Надейтесь на лучшее, готовьтесь к худшему

Мы живем в опасное время. Как только нам кажется, что наступила какая-то определенность, происходит что-то, заставляющее нас чувствовать себя так, как будто у нас выбили почву из-под ног. Действия и события часто взаимосвязаны, и то, что происходит на одном уровне – оказывая влияние на одних людей, государства, секторы экономики и компании любого размера – может сказаться и на других.
Наглядный пример — недавние теракты в Париже: они коснулись не только семей или друзей жертв, и даже не только жителей Франции. Последствия произошедшего ощущаются по всему миру, и они и дальше будут влиять на государственную политику, тактику предвыборной борьбы, свободу слова в СМИ и т.д. далеко за пределами Европы. Теракты произошли тогда, когда мир традиционно пытается понять, что будет в следующем году – чтобы предсказать грозящие людям риски, возможности, которые могут возникнуть, и трудности, которые нужно будет преодолеть. Но что можно сказать о долгосрочных рисках? Говорят ли события, подобные терактам в Париже, о невозможности их спрогнозировать? Или эти теракты отражают именно тот вид риск, который должны выявлять долгосрочные прогнозы? 

Всемирный экономический форум недавно выпустил отчет «Глобальные риски 2015», в котором он пытается предсказать и классифицировать риски, с которыми мир столкнется в последующие десять лет. ВЭФ делает акцент непосредственно на макроуровне. Например, «самую большую опасность для мировой стабильности в последующие десять лет представляет риск, связанный с международными конфликтами». Угроза войны сопровождается социальными, экологическими, геополитическими, технологическими и экономическими рисками и тенденциями. Но все эти риски будут ощущаться и на организационном, и, в конечном счете, на индивидуальном уровне. Поэтому мы пытаемся выявить и смягчить их как в конференц-залах, так и за кухонным столом. Кроме того, изменения происходят быстрее, чем когда-либо, при этом правительствам, компаниям и домохозяйствам все труднее успевать за ними. При выявлении, классификации и смягчении рисков следует руководствоваться неоспоримой и не подвластной времени истиной – единственное, что постоянно, это изменения.

Для Гераклита изменения были основным принципом жизни. Макиавелли называл их фортуной: события, которые влияют на нас и определяют наше благосостояние, часто не поддаются осмыслению и контролю. Хотя мы можем попытаться спланировать изменения, мы не всегда можем предсказать их точный характер и сроки. Кроме того, среди всех рисков, которые мы можем спланировать, и планируем, самый большой ущерб могут нанести те, к которым мы не можем подготовиться. Поэтому при выявлении, классификации и смягчении рисков мы также должны учитывать, что далеко не все изменения можно точно предсказать и спланировать. Отсюда следует, что мы должны обеспечивать устойчивость в своих семьях, организациях и государствах, а также предоставлять средства, необходимые, чтобы эффективно действовать в условиях кризиса – и таким образом минимизировать потенциально разрушительные последствия неожиданного изменения. Это также поможет нам по максимуму использовать потенциальные преимущества такого развития событий. В конечном счете, без непредвиденных изменений человеческие усилия в большинстве своем были бы бесплодными, а инновации оказались бы ненужными.

Такие шокирующие события, как массовое убийство в Charlie Hebdo в Париже, случаются, и, кажется, что они происходят чаще, чем когда-либо. Они переворачивают мир вверх дном, и заставляют нас попытаться разобраться в самих себе. Именно в такие моменты мы демонстрируем способность – или ее отсутствие – противостоять чему-то необъяснимому, незапланированному и неведомому. В то же время подобные моменты напоминают нам о том, что будущие поколения будут судить нас исходя не из того, что мы нажили – лично или в компаниях или государствах – а оценивая наше влияние на окружающих и удовлетворение их потребностей. В опасное время, когда сроки и распространение рисков могут произвести парализующий эффект, важно не только то, что мы делаем, а как мы это делаем. В такое время ценности, которые мы создаем, нельзя измерить только деньгами. Гораздо большее значение имеет помощь своим коллегам, родителям, детям и согражданам. Возможно основной риск в этом году – и в грядущее десятилетие – заключается в том, что мы теряем представление об этой прописной истине.