сбои...

Ещё в середине прошлого века на Нью-Йоркской бирже иногда торговали медведем.

Вот представьте себе. Биржа, операционный зал, разгар рабочего дня. Толпа — брокеры кричит, телетайпы трещат, телефоны звонят, терминалы щёлкают… Адище.
И вдруг — затишье. Причина? да мало ли. Линии связи были тогда ещё совсем не так совершенны, как сейчас, да и сама по себе биржа иногда замирает необъяснимо. 
И толпа брокеров вдруг остаётся бездельно ждать. Пять минут? час? никто не знает, невозможно предсказать.
Для адреналинового наркомана на пике прихода — а брокер в разгар работы именно таков — невыносимая скука.

И тогда кто-то из встрёпанных парней достаёт из кармана старенького плюшевого мишку, модели «тедди-беар».
Мишка вида самого зачморганного — потёртый, местами облезлый, один глазик на ниточке. Мишка старше любого брокера в зале.
И доставший… продаёт этого тедди-беара соседу. За доллар.
А тот сразу перепродаёт его другому. За два доллара. 
А тот — дальше, за три.
Тогда ещё не было засилья пластиковых карточек, так что у небедных парней в бумажниках хрустели настоящие баксы. 
А через пять минут плюшевый мишка, купленный за тридцать четыре доллара, уже перепродаётся за тридцать пять.
И народ в азарте плюёт на пальцы, считает наличность и рвётся к медведику — купить, продать тут же, и заработать доллар!
Скуки нет и в помине. Азарт, ух!

И вдруг, через весело и незаметно пролетевшие полчаса... 
Трррринь! Дззззинь! Тах-тах-тах! Зазвенели телефоны, застучали телетайпы, защёлкали терминалы.
И все кидаются по рабочим местам.
И последним, опустив голову, идёт проигравший — тот, кто только что купил этого сраного медведя баксов за четыреста, а продать уже не успел.
В следующий раз, когда будет затишье — через неделю. или через полгода — он достанет его из кармана и продаст соседу за доллар.