В августе 2026 года рубль подешевел примерно на 7%. Официальный курс доллара ЦБ вырос с 79,86 на 31 июля до 85,60 на 29 августа, а к 4 сентября дошёл до 86,89. В сентябре рубль отыграл около трети падения: на 30 сентября 2026 года курс по данным ЦБ составил 84,43.

Курс рубля можно объяснить задним числом, но предсказать сложно. Я проверил данные ЦБ за три с половиной года
Чаще всего такие повороты объясняют решениями Минфина. В сентябре он сократил покупки валюты и золота по бюджетному правилу с 6,5 до 2,5 млрд рублей в день, и рубль действительно окреп. Звучит логично. Но я решил проверить это на цифрах: что на самом деле двигает курс, можно ли его спрогнозировать хотя бы на месяц и какие силы будут действовать на него дальше.

Я собрал помесячные данные с февраля 2023 по август 2026 года, всего 43 месяца. Продажи валюты крупнейшими экспортёрами и покупки валюты населением взял из приложений ЦБ к «Обзору рисков финансовых рынков». Добавил операции Минфина и ЦБ, официальные курсы, биржевой курс юаня, нефть Brent, ключевую ставку, денежную массу и оценку платёжного баланса.

( Читать дальше )

В июле 2026 года корпоративный кредитный портфель в России вырос на рекордные для последних лет темпы — плюс 12,7% год к году, до 88,45 трлн рублей. Одновременно доля проблемных кредитов у юрлиц (по широкому определению ЦБ — это не обычная просрочка в 3,6%, а более широкий показатель, включающий реструктуризации и иные проблемные ссуды) держится на многолетнем максимуме — 11,8%. А банки в том же июле резко сократили отчисления в резервы по корпоративным кредитам — на 77% за месяц — и заработали 443 млрд рублей чистой прибыли, на 18% больше, чем в июне.

Это не противоречие, а диагноз. Кредитования в экономике увеличилось. Но его рост пришелся на те сферы, где риска меньше всего — застройщиков и крупных госкомпаний. Банки в этот момент резко сократили расходы на резервирование — и показали сильный результат по прибыли. Дальше — что это значит для вас, если вы не входите в число счастливчиков.

( Читать дальше )

Инфляция побеждена. Так можно решить, глядя на официальную статистику: годовой рост цен — около 6% и постепенно замедляется, базовая инфляция и вовсе почти в таргете. Центробанк опустил ключевую ставку с 21% до 14% — и это десятое снижение подряд начиная с июня 2025-го, без единой паузы между заседаниями.

Но у статистики есть неудобный свидетель — пятнадцать тысяч российских компаний, которые Банк России опрашивает каждый месяц. Их ценовые ожидания на ближайшие три месяца растут второй месяц подряд: в июле — до 20,2 пункта, в августе — уже до 21,0. Бизнес подошёл вплотную к среднему уровню «эры дорогих денег» 2023–2025 годов — а не к тихим временам, о которых рапортует официальная статистика.

Кто ошибается: регулятор со своими моделями или бизнес, который каждый день разговаривает с поставщиками и покупателями? Спойлер: не ошибается никто — они просто отвечают на разные вопросы. Статистика говорит, что уже случилось. Опросы — что компании собираются делать дальше. И от того, какому сигналу ЦБ придаст больший вес, зависит, что будет с вашими вкладами, кредитами и ценниками в магазине.

( Читать дальше )

Нефть была дороже заложенной в бюджет. Но нефтегазовых доходов всё равно оказалось меньше плана. Что произошло — и почему для бизнеса сейчас важнее смотреть не на баррель, а на курс и стоимость кредита.

В первой части мы разбирались, как изменение цены нефти проходит через мировую финансовую систему: нефть влияет на инфляцию, инфляция — на доходности, а доходности — на стоимость денег и распределение ликвидности.

Теперь посмотрим на ту же нефть с другой стороны — из России. И здесь возникает парадокс.

Нефть дорожает — а бюджет не получает ожидаемого выигрыша.

На первый взгляд это противоречие. Но только если смотреть на один показатель — цену барреля.

На самом деле у российской нефтяной выручки есть как минимум три важнейших переменных: цена, физический объём и валютный курс. А между экспортной выручкой и бюджетом стоит ещё налоговая система.

Отсюда и парадокс: цена нефти сама по себе уже плохо объясняет состояние российских государственных доходов.

Нефть дороже плана — а денег всё равно не хватает

( Читать дальше )

Часть 1: деньги есть, но достались не всем

31 июля Банк международных расчётов опубликовал статистику за первый квартал. Там есть цифра, которая прошла мимо деловых новостей: мировой трансграничный банковский кредит вырос за квартал на 1,7 триллиона долларов. Долларовая часть этого прироста — 793 миллиарда, и BIS отдельно отмечает: это крупнейший квартальный прирост с начала пандемии.

Параллельно американская денежная масса M2 с февраля по июль прибавила ещё 535 миллиардов, до 23,15 триллиона.

Денег в мире стало заметно больше, причём сразу по двум разным каналам, и оба разгоняются максимальными темпами за несколько лет.

 

А теперь странное. Акции ушли на рекорд: S&P 500 закрылся 7 августа на 7757 пунктах, почти на 13% выше довоенных уровней. А золото за тот же период просело примерно на 15%. Биткоин как стоял у 65 тысяч, так и стоит.

Ликвидности в системе рекордно много — но досталась она не всем. Вопрос: кому именно и почему.

Доллар не заканчивается на границе США

Чтобы понять, куда идут деньги, придётся сначала разобраться, откуда они берутся. И тут выясняется, что значительная часть долларов создаётся вообще не в Америке.

( Читать дальше )