Завьялов Илья (Поинт Пей): проблемы необанков и путь к успеху через DeFi.

В последние годы многие необанки обрушились под тяжестью собственных экономических моделей, и большинство криптобанков, к большому сожалению, сегодня повторяют те же критические ошибки. Согласно аналитике, прибыльными оказались менее 5% необанков. Главный их аргумент — полностью цифровой сервис с низкими комиссиями и удобным пользовательским опытом — на практике сталкивается с суровой реальностью неустойчивой доходности.

Основной доход необанков формируется за счет комиссий с операций по картам. Такая схема работает только при больших объемах и высокой марже — а на деле комиссия с транзакции во многих регионах регулируется и ограничивается (например, в ЕС — 0,2%, а в США по закону Додда-Франка — в районе $0.21 плюс 0,05% за использование карты). Даже попытки обойти эти ограничения через партнерские банки дают временное преимущество, которое быстро исчезает под давлением регуляторов и конкуренции. Добавим к этому чувствительность к экономическим циклам: в кризис потребители меньше тратят, и прибыль необанков резко снижается.

Традиционные банки получают основную прибыль не с карточных комиссий, а с кредитования и процентного дохода: в среднем 60–65% оборота — это банковские ссуды и проценты. Необанки же, даже обладая лицензией, редко строят масштабные кредитные портфели, а если говорить о криптобанках, работающих через самокастодиальные решения, они вообще технически лишены возможности передавать средства в кредит или генерировать стандартную банковскую доходность. В лучшем случае они частично передают депозиты в DeFi-протоколы вроде Aave или Lido, но не контролируют риски и получают минимальный процент. В итоге депозиты лежат «мертвым грузом», а банки становятся просто дорогими хранилищами для пользовательских средств без выгоды для себя.

В отличие от классических банков с филиальной или исторически сложившейся клиентской базой, необанки вынуждены тратить немалые средства на агрессивный маркетинг, реферальные программы и стимулирование первых транзакций. В криптоиндустрии эти затраты еще выше: необходимо обучать клиентов, снижать порог входа, платить бонусы за первые депозиты, а это расходы, которые ложатся на экономику стартапа. При этом большинство клиентов заводят небольшие суммы (менее $1000), а фиксированные издержки на поддержание инфраструктуры, безопасность и KYC остаются неизменными.

Анализируя ошибки прошлого, становится ясно: простое копирование моделей Chime или Monzo бесперспективно. Главное преимущество криптобанков должно заключаться во внедрении DeFi-продуктов: торговая активность пользователей приносит высокомаржинальную выручку (пример — Revolut или Phantom Wallet). Дополнительно можно интегрировать структурированные DeFi-продукты: выпуск собственных стейблкоинов, кураторские доходные пулы (vaults), onchain-ETF, страхование, работу с реальными активами через блокчейн. По образцу китайских финтехов можно собрать широчайшую продуктовую линейку по управлению капиталом, что повысит маржинальность и удовлетворит спрос аудитории на доходные продукты.

Модели классических необанков изначально были недостаточно прибыльными. Криптобанки, несмотря на новизну инструментов, сталкиваются с еще большими издержками, снижением маржи по платежам, жесткой конкуренцией и сложностями комплаенса. Крупные финтехи вроде Revolut и Nubank уже интегрируют стейблкоины и DeFi-продукты — криптобанкам будет чрезвычайно тяжело конкурировать с такими гигантами напрямую. Перспектива — не создавать новые банки, а строить инфраструктурные решения: маршрутизаторы доходности, слои обмена, DeFi-оболочки, которые смогут повысить прибыльность работы существующих банков и финтехов благодаря криптоинновациям.