🐂 Начинается бычий рынок всего?

Если отойти от шума отдельных отчетов и посмотреть на американскую экономику целиком, сейчас складывается почти идеальное для фондового рынка сочетание: экономика ускоряется, компании зарабатывают рекордно много, а инфляционное давление начинает ослабевать.

Именно при таком сценарии акции исторически чувствуют себя особенно хорошо. Сильная экономика поддерживает выручку и прибыль компаний, а снижение инфляции уменьшает необходимость ФРС повышать ставки. В результате бизнес продолжает расти, но давление со стороны денежно-кредитной политики при этом не усиливается.

В западной макроэкономике такую ситуацию называют Goldilocks economy — «экономикой Златовласки»: экономика не слишком горячая, чтобы разгонять инфляцию, и не слишком холодная, чтобы скатиться в рецессию. Сам термин для нас не так важен. Гораздо важнее то, что сразу несколько показателей сейчас указывают именно на такую среду.

Индекс производственной активности ISM вырос до 55,6 — максимального значения с мая 2022 года. Здесь все довольно просто: значение выше 50 означает расширение экономики, ниже 50 — сокращение. Сейчас американская экономика находится в зоне расширения уже седьмой месяц подряд.

Еще интереснее выглядит первоначальная оценка GDPNow ФРС Атланты, согласно которой рост ВВП США в третьем квартале может составить 5,9%. К ранним оценкам GDPNow нужно относиться осторожно: в начале квартала они могут сильно отличаться от итогового результата и становятся точнее по мере поступления новых данных. Но даже с этой оговоркой стартовые 5,9% выглядят довольно дерзко. Не такая уж слабая экономика.

Одновременно чистая рентабельность компаний S&P 500 достигла 16,7%. Это доля каждого доллара выручки, которая остается у компании в виде прибыли после всех расходов. По данным FactSet, это максимальное значение с начала отслеживания показателя в 2009 году.

Получается, компании не просто увеличивают продажи — они одновременно становятся эффективнее и сохраняют все большую часть выручки в виде прибыли. Быстро растущая экономика в сочетании с рекордной корпоративной рентабельностью — именно та среда, в которой хочется владеть акциями.

К этому добавляется третий фактор — инфляция. После нескольких месяцев роста инфляционное давление начало ослабевать. Одной из причин стало снижение геополитической напряженности вокруг конфликта США и Ирана, который ранее толкал вверх цены на энергоносители и инфляционные ожидания.

Получается комбо: экономика ускоряется, компании демонстрируют рекордную прибыльность, а инфляция при этом снижается. Если такое сочетание сохранится, тезис о продолжении мощного бычьего рынка выглядит вполне логично.

Но есть несколько нюансов.

Прошлая неделя завершилась одним из самых противоречивых отчетов по занятости за последнее время. Мы получили отрицательный прирост рабочих мест, предыдущие данные пересмотрели вниз, рост почасовой оплаты труда замедлился — и одновременно снизилась безработица.

На первый взгляд эти данные плохо сочетаются между собой. На практике такое возможно, когда одновременно сокращаются и спрос на работников, и предложение рабочей силы. Компании не особенно хотят нанимать новых сотрудников, но и увольнять существующих пока не торопятся. Старый добрый режим «не нанимать и не увольнять», который уже очень давно господствует на рынке труда, продолжает жить.

Часть сокращения предложения рабочей силы, вероятно, объясняется тем, что пожилые американцы продолжают выходить на пенсию. Поэтому я бы не пытался выжимать из пятничного отчета слишком много информации. Тем более похожую картину мы уже видели совсем недавно.

В феврале число рабочих мест вне сельского хозяйства оказалось значительно хуже ожиданий и ушло в минус: -92 тыс. против прогноза +55 тыс. При этом уровень безработицы, наоборот, преподнес позитивный сюрприз — 4,3% против ожидаемых 4,4%. Рынок облигаций в тот день практически проигнорировал отчет. Позже доходности действительно резко выросли, но уже из-за войны и других факторов.

Поэтому мой главный вывод из пятничного отчета простой: он практически ничего не меняет. Это зашумленная мешанина, как и в феврале 2026 года. Я не утверждаю, что после этого доходности обязательно вырастут, как в прошлый раз. Я лишь говорю, что сам отчет не дает нам особенно полезной информации — и рынок уже успел о нем забыть.

Реакция ФРС на экономические данные сейчас не вполне понятна, поэтому рынок решил оставить вероятность сентябрьского решения примерно на уровне 50/50 и позволить новым данным определить исход. Пятничный отчет по занятости немного сдвинул чашу весов, но значительно важнее будет следующая публикация CPI.

При этом до заседания FOMC 16 сентября мы получим еще достаточно информации. К тому моменту рост ВВП может оказаться ближе к 6% или 3%, инфляция может снова ускориться или продолжить снижаться, а в мире может идти больше или меньше войн. Поэтому сегодняшние 50/50 мало что гарантируют.

Здесь возникает интересное противоречие. С одной стороны, снижение инфляции дает ФРС возможность не повышать ставку. С другой — экономика сейчас настолько сильна, что у регулятора совершенно нет необходимости спешить со смягчением политики. Если GDPNow показывает 5,9%, ISM находится на 55,6, а компании демонстрируют рекордную рентабельность, аргумент «экономику срочно нужно спасать» выглядит, мягко говоря, неубедительно.

Тигр инфляции Уорш

На словах Уорш хочет, чтобы мы считали его тигром в борьбе с инфляцией. На практике его предпочтения пока удивительно похожи на подход Йеллен и Пауэлла: говорить жестко / ничего не делать. Тигр получается довольно своеобразный — кроток, как ягненок.

Постепенно возникает ощущение, что 3% — это новые 2%. Мы прямо-таки совершенно точно обещаем вернуть инфляцию к целевому уровню в следующие два года. Разумеется.

Поэтому сейчас для рынка важнее не пытаться угадать решение ФРС на основании одного странного отчета по занятости, а следить за тем, удастся ли сохранить нынешнее редкое сочетание сильного экономического роста и снижающейся инфляции. Именно от этого во многом зависит продолжение текущего бычьего сценария.

Американская экономика растет, ISM находится на 55,6, GDPNow начинает квартал с 5,9%, а компании S&P 500 демонстрируют рекордную рентабельность. Неудивительно, что слово «рецессия» практически исчезло из информационного пространства.

Сейчас число публикаций Bloomberg, содержащих слово «рецессия», находится около исторического минимума. Правда, доступные данные начинаются только с 2016 года.

Здесь есть забавный момент: последняя настоящая экономическая рецессия в США произошла в 2008 году. Если человек начал всерьез работать на рынках в 20 лет уже после финансового кризиса, сегодня ему нужно быть довольно немолодым, чтобы вообще иметь опыт торговли во время полноценной рецессии.

2022 год прекрасно показывает, почему этот опыт важен. Тогда практически все ждали, что резкое повышение ставок сломает американскую экономику. Но исходные условия оказались необычными: американцы заранее зафиксировали низкие ипотечные ставки, у населения оставались огромные избыточные сбережения, а балансы компаний были здоровыми. В результате повышение ставок нанесло экономике значительно меньший ущерб, чем предполагалось.

Вот почему экономика так сложна. Если бы можно было просто увидеть инверсию кривой доходности, выйти из рынка, дождаться рецессии и снова купить активы, когда все станет максимально плохо, мы бы все уже давно разбогатели. Каждый цикл отличается от предыдущего.

Но отсутствие рецессии сегодня не означает, что о ней можно забыть навсегда. Стимулирующий эффект бюджетных расходов и гигантских капитальных затрат на AI, вероятно, достиг максимума во втором квартале. Поэтому уже сейчас вполне разумно задумываться о том, не принесет ли 2027 год замедление роста. Я уже давно ни от кого не слышал слова «рецессия», так что, возможно, в следующем году вечные экономические медведи наконец проснутся от спячки.

Очень заманчиво провести очевидную историческую аналогию: огромные инвестиции в AI → пузырь → 2000 год → обвал технологических компаний. Это возможно, но история редко повторяется настолько аккуратно.

На этой неделе произошло потенциально важное событие в мире AI, которое практически потерялось в информационном потоке: DeepSeek значительно повышает цены.

Это интересно, потому что один из главных медвежьих тезисов вокруг AI заключается в том, что большие языковые модели постепенно превращаются в обычный товар. Конкуренция растет, модели становятся дешевле, цены стремятся к нулю, а зарабатывать разработчикам становится все сложнее.

Повышение цен DeepSeek немного ломает эту красивую историю. Коммодитизация и гонка к нулю по-прежнему остаются вполне реальным сценарием, но если один из главных символов «дешевого AI» сам существенно повышает цены, значит, экономика этого бизнеса может оказаться лучше, чем считалось. Следовательно, можно немного снизить и оценку вероятности того, что OpenAI и другие разработчики окажутся зажаты постоянно падающими ценами.

Косвенно это позитивно для ORCL, NVDA и всей AI-инфраструктуры. Когда появился DeepSeek, рынок воспринял его как медвежью новость для этих компаний. Логично рассматривать повышение цен как движение в обратную сторону.

Но поскольку новость бычья, внимания ей досталось значительно меньше, чем панике вокруг DeepSeek или Kimi K3. Плохие новости приносят клики, хорошие — нет. Поэтому, когда акции продолжают расти на фоне бесконечного потока плохих заголовков, всегда стоит искать хорошие новости, которые рынок уже видит, а СМИ почему-то предпочитают не замечать.

Доходность 10-летних казначейских облигаций США достигла локального пика в конце месяца, тогда как доходность 30-летних японских государственных облигаций и 10-летних государственных облигаций Великобритании достигла пика еще в мае.

Это интересно, потому что страны, которые принято считать худшими нарушителями бюджетной дисциплины, сейчас испытывают несколько меньше давления со стороны долгового рынка. Но я бы пока не спешил объявлять победу: доходности либо действительно формируют вершину, либо просто консолидируются перед следующим движением вверх.

Нередко у меня нет определенного взгляда на доходности, и сейчас как раз такой случай. Поэтому с рыночной оценкой сентябрьского решения ФРС примерно в 50/50 мне трудно спорить.

В более долгосрочной перспективе ситуация интереснее. Если нынешний экономический рост сохранится, высокие ставки не являются серьезной проблемой. Но если в 2027 году эффект бюджетных стимулов и AI-капзатрат начнет ослабевать, сегодняшние высокие доходности могут стать уже гораздо более неприятным фактором для экономики и рынков.

После резкого движения на прошлой неделе USDJPY почти остановилась. Рынок пытается понять, насколько серьезно США и Япония готовы защищать иену.

После мощного всплеска волатильности вслед за интервенцией пара довольно быстро успокоилась и закрепилась в диапазоне 155–159. История показывает, что валютные интервенции действительно могут изменить тренд, но далеко не всегда делают это сразу. В 1998 и 2011 годах скоординированные интервенции в конечном итоге сработали, однако до устойчивого разворота рынок еще месяцами, а иногда и дольше, болтался туда и обратно.

Поэтому сама интервенция вовсе не означает, что USDJPY теперь обязана рухнуть. Тем более появилась еще одна проблема: значительная часть рынка не особенно доверяет министру финансов США Скотту Бессенту.

Он пришел в администрацию с отличной репутацией управляющего хедж-фондом, но постепенно ореол начал тускнеть. Бессент неоднократно называл своими целями или надеждами снижение доходности длинных облигаций, сокращение дефицита, снижение инфляции и падение цен на нефть. Проблема в том, что доходность, дефицит, инфляция и нефть вместо этого выросли.

Конечно, многое можно списать на войны и пошлины. Но здесь есть небольшая неловкость: Бессент является одной из ключевых фигур администрации, которая эти войны ведет и пошлины вводит.

А затем появился знаменитый блокнот с надписью: «Купить японскую иену (JPY) на $5–10 млрд».

Ни один разбирающийся в валютном рынке трейдер так бы не написал. Особенно Бессент, который сам много лет управлял хедж-фондом и торговал USDJPY. $5–10 млрд для глобального валютного рынка — мелочь, и он прекрасно это знает.

Поэтому либо это была шутка или троллинг, либо информация специально разжевывалась для журналистов, либо США действительно не собираются задействовать серьезные ресурсы для интервенции. Ни один из вариантов доверия особенно не добавляет. Хуже было бы только написать в блокноте: «Провести интервенцию на валютном рынке»

А два дня спустя Бессент еще и разразился тирадой в адрес уважаемого финансового журналиста, обвинив его в том, что раньше власти США разжевывали для него информацию. Через два дня после того, как сам Бессент разжевывал информацию журналистам. Ну ладненько.

Еще менее убедительно выглядит объяснение продажи EUR и покупки JPY изменением структуры валютных резервов США. Американские валютные резервы слишком малы, чтобы рынок воспринимал такой механизм всерьез. А еще в январе Белый дом попросил ФРС запросить котировку USDJPY около 153 — и затем спокойно позволил паре улететь к 163. Часть доверия была потрачена уже тогда.

Трамп хочет снижения цен на нефть и краткосрочных процентных ставок. Бессент хочет сокращения дефицита, снижения доходности долгосрочных облигаций и курса USDJPY. Первые четыре из этих пяти показателей выросли. Что произойдет с пятым, пока неизвестно.

Если немного отойти от деталей, мой вывод остается прежним: совокупные действия Министерства финансов Японии, GPIF, Банка Японии и Казначейства США, вероятно, ограничивают потенциал экстремального роста USDJPY. Но это совершенно не означает, что пара теперь должна двигаться исключительно вниз.

Некоторое время рабочим может оставаться диапазон 155–159, а затем, возможно, 152,50–160,00 в более широких границах. Здесь, скорее всего, еще будет возможность зарабатывать и в длинную, и в короткую сторону.

А для долгосрочного инвестора длинная позиция по японским государственным облигациям без валютного хеджирования может оказаться сделкой с невероятно высоким коэффициентом Шарпа — то есть очень привлекательным соотношением потенциальной доходности и риска. Не инвестиционная рекомендация.

С криптовалютами ситуация сейчас сложнее, чем может показаться по одному графику биткоина. Поэтому крипторынок я здесь подробно разбирать не буду. В свежем видео я собрал текущую картину целиком: где, на мой взгляд, мы находимся сейчас, какие сценарии рассматриваю по биткоину и альткоинам, где ищу следующую крупную возможность и какие сигналы будут означать, что пора действовать. Также в ближайшее время выйдет отдельное большое видео по DOGE – заканчиваю монтаж.

Если вы пытаетесь понять, это уже зона для набора позиций или рынок еще способен преподнести неприятный сюрприз, — рекомендую посмотреть видео целиком. Там намного подробнее объясняю свою логику и показываю все на графиках.

Золоту надоело ничего не делать, поэтому на прошлой неделе оно село в машину и поехало на север. После нескольких недель удержания первой зоны поддержки цена отскочила к полосе поддержки бычьего рынка и 50-недельной SMA и теперь тестирует их уже в качестве сопротивления. Одновременно недельный RSI приближается к уровню 50, который также пока выступает сопротивлением.

То есть техническая картина стала лучше, но подтверждения завершения коррекции еще нет. Чтобы говорить о возвращении к устойчивому восходящему тренду, золоту желательно закрепиться выше полосы поддержки бычьего рынка и 50-недельной SMA, а RSI — вернуть уровень 50.

Более широкий сценарий при этом остается прежним: золото находится в процессе формирования дна, которое я ожидаю в ближайшие несколько месяцев. Исторически в годы промежуточных выборов минимум часто приходился на период с июля по октябрь, как это было в 2018 и 2022 годах. Еще один ориентир — медвежье пересечение 50-недельной SMA и полосы поддержки бычьего рынка: в прошлых циклах оно скорее указывало на приближение дна по времени, причем сам минимум мог формироваться спустя несколько недель после пересечения.

При этом вполне возможно, что фактический минимум мы уже увидели. Многое теперь будет зависеть от доллара. Если DXY в ближайшие месяцы совершит сильное восходящее движение, это может создать последнее окно слабости для золота и привести к повторному тестированию минимумов или более глубокой коррекции. Если же рост доллара окажется ограниченным, вероятность того, что дно по золоту уже сформировано, заметно возрастет.

Вопрос заключается в том, видели ли мы уже окончательный минимум или DXY успеет создать еще одно окно слабости перед следующим крупным движением золота вверх.

Если отойти от шума отдельных отчетов, текущая макроэкономическая картина выглядит очень сильной. Экономика США ускоряется, ISM поднялся до 55,6, корпоративная рентабельность находится на рекордном уровне, а инфляционное давление после нескольких месяцев роста начало ослабевать. Рынок труда при этом охлаждается, но пока совершенно не выглядит так, будто экономика находится на пороге рецессии.

Когда экономика растет, компании зарабатывают рекордно много, фондовый рынок идет вверх, а слово «рецессия» исчезает из заголовков Bloomberg, самое время хотя бы начать думать о том, что способно нарушить эту идиллию. Возможно, это будет новая волна инфляции, возможно — слишком высокие ставки, окончание бума капитальных затрат на AI или что-то, чего сегодня вообще нет в списке главных рисков.

Предсказать, как именно закончится этот цикл, практически невозможно. Но его конечную точку представить значительно проще. Если в какой-то момент экономика или рынки действительно сломаются, ответ властей будет тем же, что и раньше: новые бюджетные расходы, снижение ставок, ликвидность и очередной раунд денежно-кредитного стимулирования.

Мы примерно знаем, чем закончится история. Просто совершенно не знаем, каким путем мы туда придем.

На этой неделе все. Разбогатейте или хотя бы повеселитесь, пытаясь это сделать.

P.S. Присоединяйся к капустному сообществу Капуста в жире 🥬