Когда Джон Полсон понял, что ипотечный рынок США построен на песке…

Когда Джон Полсон понял, что ипотечный рынок США построен на песке, он не стал кричать об этом с крыш. Он просто начал собирать свой шорт — тихо, методично, как хирург, готовящийся к операции. Это был 2006 год, на Уолл-стрит царило безумие: брокеры продавали кредиты всем подряд, рейтинговые агентства ставили AAA даже мусору, а фондовые менеджеры пили шампанское за «вечный рост».

Полсон не был звездой — скромный управляющий с репутацией осторожного арбитражника. Но он заметил то, чего никто не хотел видеть: ипотечные облигации растут не потому, что люди платят по кредитам, а потому что всем плевать, кто их платит. Он собрал команду аналитиков и попросил: «Найдите мне самые плохие кредиты в Америке. Чем хуже, тем лучше».

Так родился его план. Через Goldman Sachs он начал заключать сделки на кредитные дефолтные свопы против ипотечных бумаг. Банки с радостью продавали ему «страховку» от обвала, считая, что он платит за фантомный риск. Полсон платил — и ждал.

Когда пузырь лопнул в 2007-м, мир содрогнулся. Merrill Lynch, Bear Stearns, Lehman — все падали, как домино. А Полсон заработал около 15 миллиардов долларов для фонда и лично более четырёх — рекорд, который до сих пор называют «величайшим шортом в истории».

Позже он говорил:
— Я просто поставил на то, что математика сильнее эмоций. Всё остальное — шум.

На вечеринке в конце того года он поднял бокал шампанского и произнёс:
— Когда все уверены, что ничего не может пойти не так — вот тогда и начинается самое интересное.