ФРС проведёт экстренное закрытое заседание 13 марта.

Весной 1927 года три пилигрима— управляющий Банком Англии Монтегю Норман, вечный управляющий Рейхсбанком Ялмар Шахт и заместитель управляющего Банком Франции Шарль Рист — отправились в США, чтобы выработать простую и понятную денежную политику (переговоры об этом начались еще в 1925 году). Федеральный резерв пошел им навстречу. Учетная ставка Федерального резервного банка Нью-Йорка была снижена с 4 до 3,5 процента. В крупных масштабах начали приобретаться правительственные ценные бумаги, так как простая математика подсказывала, что это принесет и банкам, и частным инвесторам
существенную прибыль.
В январе 1929 года ставка рефинансирования в Федеральном резервном банке Нью-Йорка составляла 5 процентов, а ставка по брокерским кредитам — 6— 12 процентов.
Второго февраля правление Федерального резерва обратилось к резервным банкам со следующим посланием: «Коммерческие банки не вправе претендовать на ссуды резервного банка, если получаемые средства предназначаются для финансирования спекулятивных сделок либо способствования их проведению. Правление не имеет полномочий вмешиваться в кредитную практику коммерческих банков, если к этим операциям не привлекаются средства федеральных резервных банков. Однако оно несет ответственность за те случаи, когда имеются свидетельства, что коммерческие банки осуществляют выдачу кредитов для спекуляции биржевыми активами за счет кредитных средств Федерального резерва»
Четырнадцатого февраля 1929 года Федеральный резервный банк Нью-Йорка предложил повысить ставку рефинансирования с 5 до 6 процентов, чтобы немного обуздать спекуляцию. Правление Федерального резерва в Вашингтоне посчитало это бесполезной мерой, которая только затруднит возврат кредитов, взятых на нужды бизнеса.