Играем с «ИИ ассистентом» в геостратегов пытаемся предсказать будущее

Спойлер: шансы почти 50/50 😄

Нефтяные ⛽️ шоки:

🔻 1973 (Йом-Кипур, нефтяное эмбарго)
Конфликт быстро превратился из геополитического события в системный энергетический кризис: страны ОПЕК сознательно ограничили поставки, нефть выросла примерно в 4 раза, что запустило цепную реакцию — инфляция вышла из-под контроля, экономика замедлилась, ФРС сначала недооценила ситуацию, а затем усилила её ужесточением политики. В результате рынок сначала упал примерно на −16%, но затем снижение продолжилось уже по макро причинам, приведя к полноценному медвежьему циклу с восстановлением только через несколько лет.

🔻1990 (Ирак–Кувейт)
Вторжение Ирака вызвало резкий скачок нефти и страх перебоев поставок, что привело к падению S&P 500 примерно на −15.9%. Однако в отличие от 1973 года это оказался не структурный кризис, а шок неопределённости: предложение нефти было достаточно быстро компенсировано, устойчивого дефицита не возникло, и рынок понял, что экономика не переходит в новый режим. В результате падение оказалось краткосрочным, а восстановление заняло всего несколько месяцев.

Далее рассуждения ИИ от первого лица.

Если упростить, рынок сейчас пытается понять, это сценарий 1990 года — резкий шок, быстрый откат нефти и затем восстановление акций, — или сценарий 1973 года — когда военный конфликт превращается в длительный энергетический и инфляционный режим.

Исторически оба кейса дали похожее первое движение по S&P 500: около −16%, но дальше траектории резко разошлись. В 1973 году после начала войны Судного дня и арабского нефтяного эмбарго рынок не просто просел на старте: нефтяной шок перешёл в рецессию, устойчивую инфляцию и долгий тяжёлый медвежий рынок. В 1990 году после вторжения Ирака в Кувейт нефть тоже резко взлетела и S&P 500 упал примерно на 15.9%, но затем рынок относительно быстро восстановился.

Если наложить текущую ситуацию на эту матрицу, я бы сейчас дал такую грубую оценку вероятностей:

1990-сценарий: 55–60%.

Пока базовый аргумент в его пользу в том, что рынок США всё ещё относительно устойчив. По Reuters, несмотря на войну и скачок нефти более чем на 30%, S&P 500 от пиков просел лишь примерно на 8%, а консенсус по прибыли компаний остаётся довольно сильным. Это больше похоже на рынок, который пока считает шок управляемым, а не системным. Кроме того, нефть в последние дни уже показывала резкие откаты на надеждах на дипломатическое урегулирование, то есть рынок пока верит в обратимость шока.

1973-сценарий: 40–45%.

Риск здесь уже вполне реальный, потому что нынешний конфликт затрагивает Ормузский пролив, через который обычно проходит около одной пятой мировых поставок нефти и СПГ. Reuters и AP сообщают, что длительное нарушение прохода через Ормуз может убрать с рынка порядка 13–14 млн баррелей в день, а трафик через пролив уже резко просел. Дополнительно Reuters пишет о перебоях в нефтехимии, росте издержек в Азии и Европе и новом инфляционном давлении по цепочке. Это уже не просто заголовочный шок — это риск перехода в режим устойчиво высоких издержек.

Теперь самое важное: какие сигналы покажут, что мы реально идём по 1973, а не по 1990.

1⃣ Первый и главный сигнал — не просто всплеск нефти, а её устойчивость на высоких уровнях. И RBC в своём свежем обзоре прямо делает именно этот акцент: для акций важен не сам краткосрочный spike в нефти, а устойчивый рост цен на энергию. В 1990 рынок пережил шок, потому что стало ясно: дефицит не закрепляется надолго. В 1973 произошло обратное: дорогая нефть стала новым режимом.

Значит, если Brent быстро возвращается ниже $90–95 и там удерживается, это аргумент в пользу 1990. Если же нефть держится выше $100 заметное время, а тем более снова идёт к $110–120, вероятность 1973 заметно растёт. Сейчас Brent, по Reuters, остаётся около $104, а Barclays предупреждает, что при затяжном нарушении прохода через Ормуз цены могут оставаться у $100–110 и выше.

2⃣ Второй сигнал — физическая нормализация или ненормализация поставок через Ормуз. В 1990 рынок довольно быстро понял, что предложение можно компенсировать. Сейчас это менее очевидно. Если в ближайшие недели танкерный трафик и экспорт начнут реально восстанавливаться, это будет сильный аргумент за 1990. Если же проход через Ормуз остаётся фактически “узким бутылочным горлышком”, а ограничения продолжают бить по нефти, СПГ и нефтехимии, это уже движение к 1973. Reuters и AP как раз описывают нынешнюю ситуацию как тяжёлое нарушение маршрута с серьёзными последствиями для глобальных поставок.

3⃣ Третий сигнал — как поведут себя инфляционные ожидания и ставки. В 1973 шок по нефти встроился в инфляцию и заставил денежную политику стать частью проблемы. В 1990 инфляционный эффект оказался более ограниченным. Значит, если дальше мы увидим не просто временный скачок headline inflation, а рост более широких инфляционных ожиданий и разговоры о том, что ставки придётся держать высокими дольше, это движение к 1973. Reuters уже пишет, что нефть снова поднимает инфляционные опасения, а OECD предупреждает: при затяжном конфликте инфляция в США может заметно ускориться, при одновременном замедлении роста. Это именно та комбинация, которой рынок боится больше всего.

4⃣ Четвёртый сигнал — ширина падения по акциям. Пока слабее выглядят Азия и наиболее энергоёмкие сегменты, а рынок США в целом держится относительно лучше. Это скорее 1990-подобная реакция: локальный шок, а не поломка всей системы прибыли. Если же начнётся более широкая переоценка американских акций — особенно циклических секторов, потребителя, small caps, кредиточувствительных сегментов, — это уже будет признаком перехода ко второй фазе, как в 1973, когда рынок начал падать уже не из-за войны как новости, а из-за ухудшения макро. Reuters пока отмечает, что Уолл-стрит делает ставку на устойчивость корпоративных прибылей, но этот тезис очень зависит от того, как долго нефть останется высокой.

5⃣ Пятый сигнал — кредит и долгосрочные доходности. Если конфликт начинает тянуть за собой больший бюджетный дефицит, рост оборонных расходов, более высокие долгосрочные доходности и ухудшение условий финансирования, это уже становится не просто новостным событием, а системным макро-фактором.

В свежем материале Morgan Stanley как раз отдельно отмечается, что рост военных расходов и дефицитов может толкать вверх долгосрочные Treasury yields и давить и на акции, и на облигации. Это не сам по себе 1973, но это путь к более тяжёлому сценарию.

Если собрать всё вместе, то пока рынок всё ещё ближе к 1990, чем к 1973, но отрыв уже некомфортно маленький.

Почему не 1973 прямо сейчас? Потому что рынок США ещё не ведёт себя так, как ведёт себя рынок при закрепившемся энергетическом режиме: падение умеренное, прибыли пока не рушатся, а часть участников всё ещё верит в быстрое дипломатическое окно.

Почему уже нельзя легкомысленно ставить только на 1990? Потому что нынешний шок глубже обычного новостного: Ормуз реально нарушен, Азия и Европа уже чувствуют издержки, а нефть снова вернулась в зону, где она может начать менять поведение инфляции и денежной политики.

Если совсем коротко, то матрица сейчас такая:

Путь к 1990: нефть быстро откатывается, Ормуз частично нормализуется, США удерживают прибыль и рынок труда, а шок остаётся в основном геополитическим.

Путь к 1973: нефть застревает высоко, перебои с поставками затягиваются, издержки расползаются по экономике, инфляционные ожидания снова растут, а рынок начинает уже не просто нервничать, а переоценивать весь макро-режим.