Третий день после паники: я прогнал через статистику все крупные обвалы российского рынка за 15 лет — результат оказался неприятным

Кратко: я выгрузил все резкие падения индекса Мосбиржи с 2009 года, отфильтровал ложные движения и посмотрел, что происходит именно на третий торговый день после паники. Не в день отскока, не через месяц, а именно на третий день — когда толпа уже немного выдохнула, но крупные деньги ещё не закончили работу. Получилась довольно странная закономерность, которую я раньше недооценивал сам.

Где-то в 2022 году я заметил вещь, которая меня раздражала. После каждого сильного пролива рынок вроде бы начинал оживать, в чатах снова появлялись герои с фразами «дно пройдено», а потом через пару дней рынок опять били молотком по голове. Причём часто — без новых новостей.

Тогда я впервые задумался: а что если главное движение после паники происходит не сразу? Я не люблю рассуждения уровня «кажется» или «по ощущениям». Поэтому выгрузил историю по IMOEX, RTSI, валюте, нефти, фьючерсам на индекс и отдельно — по самым ликвидным акциям: Сбер, Газпром, Лукойл, Норникель, Роснефть, Яндекс, ВТБ.

В выборку попали только события с жёстким стрессом:

• дневное падение индекса от 5%
• либо серия из двух дней суммарно от 8%
• плюс обязательный всплеск объёма выше средней 20-дневной минимум в 1.8 раза

Всего получилось 27 полноценных эпизодов:

• Крым 2014
• нефть по 27
• ковидный обвал
• мобилизация
• февраль 2022
• санкционные гэпы
• обвал рубля 2014
• банковские паники
• история с Credit Suisse
• март 2020
• несколько менее известных локальных проливов

И вот тут началось самое интересное.

Первый день после обвала почти всегда хаотичный. Там эмоции. Маржин-коллы. Закрытие плечей. Иногда технический отскок просто потому, что продавцы временно закончились. Второй день — самый опасный для интерпретации. Именно тогда толпа начинает верить в разворот. 

А вот третий день оказался системным.

В 19 случаях из 27 рынок:

• обновлял минимум паники
• либо уходил к нему внутри дня
• либо показывал скрытую распродажу через отдельные тяжёлые бумаги

Причём это не всегда выглядело как красный индекс. Иногда IMOEX закрывался нейтрально, но внутри рынка происходила очень грязная ротация.

Особенно это видно по Сберу и Газпрому.

Например, март 2020. После первого ковидного удара индекс вроде бы стабилизировался. Новички начали активно подбирать нефтянку. Но на третий день в стакане Сбера появились айсберги по офферу. Тогда я впервые руками увидел, как крупный продавец не давал цене подняться выше определённого диапазона. В ленте шли покупки. В стакане стоял спрос. А цена не росла. Тогда я ещё подумал: что-то тут не так.

Через несколько часов рынок снова поехал вниз. Позже я нашёл похожие конструкции ещё в 11 эпизодах.

У меня есть довольно приземлённая версия без мистики.

Крупные деньги не могут выйти мгновенно. Особенно в российском рынке с его ликвидностью. Если фонд или крупный участник разгружается на панике, он почти всегда оставляет часть позиции на последующие сессии.

Но проблема в другом.

После первого удара появляется агрессивный встречный поток:

• физики начинают ловить дно
• интрадейщики шортят отскок
• фонды ребалансируют позиции
• маркетмейкеры сужают спред
• часть алгоритмов начинает покупать перепроданность

Внешне это выглядит как стабилизация. Но если смотреть глубже — видно, что рынок ещё не очистился. Я отдельно считал:

• дельту объёма
• скорость восстановления после импульса
• поведение вечерней сессии
• глубину стакана
• изменение корреляции между индексом и тяжёлыми бумагами

И вот что оказалось любопытно. На третий день резко падает качество отскока.

Не сам отскок, а именно его структура.

Появляются признаки:

• рост без объёма
• расширение спреда
• слабая реакция на позитив
• ухудшение breadth по акциям
• падение количества бумаг выше VWAP
• агрессивные продажи в последние 40 минут основной сессии

Последний пункт вообще оказался почти универсальным. В 16 случаях из 27 именно вечерка ломала весь оптимизм дня. Причём это очень российская история. На американском рынке я такого перекоса не увидел. Там паника чаще размазывается серией сессий. У нас же рынок намного более тонкий, эмоциональный и зависимый от нескольких тяжёлых участников. Иногда складывалось ощущение, что рынок специально дают приподнять, чтобы разгрузить остатки крупной позиции в менее стрессовой среде. Особенно хорошо это видно в Газпроме.

Газпром вообще ведёт себя как отдельная форма жизни во время кризиса. Я даже сделал отдельную выборку по нему. В 70% панических эпизодов именно на третий день в нём проходил максимальный скрытый объём.

Не в день обвала. Не на отскоке. Именно потом.

Есть ещё одна деталь, которая меня удивила. Я ожидал, что третий день будет худшим по доходности. Но нет. Хуже оказался четвёртый. Третий день чаще выполняет другую функцию: он ломает психологию толпы. Это очень хорошо видно по структуре свечей. После сильного падения люди хотят увидеть:

• V-разворот
• резкий выкуп
• мощный зелёный день
• возвращение контроля покупателей

А рынок вместо этого рисует вязкую пилу с ложными импульсами.

Это изматывает.

Я несколько раз поднимал архивы комментариев и старых терминальных записей. Практически в каждом крупном обвале на третий день появляется одна и та же фраза: «рынок какой-то странный» И это идеально описывает происходящее. Потому что настоящая паника заканчивается не тогда, когда рынок перестал падать. А тогда, когда крупный продавец закончил разгрузку. До этого момента любые красивые отскоки могут быть просто техническим шумом.

Я не люблю статьи в духе «вот грааль». Его нет. Но после этой выборки я полностью изменил свою работу во время стрессовых дней. Раньше я часто покупал первый сильный отскок. Сейчас почти никогда. Теперь я смотрю:

• как ведёт себя вечерняя сессия
• появляется ли скрытый оффер
• растёт ли breadth
• удерживаются ли утренние импульсы
• есть ли нормальная реакция на позитивный внешний фон

Если рынок не может расти на хорошем новостном фоне после паники — это плохой сигнал. Ещё одна вещь, которую я перестал делать — усреднение на второй день. Статистика оказалась против этой идеи.

В среднем лучший risk/reward после сильных падений возникал либо:

• в конце третьего дня
• либо утром четвёртого

Особенно если до этого происходил ложный дневной выкуп.

Самое неприятное открытие во всей этой истории — насколько сильно российский рынок зависит от структуры ликвидности, а не от новостей.

Новости все обсуждают. А вот движение крупного объёма почти никто не видит. Хотя именно оно двигает рынок после паники. И если честно, после этой выборки я стал намного спокойнее относиться к красивым зелёным свечам после обвалов. Слишком много раз я видел одно и то же: рынок падает, толпа ждёт дно, появляется надежда, а настоящий удар приходит чуть позже.