Это нефть, детка

Создается стойкое ощущение, что этих цен скоро не будет, и увидеть их не получится очень долго. Только сверху или с низу на них смотреть придется — неясно.
Лейтмотив минорный. Напоминает похоронный марш, где мерными шагами, в такт ударным и духовым, несут углеводород вперед баррелями. В процессии собрались близкие: вышки, запасы, арабы, россияне. Китайцы не явились, как и на все прошлые мероприятия. Но им простительно, они скинули нормально на гроб.
Впрочем, не рады и торговцы цветами, никто не покупает продукцию, т.к. врач еще оставил шансы.
Процессия тянется неспешно, вздрагивая и оглядываясь на каждый нескромный звук пьяного доктора: вдруг чо?
Но чуда не происходит. Углеводород опускают в глубокую яму, вырытую сумасшедшей сестрой Трампа (не того, а другого какого-то Трампа, которого хер кто знает; но повелись на фамилию, доверились, не прогадали).
И первые комки с землей глухо обрушились на крышку китайского ящика.
«Все», — подумал Штирлиц и закурил. Но ветер сильным порывом выдернул «Беломор» из уст разведчика, кружа и ускоряясь понес папироску прямо к холодным баррелям углеводорода. 
Никто не успел опомниться. Так, млять, бомбануло, что погребло всю процессию в мановение ока, под нервную истерику спекулянтов, случайно оставшихся а лонгах.
Кроме нескольких сумасшедших «быков», живы остались китайцы, т.к. их не было и близко на этом сборище. За ними будущее.