Кем поддерживается дикий дисконт в нефти URALS?

Загадка последних месяцев в длительном сохранении дисконта на нефть URALS к BRENT (около 40 долл в апреле и 35 долл в мае с поправкой на дорожавшую доставку ЮРАЛС морским транспортом). Нефть имеет качественные характеристики (сернистость, плотность). И никакими физическими параметрами такая скидка необъяснима.

Цена URALS формируется как среднее значение на Аугуста (Сицилия, Средиземноморье) и в Роттердаме.

С начала спецоперации многие европейские покупатели заявляли об отказе приобретать нефть. Всё же наверняка остались покупки для нужд заводов, принадлежащих российским компаниям. Например, НПЗ в Сицилии может принять нефть по котировке Аугуста.

Итак, что имеем? Покупателей нефти в Европе становится меньше, и вероятно всё большую долю объемов поставляют связанные с Россией компании, имеющие переработку в Европе. Например, поставки на Сицилию может формировать крупнейший производитель нефти в России и уж всяко благодаря этому он может установить цену исходя из физических свойств нефти без дисконта. Почему же этого не происходит?

Как видится, дисконт URALS к BRENT позволяет платить меньше налога НДПИ и экспортной пошлины в бюджет из-за привязки бюджетных взносов к URALS, поэтому имеет место удобная оптимизация, если долго поддерживать дисконт. Дополнительная проблема для бюджета однако ещё в том, что оптимизируя так операции, появляется ориентир для тех же покупателей из Индии, которые начинают истребовать скидок, не взирая на физические свойства нефти.

Спрашивается — кому выгодно дальше рисовать низкие цены в Роттердаме и Аугусте и будут ли предприниматься меры по устранению дисконта на российскую нефть?

Очевидно, что политические события могут стать благодатным полем для сохранения крупных и невыгодных бюджету нерыночных схем