Азиатский финансовый кризис 1997 года (заключительная пятая часть)

Китай

В 1994 году, китайская валюта была привязана соотношением 8.3 женьминьби к одному доллару США. В 1997-98 годах в западной прессе активно строились предположения, что поднебесной потребуется обесценить свою валюту, для защиты конкурентноспособности экспорта от значительно подешевевших товаров и услуг из стран АSЕАН. Однако, необратимость национальной валюты защитила Китай от денежных спекулянтов, и было принято решение поддержать существующий курс, таким образом улучшив страну в глазах западных инвесторов, как одну из самых постоянных в азиатском регионе (этот ориентир был частично пересмотрен только в июле 2005 года, увеличением на 2.3% против доллара США).

В отличие от финансовых инвестиций в страны Юго-восточной Азии, в Китае иностранные инвестиции имели форму фабрик, а не ценных бумаг, что изолировало страну от быстрого оттока капитала. Однако, несмотря на то, что Китай не был затронут кризисом, в 1998 году рост ВВП резко замедлился, а в 1999 это событие привлекло к себе внимание рассмотрением структурных проблем в экономике. В частности азиатский финансовый кризис убедил китайское правительство, решить вопрос в финансово слабых местах — большое количество неработающих кредитов в банковской системе и переориентация производства на торговлю с Соединенными Штатами.

США и Япония

«Азиатская болезнь» оказала влияние на Соединенные Штаты и Японию. Их рынки не разрушились, но тоже сильно пострадали. 27 октября 1997, индекс Доу Джонса обвалился на 554 пункта или 7.2%, причиной стала нарастающее беспокойство за азиатскую экономическую систему. Нью-Йоркская фондовая биржа кратковременно приостанавливала торговлю. Кризис привел к понижению потребления и уверенности в расходах. Косвенно, кризис повлиял на пузырь доткомов, и спустя несколько лет на рынок недвижимости и субстандартный ипотечный кризис.

Субстандартные ипотечные кредиты — это кредиты с особыми условиями, выдаваемые ненадёжным заёмщикам.

Промышленный индекс Доу-Джонса, созданный редактором газеты Wall Street Journal и основателем компании Dow Jones & Company Чарльзом Доу

Япония была затронута, потому что ее экономика была одной из самых видных в регионе. Азиатские страны поддерживали дефицит в торговле с ней, потому что экономика последней была в два раза больше всей остальной части Азии вместе взятой; около 40% японского экспорта направлялось в Азию. В то время Япония была крупнейшим в мире держателем валютных резервов, поэтому, когда йена обвалилась, они смогли легко защититься. Однако, в 1997 году реальные темпы роста ВВП существенно замедлились с 5% до 1.6%, а в 1998 году, даже спустились в рецессию из-за интенсивной конкуренции с подешевевшими конкурентами, поэтому азиатский финансовый кризис привёл к большому количеству банкротств в Японии. Кроме того, из-за с девальвации национальной валюты Южной Кореи и устойчивого роста доходов Китая, многие японские компании жаловались, что не могут напрямую конкурировать с ними.

Другим долгосрочным результатом стало изменение отношений между Соединенными Штатами и Японией. Почти за пятьдесят лет, впервые после Второй мировой войны, США открыто перестали поддерживать торговлю между двумя странами основанную на искусственных ценах и курсах валют.

Азия

Кризис имел значительные эффекты макроэкономического уровня, включая острое сокращение ценности валют, фондовых рынков и стоимости других активов азиатских стран, номинальный ВВП в долларах США стран АSЕАН упал на $9.2 миллиардов в 1997 году и на $218.2 миллиардов — 31.7% в 1998 году. В Южной Корее падение составило $170.9 миллиарда в 1998 году, что было равно 33.1% ВВП 1997 года. Большое количество компаний разрушилось, и как следствие, в 1997–1998 годах уровень жизни миллионов людей упал ниже черты бедности. Наиболее пострадавшими от кризиса странами стали Индонезия, Южная Корея и Таиланд.

Таблица выше (посмотреть можно на сайте — ссылка в конце статьи) показывает, что несмотря на стремительный подъем процентных ставок на Филиппинах в июле 1997 к 32% в начале кризиса, и в Индонезии к 65% после усиления кризиса в 1998 году, местные валюты всё равно обесценились и ни одна из них не выступала лучше, чем страны азиатского кризиса, такие как Южная Корея, Таиланда и Малайзии, которые установили высокие процентные ставки, но не выше 20%. Эта создало могилу доверию МВФ и поставило под сомнения законность предписания высоких процентных ставок.

Экономический кризис также привел к политическим переворотам, прежде всего высшими точками считается отставка президента Сухарто в Индонезии и премьер-министра генерала Чавэлита Йонгчэйюдха в Таиланде, а также общее повышение антизападного настроения главными целями которого стали Джордж Сорос и МВФ. Тяжелые американские инвестиции в Таиланд закончились, главным образом замененные европейскими и поддержанные в меньшей степени японскими. В это время, исламские и другие сепаратистские движения активизировались в Юго-Восточной Азии, в то время, как центральные власти ослабели.

Новые правила ослабили влияние «бамбуковой сети» — сеть зарубежных китайских семейных компаний, которые доминировали над частным сектором Юго-Восточной Азии. После кризиса деловые отношения строились на контрактах, а не трасте, семейных связях или традициях бамбуковой сети.

Еще долгие годы последствия сказывались на уровне жизни населения, достигнутого в годы бума, непосредственно перед кризисом. В 1997 году номинальный ВВП в долларах США упал на 42.3% в Индонезии, на 21.2% в Таиланде, 19% в Малайзии, 18.5% в Южной Корее и на 12.5% на Филиппинах. Всемирная книга фактов ЦРУ (англ. the CIA World Factbook) сообщает, что доход на душу населения, измеряемый по паритету покупательной способности,  между 1997 и 2005 годах составил:

• в Таиланде уменьшился с 8.800$ до 8.300$;
• в Индонезии увеличился с 2.628$ до 3.185$;
• в Малайзии уменьшился с 11.100$ до 10.400$;
• за этот же период мировой доход на душу населения повысился с 6.500$ до 9.300$.

Анализ данных ЦРУ показывает, что экономика Индонезии в 2005 году была меньше, чем в 1997 году, воздействие кризиса на эту страну, подобно Великой Депрессии охватившей США в 1929 году, в пределах Восточной Азии большая часть инвестиций и существенное количество экономического веса перешли от Японии и стран АSЕАН в Китай и Индию.

Кризис был интенсивно проанализирован экономистами по масштабам, скорости и динамике; эффект затронул десятки стран, оказал прямое влияние на средства к существованию миллионов людей и произошло всё в течение нескольких месяцев, на каждой стадии кризиса ведущие экономисты, в особенности международные организации, казалось действовали на шаг позади. Возможно, экономистам более интересна скорость, с которой всё закончилось, оставив большинство развитых экономик нетронутыми. В финансовой и экономической литературе этот любопытный факт — почему кризис произошел, освещён достаточно унылыми объяснениями. Ряд критических замечаний были выдвинуты против поведения МВФ в условиях кризиса, в том числе, бывшего экономиста Всемирного банка Джозефа Стиглица. С политической точки зрения имели место некоторые выгоды. Несколько стран, особенно в Южной Корее и Индонезии, неистовствующая инфляция ослабила власть режима Сухарто и привела к его свержению в 1998 году, а также ускорению процесса независимости Восточного Тимора.

Последствия за пределами Азии

После азиатского кризиса, международные инвесторы неохотно кредитуют развивающиеся страны, что в свою очередь ведёт к замедлению экономического роста последних во многих частях мира. Мощный негативный шок снизил стоимость нефти, которая достигла минимума к концу 1998 года — около 11$ за баррель, из-за чего финансово пострадали страны экспортеры нефти, в том числе члены ОПЕК.

Снижение доходов от нефти способствовало финансовому кризису в России 1998 года, который, в свою очередь, стал причиной краха хедж-фонда США Long-Term Capital Management потерявшего $4.6 млрд за 4 месяца. Более широкого коллапса на финансовых рынках удалось избежать, только после того, как Алан Гринспен и Федеральный резервный банк в Нью-Йорке организовали $3.625 миллиарда помощи. Экономики Бразилии и Аргентины также оказались затянуты в кризис конца 1990-х, который в последствии перерос в аргентинский долговой кризис.

Вообще, кризис был реакцией против глобальных институтов Вашингтона, таких как МВФи Всемирный банк, которые стали непопулярны в развитых странах после подъема движения антиглобалистов в 1999 году. После кризиса были организованы четыре раунда международных переговоров по торговле: в Сиэтле, Доха, Канкуне, и Гонконге, однако, они не достигли значительных договорённостей, так как развивающиеся страны были более настойчивы, а народы всё больше обращались к региональным или двусторонним соглашениям о свободной торговле (ССТ), как альтернативе глобальным учреждениям.

Многие народы, в том числе Японии, Китая, Южная Корея, хорошо усвоили урок Азитского экономического кризиса и быстро создали валютные резервы в качестве инструмента хеджирования против валютных атак. В Азии были введены валютные свопы на случай очередного кризиса, что интересно, такие страны, как Бразилия, Россия, Индия и большинство стран Восточной Азии стали копировать японскую модель ослабления национальных валют и занялись реструктуризацией своих экономик для того, чтобы создать профицит текущего счета с целью накопления больших валютные резервов. Это привело к взрыву финансового пузыря в США на недвижимость в 2001-2005 годах, увеличению денежной эмиссии доллара и кризису доверия к управленческой элите Америки в 1996-2000 годах.

Источник