Структурные облигации - взрывной рост пороховой бочки

В последнее время всё чаще на рынке говорят про структурные облигации.
Структурные облигации относятся к сложным финансовым инструментам, которые сочетают в себе свойства классической облигации и производных финансовых инструментов. По сути, это долговые ценные бумаги, по которым размер и даже факт выплаты дохода и номинала зависят от наступления заранее оговорённых событий, обычно связанных с динамикой базового актива — акций, индексов, валют, товарных цен или процентных ставок. Благодаря такой конструкции инвестор может претендовать на повышенный потенциальный доход по сравнению с обычными облигациями, но одновременно принимает на себя дополнительные риски, включая риск потерь части или всей вложенной суммы при неблагоприятном сценарии базового актива.

Во многих выпусках предусмотрена условная защита капитала: условиями выпуска фиксируется «несгораемый минимум» возврата номинала, который действует до определённого уровня падения базового актива. Структурные облигации рассчитаны на стратегию «купи и держи» до погашения, поскольку вторичный рынок для таких бумаг ограничен, а условия выплат привязаны к состоянию базового актива именно на дату погашения. При этом инструмент остаётся долговым по своей юридической природе, и инвестор несёт стандартный риск дефолта эмитента сверх специфических рыночных рисков, заложенных в структуру продукта.

В 2022–2024 годах на российском рынке случился стремительный рост структурных облигаций (объем рынка вырос в 5,2 раза до 1,87 трлн рублей). При этом, сейчас начинают активно стимулировать спрос на такие продукты как со стороны инвесторов, так и с позиции эмитентов. К примеру, Мосбиржа запускает маркетинговую акцию до конца 2026 года с фиксацией комиссии по выпуску структурных облигаций на уровне 0,04% от общего фактического объёма размещения.

Но что об этом думает ЦБ?
Обратимся к записке «Структурные облигации: рыночная динамика, риски и доходность».

Главный посыл: Структурные облигации несут повышенные риски для инвесторов

Центральный Банк выявил 3 ключевые проблемы этого рынка:
1. Структурные облигации как класс финансовых инструментов приносят преимущественно нерыночную доходность. В своем большинстве они характеризуются недополученными доходами в сравнении с инвестициями с меньшим уровнем риска. Средневзвешенная по объему выпуска реализованная (фактическая) доходность облигаций – 3,2% годовых.
2. Абсолютное большинство бумаг с убытками более 50% находилось в портфелях физических лиц, а выпуски с доходностью выше 30% достались в основном страховым компаниям и профучастникам. Оценка предельных значений доходности выявила, что наибольшие убытки в абсолютном выражении понесли граждане.
3. Обманчивое название. Типовая структурная облигация представляет собой необеспеченное обязательство в рублях на срок до 1 года с символическим купоном в 0,1%. Предполагается, что доход инвестору приносит разовый дополнительный платеж при погашении облигации. Величина дополнительного платежа зависит от изменения цены базового актива: индекса, валютной пары, акции одного или нескольких эмитентов. У типовой структурной облигации отсутствует так называемая защита капитала, то есть размер выплат может быть меньше номинала в зависимости от наступления или ненаступления заранее оговоренных обстоятельств.

Один из примеров, когда эти риски реализовались — структурные облигации для квал. инвесторов ВТБ С1-519.
Выплаты по ним были привязаны к корзине из 5 акций. В случае падения хотя бы 1 из них до уровня ниже 85% от «стартовой» цены на момент выплаты, убыток мог бы быть в сумму погашения. В корзину были включены акции Самолёта, которые на момент погашения потеряли 68%. Из-за этого ВТБ заплатил держателям этой бумаги всего лишь 32% от номинала.

С учётом позиции Банка России структурные облигации на российском рынке выглядят как инструмент с явно асимметричным соотношением риск/доходность в ущерб розничным инвесторам. Формально оставаясь долговыми ценными бумагами, по факту они часто не обеспечивают защиту капитала и приносят низкую средневзвешенную доходность, уступающую более простым и менее рискованным альтернативам. Концентрация значительных убытков у физических лиц при том, что наиболее доходные выпуски оказались преимущественно у профучастников и страховщиков, указывает на перекос в распределении рисков и выгод.