Понятно, что мысль о том, что власть может быть бессубъектной, довольно неочевидна и сложна.
Тем не менее она совсем не маргинальна и, скорее, рассматривается как мейнстрим в академической среде.
Например, есть такой философ и писатель Ник Лэнд. Он уже много лет пишет о том, что современный процессуальный порядок сборки нечеловеческого интеллекта — ИИ из будущего. Было бы смешно, но он говорит об этом задолго до ChatGPT, за десятки лет. И его пророчества потихоньку сбываются. Понятно, тут нельзя понимать буквально, но именно как тренды это выглядит во многом убедительно.
По сути, идеи глобализма, или то, что называют левым woke-движением, хотя оно, конечно, никакое не левое, а выражает интересы корпораций, — это своего рода паразит нервной системы, который полностью подчиняет жертву, наподобие грибка в головах термитов или вируса бешенства, вызывающего бесстрашие, агрессию и слюноиспускание, чтобы перед смертью жертвы заразить побольше других. Кстати, что-то подобное есть у Докинза — автора термина «мем», который говорит, что наши тела — это просто носитель другой формы жизни: информационной единицы мема, которая подчинила себе ген.
Что делать-то? Похоже, мало кто понимает, что реальность намного страшнее, чем многие себе представляют. Вы часто упоминаете глобализм и мышление постмодерна. Но глобалисты — это не тайное общество и не закрытый клуб миллиардеров. По сути, глобалисты — это все, кому выгоден глобальный (открытый) мир. Это свобода перемещения и возможность работать удалённо и быть трудоустроенными в западной компании, а для многих отраслей (например, IT) бизнес становится рентабельным только при глобальном доминировании. Невозможно создать суверенный ИИ или суверенный микропроцессор — слишком большой капитал, инфраструктура и человеческий ресурс для этого нужны. Постмодерн — это не просто набор клоунады и бреда, а прежде всего продуктивная способность работать вне глобальных смыслов, пересобирая их ситуативно.
В глобализме и постмодерне как раз нет ни национальных интересов, ни глобальных целей и смыслов. Нет тайного мирового правительства, всё хуже — мир — это всадник без головы, поезд без машиниста.

Пост написан мой, ИИ — расшифровка надиктовки и проверка орфографии
Сейчас уже можно видеть, что часть компаний буквально озолотилась на ИИ — вроде Nebius Воложа, которые резко взлетели, — а часть, наоборот, начала сильно проседать. И тут возникает вопрос: в чём причина?
Расскажу на своём опыте.
За последний год я сделал четыре стартапа.
Первый — StockChart.ru, ИИ-ассистент для анализа биржевой отчётности.
Второй — система вайб-хайринга и вайб-менеджмента для анализа аудиозаписей переговоров.
Третий — тендерная система для анализа тендерной документации и подбора интересных тендерных предложений.
Четвёртый — HealthyMeals.Space, ИИ-диетолог.
И ни один из этих проектов не взлетел.
Почему?
Потому что, несмотря на то что разработка стала беспрецедентно дешёвой, продвижение стало очень дорогим.
Сейчас искусственный интеллект, как ни странно, во многом работает против продвижения независимых проектов. Раньше партизанский маркетинг ещё был возможен: можно было как-то продвигаться через форумы, соцсети, органику, ручное распространение. Сейчас это всё гораздо надёжнее блокируется различными автофильтрами, алгоритмами, модерацией и внутренними ограничениями платформ.