Отрицательные цены на нефть!

Хай пипл.
История давняя, читал сегодня новости что апелляция встала на сторону миноритариев в споре с прокуратурой касаемо Соликамского магниевого завода, и типа дело в том что в данном случае ЦБ и Мосбиржа показали свои лоббисткие возможности. 
Я просто сразу вспомнил историю про отрицательные цены на нефть в 2020 году (а я потерял 30 тыщ на ней потому что на планке у меня остался 1 непроданный контракт) и историю с отменой сделок на Лондонской бирже в 2022 году и вот какой диалог у меня завязался с ДИПСИК...

Отмена сделок по никелю на Лондонской бирже металлов (LME) произошла 8 марта 2022 года из-за экстремальной волатильности цен, которая привела к хаосу на рынке.
Основные причины отмены сделок:
1 Резкий скачок цен на никель
◦ За сутки (7–8 марта) цена никеля выросла более чем на 250%, достигнув $100 000 за тонну (при обычном уровне около $20 000–$30 000).
◦ Такой рост был вызван паникой из-за санкций против России (крупный производитель никеля — «Норникель») и спекуляциями.
2 Маржин-коллы и угроза дефолтов
◦ Многие трейдеры, играющие на понижение (шортисты), не смогли покрыть маржинальные требования из-за стремительного роста цены.
◦ Китайская компания Tsingshan Holding Group (крупнейший производитель никеля) оказалась под угрозой многомиллиардных убытков из-за коротких позиций.
3 Решение LME приостановить торги и отменить сделки
◦ LME объявила форс-мажор и аннулировала все сделки с никелем, заключённые 8 марта.
◦ Торги возобновились только 16 марта с лимитами ценовых колебаний.
Последствия:
• Критика LME за вмешательство в рыночные механизмы (некоторые трейдеры требовали компенсаций).
• Судебные иски от хедж-фондов (например, Elliott Management оспаривал отмену сделок).
• Усиление регулирования на рынке металлов.
Этот случай стал одним из самых громких в истории товарных бирж и показал уязвимость рынка при геополитических кризисах.

 

 

Если лондонская биржа отменила сделки по никелю почему биржи не отменили сделки по отрицательным ценам на нефть

 

Отличный вопрос! Разница в подходах LME (Лондонской биржи металлов) и, например, CME (Чикагской товарной биржи, где торговались фьючерсы на нефть WTI с отрицательными ценами) объясняется несколькими ключевыми факторами:
1. Разные причины кризисов
• Никель (LME, март 2022) – резкий спекулятивный скачок из-за опасений по поводу санкций против России. LME решила, что рынок стал «неупорядоченным», и отменила сделки, чтобы избежать массовых дефолтов.
• Нефть (CME, апрель 2020) – падение цен в минус (-$40 за баррель) было вызвано физическими ограничениями(нехватка хранилищ) и истекающими фьючерсами. CME считала, что это рыночная реальность, а не сбой.
2. Разные механизмы торгов
• LME – это биржа физических металлов, где многие контракты подразумевают реальные поставки. Резкие скачки цен угрожали стабильности рынка.
• CME – фьючерсы на нефть WTI – это финансовые инструменты, и отрицательные цены были технически возможны (биржа заранее предупреждала о таком сценарии).
3. Разные регуляторные подходы
• LME активно вмешивается в торги (может приостанавливать, отменять сделки), так как отвечает за стабильность рынка металлов.
• CME придерживается принципа «рынок всегда прав», даже если это приводит к экстремальным ситуациям (как отрицательные цены).
4. Кто пострадал?
• По никелю – отмена сделок спасла шортистов (например, Tsingshan), но разозлила тех, кто купил по высоким ценам.
• По нефти – отрицательные цены разорили некоторых трейдеров, но CME не стала их спасать, считая это рыночным риском.
Вывод:
LME действует как «опекун» рынка металлов, а CME и NYMEX (нефть) больше полагаются на рыночные механизмы, даже если это приводит к шоковым ситуациям.

 

 

а разве опасения по поводу санкций не рыночная реальность?

 

Отличный контраргумент! Действительно, если следовать строгой рыночной логике, опасения по поводу санкций — это часть рыночной реальности, как и дефицит нефтехранилищ в 2020 году. Но LME (Лондонская биржа металлов) приняла решение отменить сделки по никелю, тогда как CME (для нефти) — нет. Почему так произошло?
Ключевые различия в подходах
1 Природа кризиса
◦ Никель (2022): Цены взлетели из-за паники и спекуляций, а не мгновенного физического дефицита. Россия (крупный поставщик) ещё не была под санкциями в металлургии, но рынок уже реагировал истерично.
◦ Нефть (2020): Отрицательные цены возникли из-за реального переполнения хранилищ и технических особенностей фьючерсов WTI (которые требуют физической поставки).
2 Роль биржи
◦ LME считает себя не просто площадкой для торгов, но и гарантом стабильности рынка металлов.

Её устав позволяет отменять сделки, если они «не отражают справедливую цену».

◦ CME/NYMEX рассматривает себя как нейтральную платформу, где цена формируется рыночными силами, даже если это кажется абсурдным (например, -$40 за баррель).
3 Техническая возможность
◦ Для никеля: LME вручную приостановила торги и откатила сделки, потому что система не была готова к 250% скачку за день.
◦ Для нефти: CME заранее предупредила о возможности отрицательных цен и обновила систему, чтобы та могла их обрабатывать.
4 Кто лоббировал?
◦ На LME: Китайская Tsingshan (крупнейший игрок на никеле) оказалась под угрозой коллапса из-за шорта. Давление со стороны крупных участников могло повлиять на решение.
◦ На CME: Хедж-фонды и банки, заработавшие на падении нефти, не были заинтересованы в отмене сделок.
Была ли «рыночная реальность» в случае никеля?
Формально — да, санкционные риски были реальными. Но LME решила, что:
• Рост цены не отражал реальный баланс спроса и предложения, а был результатом панического скупания бумажного никеля.
• Без отмены сделок рынок мог рухнутьиз-за цепочки дефолтов.
Вывод
Главное отличие — в философии бирж:
• LME действует как «попечитель» рынка и готова вмешаться, если считает, что торги вышли из-под контроля.
• CME/NYMEX следует принципу «caveat emptor» («пусть покупатель будет бдителен») и допускает экстремальные scenarios, если они технически возможны.
Так что формально вы правы: санкционные риски — это часть рынка. Но LME посчитала, что в случае никеля реакция была непропорциональной и разрушительной, поэтому вмешалась. CME в случае нефти решила, что отрицательные цены — это естественный итог рыночных сил, даже если он болезненный.

 

 

реальных физических поставок нефти по отрицательным ценам не было, а цена нефти на чикагской бирже вернулась к нормальной цене после экспирации wti на других биржах которые привязаны к cme и не являются поставочными. Цена никеля же взлетела из-за реальных боевых действий и угроза дефицита была реальной.

 

Вы подняли очень важные нюансы, которые действительно ставят решения LME и CME в разный контекст. Давайте разберёмся глубже.
1. Физические поставки нефти по отрицательным ценам
Вы абсолютно правы: реальных поставок нефти по $-40 не было. Отрицательная цена возникла только на майских фьючерсах WTI за день до экспирации (20 апреля 2020) из-за:
• Технического коллапса: Трейдеры, не способные принять физическую нефть (из-за заполненных хранилищ), массово закрывали позиции, платя покупателям, лишь бы избежать поставки.
• Отсутствия механизма «торговой остановки» у CME – биржа заранее допустила отрицательные цены, посчитав это рыночным исходом.
Но ключевой момент:
• На других биржах (Brent, Dubai) и в последующие месяцы цена нефти оставалась положительной.
• Это был локальный кризис одного контракта, а не системный обвал рынка.
2. Никель: угроза дефицита была реальной, но...
Да, Россия – ключевой поставщик никеля(≈20% мирового производства), и война создала риски дефицита. Однако:
• Физического дефицита ещё не было – запасы на складах LME были на нормальном уровне.
• Цена взлетела на 250% за день – это явно спекулятивный пузырь, а не плавная реакция на дефицит.
• Главная причина скачка – margin calls и шорт-сквиз (Tsingshan и другие шортисты были вынуждены скупать никель любой ценой).
Почему LME отменила сделки, а CME – нет?
Для нефти (CME):
• Отрицательные цены касались только одного контракта (WTI май-2020), а не всего рынка.
• CME заранее предупредила о такой возможности и не считала это сбоем.
• Физические поставки по $-40 не произошли – значит, система саморегулировалась.
Для никеля (LME):
• Угроза каскадных дефолтов – если бы LME не отменила сделки, Tsingshan и другие понесли бы убытки в десятки миллиардов, что могло обрушить рынок.
• LME традиционно вмешивается при «неупорядоченных торгах» (так было в 1985 году с оловом).
• Биржа посчитала, что цена перестала отражать реальный спрос/предложение и превратилась в результат панических ставок.
Вывод: почему разный подход?
Критерий
Нефть (CME, 2020)
Никель (LME, 2022)
Причина кризиса

Технический коллапс (нехватка хранилищ)
Спекуляции + страх санкций
Физический дефицит?
Нет (был локальный логистический кризис)
Пока нет (но угроза реальная)
Масштаб проблемы
Один контракт (WTI май-2020)
Весь рынок никеля
Роль биржи
Нейтральная платформа («рынок всегда прав»)
Активный регулятор («защищаем стабильность»)
Были ли реальные поставки по экстремальной цене?
Нет
Да (LME – поставочная биржа)
Итог:
• CME не отменяла сделки, потому что кризис был локальным и техническим, а не фундаментальным.
• LME отменила, потому что спекулятивный пузырь угрожал всей системе (и, вероятно, из-за лобби Tsingshan).
Ваш аргумент верен: угроза дефицита никеля была реальнее, чем кризис нефти в -$40. Но LME вмешалась не из-за дефицита, а из-за непропорционального роста цены, который она сочла «несправедливым». CME же посчитала отрицательные цены естественным итогом рыночной механики.

 

 

выходит же биржи подошли к решению вопросов исключительно из личной выгоды

 

Вы правы в том, что личные интересы бирж и крупных игроков сыграли ключевую роль в этих решениях. Однако формально биржи апеллировали к «стабильности рынка» и «технической необходимости». Давайте разберёмся, где здесь двойные стандарты и финансовая выгода.
1. LME (никель) – Спасение «своих»
• Кто выиграл? Китайская Tsingshan Holding (крупнейший производитель никеля) – у неё были огромные шорт-позиции, и без отмены сделок её убытки составили бы $8–10 млрд.
• Кто проиграл? Хедж-фонды и инвесторы, купившие никель на пике (например, Elliott Advisors подал в суд на LME).
• Почему LME пошла на это?
◦ Tsingshan – ключевой игрок на рынке никеля, её крах ударил бы по всей отрасли.
◦ LME принадлежит Гонконгской бирже (HKEX), а Китай – крупнейший потребитель никеля. Конфликт интересов? Безусловно.
2. CME (нефть) – «Рынок разберётся»
• Кто выиграл? Хедж-фонды и банки, играющие на понижение (например, Vitol, Glencore).
• Кто проиграл? Мелкие трейдеры и ETF (вроде USO), не ожидавшие минус $40.
• Почему CME не отменила сделки?
◦ Отрицательные цены были технически предусмотрены (CME заранее обновила систему).
◦ Кризис касался только WTI, а не всей нефти.
◦ CME заработала на волатильности (комиссии за сделки).
3. Двойные стандарты?
Критерий
LME (никель)
CME (нефть)
Чьи интересы защищала?
Крупных производителей (Tsingshan)
Крупных спекулянтов (хедж-фондов)
Была ли альтернатива?
Можно было ввести лимиты раньше
Можно было остановить торги при -$10
Кто давил на биржу?
Китайские компании + HKEX
Уолл-стрит (банки, хедж-фонды)
Финансовая выгода биржи
Сохранение доверия крупных игроков
Рост комиссий из-за аномальной активности
Вывод: биржи действовали в своих интересах
• LME спасла Tsingshan, потому что та – системообразующий игрок, а крах вызвал бы цепную реакцию.
• CME не стала спасать мелких трейдеров, потому что крупные игроки на этом заработали, а биржа получила комиссии.
Формально – всё по правилам. По сути – классический пример «приватизации прибылей и социализации убытков».
👉 Итог: Да, биржи принимали решения исходя из выгоды ключевых участников, а не «справедливости». Но так устроена финансовая система: кто больше влияет – тот и диктует правила.