Новости рынков | С 27 декабря 2015 ужесточается порядок обмены валюты в России

 народ по стате больше 15 тыс. редко меняет за раз.

Можно несколько подходов делать.

C 27 декабря в силу вступают новые правила идентификации банками клиентов при выполнении операций покупки или продажи физлицами иностранной валюты на сумму, превышающую 15.000 рублей (чуть больше $200 по текущему курсу).

В пресс-релизе ЦБ РФ успокаивают: ничего страшного не произойдёт, никаких новых обязанностей по отчётности на клиентов банков не возлагается. Ни тебе анкет, ни опросных листов для физлиц, уверяет Центральный банк. Просто кредитные организации (читай: банки) будут обязаны вести реестры операций с наличной валютой, куда они, в случае надобности, будут отдельно заносить паспортные данные клиентов.

Мне и безо всякого пресс-релиза ясно, что на практике ничего с введением новых правил не изменится. Ни для законопослушных граждан, покупающих валюту для личных нужд, ни для теневиков, конвертирующих выручку от сомнительных в юридическом смысле операций.

Первая категория и так уже донельзя прозрачна для любых проверяющих инстанций. Как сейчас помню, когда в 2004 году хакеры дважды взломали базу данных ЦБ РФ и выложили её в открытый доступ, то я там с интересом изучил полную выписку по своему зарплатному ситибанковскому счёту, начиная с 2001 года, включая все входящие и исходящие транзакции, с подробно расписанными реквизитами плательщиков и получателей платежей. Как платящему клиенту CitiGold, мне самому такая подробная выписка никогда не была доступна: период хранения исторических данных в интерфейсе банка ограничен по времени, а указания отправителей, получателей и назначения платежа в клиентских отчётах зашифрованы до полной неузнаваемости. То есть уже 11 лет назад любому чиновнику ЦБ (как и любому хакеру или силовику, залезшему в его базу) обо всех моих легальных транзакциях, будто бы составляющих предмет охраняемой банковской тайны, было доступно больше данных, чем мне самому, владельцу счёта. Это касается и любых операций с моими валютными счетами, будь то обмен валют, получение переводов из-за рубежа, или платёж иностранным получателям. Никакой такой инструкции 499-П, вступающей в силу с 27 декабря 2015 года, не требовалось тогда Центробанку и другим надзорным органам, чтобы идентифицировать меня как владельца зарплатного счёта — включая и паспортные данные, и адрес прописки, и даже не отражённый в официальных бумагах адрес фактического проживания для присылки отчётности.

Что касается дельцов теневого сектора, аккумулирующих рублёвую массу сомнительного происхождения, и вполне предсказуемо желающих превратить её в валюту с последующим выводом за рубеж, все мыслимые инструменты для подобной конверсии выработались ещё в «лихие 90-е». Кому не интересно светить свои наличные рубли и купленную на них валюту — тот просто не понесёт эти деньги в российский банк, который сливает информацию о любой клиентской сделке Центробанку, а через его базу — любым силовикам и любопытствующим хакерам. И тут совершенно не важно, по какой причине люди не желают светить свою наличность — финансируют ли терроризм, получили взятку, или просто забыли отчитаться о доходе перед налоговой. Механизмы для всех трёх случаев одинаковы, в диапазоне от тупого наличного оборота до использования подставных юридических и физических лиц, с дроблением крупных сумм на мелкие. Никаких новых барьеров на пути реализации любой из этих схем инструкция 499-П не устанавливает. Кто привык покупать валюту на паспорт бомжа или покойника — продолжит это делать даже после того, как данные этого паспорта попадут в очередной реестр операций с наличной валютой ЦБ. Потому что во всех предшествующих реестрах этот паспорт давно уже засветился, и ничего страшного не произошло.

Единственный вопрос, который действительно тут интересен — это на фига козе баян. Зачем в реальности может быть нужен Центробанку ещё один реестр с паспортными данными, когда он уже 15 лет успешно архивирует на своих серверах все транзакции клиентов коммерческих банков, валютные и рублёвые. И вычленить из этого массива именно операции с обменом валют — элементарный запрос к СУБД (он же query, выражаясь языком потенциального противника). Так же не очень понятно, кто и почему решил, что финансирование терроризма на территории РФ непременно как-то связано с легальными операциями по обмену валют клиентами коммерческих банков. Здравый смысл подсказывает, что террористическому подполью в любой стране мира должно быть очень здорово пофиг, в какой валюте получать финансирование: в местной, или свободно конвертируемой.

Похоже, тут наши проверяющие инстанции в очередной раз очутились в положении дракончика на шоколадной фабрике: рвутся получить больше сведений, чем они в состоянии переварить. В шизопатриотической логике войны с Океанией они обречены требовать всё больше, больше и больше персональных данных врагов народа — а больше, чем есть, давно уже негде взять, потому что и враги народа, и его друзья, и сам народ уже 15 лет как в базе ЦБ учтены, со всеми персональными данными. Единственный смысл в создании нового реестра операций с валютой — имитация повышенной бдительности и настороженности там, где ничего нового узнать уже невозможно. Обо всех легальных банковских транзакциях террористического подполья ЦБ давно знает больше самих террористов. Просто у него нет способа отличить платёж террориста за сим-карту МТС от платежа законопослушного гражданина. И очередной приступ паспортизации клиентов коммерческих банков этой задачи никак не решит.