Пещера Чудес

Когда мой психотерапевт спросил какая у меня любимая сказка, я не смог сразу ответить.

Народные сказки я не любил. Все нудные, запугивающие, приучающие к послушанию «ослушалась бабушку и дедушку – заблудилась, не послушал сестрицу Алёнушку — в козленка превратился и т.п.». Гуси-лебеди мне снились в кошмарах, что прилетали меня унести за плохое поведение и Баба-Яга с ними была в ступе, а я прятался от них в нижних шкафах с кастрюлями на кухне. В общем сказки вспоминать не хотелось.

В принципе, даже разбираться не хочется откуда взялись такие сказки; менталитет русский породил или в советское время подредактировали народное творчество для воспитания трудовых масс коммунистического общества.

Почему-то пришел на ум только диснеевский мультик Алладин, который я смотрел уже в раннем подростковом возрасте много раз. Не знаю, что конкретно привлекало. Наверное, идея о том, что, несмотря на низкий социальный статус, Алладин обладал выдающимися свойствами характера, был алмазом не огранённым, одним из немногих.

В принципе обычная подростковая тема, про свою особенность. Ощущение с возрастом никуда не ушло, притупилось, но осталось. Мой психотерапевт, правда, говорит у меня синдром нарциссизма.

Но размышляя про все это, мне пришла на ум следующая аллегория.

Финансовые рынки – это Пещера Чудес. Войти может каждый. Но не каждый может рассмотреть лампу среди бесчисленного множества сокровищ. И под сокровищами я понимаю не деньги, а возможности для стимуляции мозга. Даже если трейдер знает, что (система) работает на практике с определенной долей вероятности (ему сказали про лампу), пройти и не отвлечься на сияние сокровищ — непростая задача. А рынок подкидывает огромное множество возможностей простимулировать себя самым различным образом.

Только те, у кого есть цель, не измеряемая в деньгах (по крайней мере те, кто не думает о деньгах, как о конечной цели), могут найти лампу и выбраться из пещеры.

А у кого цели нет или они пришли в пещеру за богатством, они застревают там и бродят, кидаясь от одной кучи драгоценностей к другой, катаясь на дофамино-кортизоловых качелях, меряя прибыли и убытки, телефонами, квартирами и часами, которые смогут купить, когда выйдут наружу.