Блог им. AGR

Последние недели вокруг Владимира Карасёва («Старый трейдер») идёт довольно оживлённая дискуссия.
Прогнозы, ошибки, публичные счета, технический анализ, «угадал — не угадал», ответные многочасовые разборы — всё это уже превратилось почти в отдельный жанр российского инвестиционного YouTube. И, судя по обсуждениям на Smart-Lab, равнодушных здесь немного.
Но меня в этой истории заинтересовал немного другой вопрос.
Что останется от подхода Карасёва, если убрать самого Карасёва, его прогнозы, сторонников, критиков и всю медийную составляющую?
Я взял его материалы по техническому анализу, сетапам и управлению риском и попробовал разобрать их именно как архитектуру инвестиционного решения. Это и стало основой новой аналитической записки ROTKO.
Получился, на мой взгляд, довольно интересный сдвиг.
Возможно, технический анализ вообще стоит оценивать не по тому, насколько точно он способен предсказывать будущую цену.
Его функция может быть гораздо прозаичнее:
увидеть действующую тенденцию → дождаться изменения структуры → получить подтверждение → открыть позицию → заранее определить, где гипотеза перестаёт работать.
То есть не:
«я знаю, куда пойдёт рынок»,
а:
«я не знаю, куда он пойдёт, но заранее знаю, что буду делать, если окажусь неправ».
Отсюда возникает и достаточно спорный для инвестора тезис:
более высокая цена иногда может означать меньшую неопределённость.
Покупая падающий актив «дёшево», мы фактически пытаемся определить дно. Покупая уже сформировавшуюся тенденцию, мы зачастую платим дороже — но получаем больше информации о состоянии рынка. Именно это различие между покупкой цены и покупкой тенденции является центральным в записке.
И ещё один момент, который мне кажется значительно важнее очередного спора о том, кто лучше прогнозирует рынок:
убыточная сделка не обязательно означает ошибочное решение.
И прибыльная сделка не обязательно означает правильное решение.
Если риск был определён заранее и гипотеза закрыта после её нарушения — убыток является предусмотренной частью процедуры. А случайно заработанные деньги вполне могут скрывать плохую систему принятия решений.
Поэтому в записке я сознательно не отвечаю на вопрос, «прав Карасёв или его критики».
Гораздо интереснее другой:
Мне кажется, для обсуждения на Smart-Lab этот вопрос гораздо полезнее очередного подсчёта удачных и неудачных прогнозов.
Полный разбор:
«Покупать тенденцию, а не цену: архитектура технического решения на фондовом рынке» — ROTKO Advisory
А как считаете вы: технический анализ должен доказывать свою ценность точностью прогнозов — или достаточно того, что он позволяет формализовать вход, риск и выход?
Предположим, актив падает в цене. Мы не знаем, когда будет дно. Но мы каждую пятницу (может в понедельник или другой день), если за неделю было падение, покупаем какой-то процент актива от общего портфеля (либо определенное количество, чтобы хватило на раз в неделю на полгода, а можно, продавая подорожавший актив, покупать на эти деньги), хэджируя это продажей дальних фьючерсов (при условии наличия контанго между ценой актива и фьючерса). Повторяем на следующей неделе, если падение продолжится. Фьючерсы закрываем частями, например, при росте цены актива на 5%, другую часть на 10% и т.д. Может стоит применять закрытие фьючерсов иным способом. Так шансы слить минимальны, а вот прикупить по хорошей цене интересные акции поможет.
Интересная конструкция, спасибо. По сути, здесь уже другая логика управления риском: не ожидание подтверждения смены тенденции, а последовательное усреднение падающего актива с одновременным хеджированием фьючерсом.
Как отдельная стратегия она вполне заслуживает разбора. Но я бы поспорил с формулировкой «шансы слить минимальны»: фьючерс добавляет базисный риск, требования по обеспечению, необходимость управления размером хеджа и его последующего закрытия. То есть риск не исчезает — меняется его структура.
И здесь как раз возникает интересное различие двух подходов. Один говорит: покупать дешевеющий актив и управлять риском через размер позиции и хедж. Второй — не пытаться определить дно и входить только после изменения ценовой структуры.
Возможно, имеет смысл отдельно сравнить эти две модели на одном и том же историческом участке рынка.
Собственно, именно поэтому в записке и не ставится вопрос о том, кто из участников дискуссии «правильный» трейдер. Мне интереснее отделить личность автора от самого метода.
Карасёв в данном случае использован как источник достаточно последовательно изложенного подхода: тенденция → сетап → вход → заранее определённый риск → выход при нарушении структуры.
Работает ли этот подход статистически и насколько хорошо — уже отдельный вопрос. В записке я как раз сознательно не выдаю авторитет человека за доказательство эффективности метода.
На мой взгляд, разбирать механизм полезнее, чем выбирать сторону в конфликте его сторонников и противников.
Получится Родитель1 и Родитель2