальные вещи.
— Крестьянин не купит, у него таких денег нет.
— Да и зачем ему? Ему дают на вечное пользование землю с правом наследствования. Зачем ему покупать, чтоб потом продавать?

 

★2
7 комментариев
Нашли кого слушать. С Великим Вождем он работал.) Вот именно потому его можно серьезно не воспринимать.
avatar
3Qu, Ты сомневаешься что Сталин был Великим?
avatar
Густав Крамер, смотря какой смысл в это вкладывать.
avatar
Густав Крамер, Критерии величия в Вашем понимании, пол пот тоже в чем то велик.
avatar
Преступник, который не ответил за гибель невинных, реабилитированных.
avatar
ks62, вы сейчас про невинно осужденного и реабилитированного Роберта Эйхе или Иосифа Варейкиса?

теги блога Павел

....все тэги



UPDONW