Копипаст | Впервые за пять лет упали реальные зарплаты

Сентябрьская порция данных Росстата показала дальнейшее угасание внутреннего спроса во входящей в рецессию экономике.

( Collapse )
Рост розницы к III кварталу замедлился до 1,4% с 1,9 и 3,6% во II и I кварталах соответственно и был втрое меньше, чем в III квартале прошлого года. В сентябре рост продаж немного ускорился (до 1,7% с 1,4% в августе к тем же месяцам 2013 г.), но это не изменило общей траектории последовательного торможения розницы. Это ускорение — «оптическая иллюзия», обусловленная сравнительной базой (снижением темпов роста в сентябре 2013 г.), считает Дмитрий Полевой из ING. Другим фактором могла стать девальвация, подтолкнувшая потребителей увеличить покупки импортных товаров, подобное уже наблюдалось в марте — апреле, напоминает Эльдар Вахитов из Barclays Research. Сентябрьское повышение продаж было полностью обеспечено непродовольственной розницей.

Оборот продовольственного ритейла падает пятый месяц подряд с мая, в итоге нулевой рост во II квартале сменился спадом на 0,4% в третьем, в том числе в сентябре падение ускорилось до 0,5% с 0,2% в августе. Спад обусловлен ускорением роста розничных цен на продукты, к сентябрю ставшим почти двукратным к уровню прошлого года (11,4% против 6,3% в сентябре 2013 г.), и, как следствие, сокращением их потребления низкодоходными группами населения, объясняло Минэкономразвития в мониторинге. Повлияли также законодательные ограничения на продажу алкоголя и табака.

Ускоряющаяся инфляция производителей продовольственных товаров поддерживает рост розничных цен. По итогам трех кварталов темп роста цен в пищевой промышленности более чем утроился (7,1% против 2,2% к январю — сентябрю 2013 г.), ускорение продолжилось и в сентябре (до 10,4% с 10,3% в августе), несмотря на ускорение роста выпуска продовольствия. Объявленный правительством запрет на импорт из ряда стран способствовал, с одной стороны, частичному импортозамещению в производстве сыров, мяса, соков, с другой — повышению цен из-за удорожания сырья. Помимо этого аналоги местного производства или импортированные из других стран часто хуже запрещенных товаров, отмечает Вахитов: спад продовольственной розницы скорее всего продолжится.

За три квартала общий товарооборот розницы увеличился на 2,3%, замедлившись в сравнении с январем — сентябрем 2013 г. более чем в 1,5 раза (с 3,9%). В двух федеральных округах из восьми — Сибирском и Уральском — с мая происходит спад розничных продаж.

Самой большой неприятностью сентябрьских статданных стало падение реальных зарплат, отмечает Полевой: последний раз они падали в ноябре 2009 г. Реальные зарплаты сократились на 1% к сентябрю 2013 г., при этом Росстат существенно пересмотрел показатель за август: вместо роста на 1,4% — спад на 1,2%. Помимо скачка инфляции основным фактором падения стала остановка роста номинальных зарплат, а в некоторых рыночных секторах — и их сокращение, говорит Игорь Поляков из ЦМАКП: «Поэтому минус 1% не удивляет — мы просто перешли через ноль». В бюджетном секторе рост зарплат существенно замедлился из-за высокой базы 2013 г., когда происходила основная индексация, зафиксировало Минэкономразвития. Проект бюджета на 2015 г. предполагает приостановку реализации майского указа президента по зарплатам бюджетного сектора: они будут индексированы на уровень прогнозируемой инфляции — на 5,5% (примерно вдвое ниже прежнего плана), т. е. в реальном выражении их рост будет нулевым.

Хотя росту реальных доходов в сентябре удалось остаться в плюсе (0,6%), вполне вероятно, они вскоре также последуют в негативную зону, полагает Полевой. Реальные доходы в Сибирском, Уральском и Дальневосточном округах упали уже по итогам января — июля (последние данные), указывает Поляков. Он тоже ожидает дальнейшего «ползучего» сокращения доходов, что отразится на потребительском поведении, сбережениях и в конечном итоге на уровне жизни.

Инвестиционный спрос продолжил падение, темпы которого в сентябре ускорились до 2,8% (после 2,7% в августе и 2% в июле к тем же месяцам 2013 г.). За три квартала инвестиции сократились на 2,5%. Предприятия откладывают инвестиционные решения из-за неуверенности, связанной с политикой правительства, слабой перспективой роста ВВП, геополитической напряженностью и трудностями с внешним финансированием из-за санкций, отмечает Вахитов. К концу года инвестиционный спад ускорится в том числе и из-за эффекта сравнительной базы, ожидает он. Помимо санкций по инвестициям ударит разразившийся в октябре валютный кризис, ожидает Владимир Тихомиров из БКС: вместо инвестиций компании закупают валюту. Их внешний долг будет снижаться, но это свидетельство не улучшения в экономике, а влияния санкций и результатом будет экономический спад, говорит Тихомиров. В III квартале экономика еще покажет рост, близкий к нулю, ожидает он: инвестиции падают, потребительский спрос замедляется, бюджет притормаживает расходы, но падение импорта поддержит чистый экспорт и в итоге ВВП. А в IV квартале скорее всего неизбежна рецессия, полагает Тихомиров.



Падение реальных зарплат и замедление розницы убьют рост потребления, которое, вполне вероятно, в ближайшие месяцы начнет падать, ожидает Полевой. Выпуск легковых автомобилей — один из индикаторов будущей траектории потребления — в сентябре упал на 18% вслед за обвалом продаж. Высокая экономическая неопределенность и ослабление рубля приведут к дальнейшему спаду инвестиций и только положительный вклад чистого экспорта может удержать ВВП от спада по итогам 2014 г., считает Полевой: с 0,8% за первое полугодие рост ВВП по итогам 2014 г. упадет до нуля. Но более серьезное, чем ожидалось, ухудшение потребления может означать, что спад экономики в 2015 г. будет глубже 0,5%, полагает он. Bacrlays ожидает спада на 0,5% по итогам 2014 г. и нулевого роста в 2015 г. Центр развития ВШЭ не исключает после обнуления роста в 2014 г. двухлетней рецессии, в том числе в 2015 г. — спада на 1,6% при возвращении цены нефти на уровень $100 за баррель и на 2,1% — при ее снижении до $85.[ссылка]