Project Syndicate: Капитализация JPMorgan больше, чем у пяти крупнейших банков Европы

25 лет назад капитализация каждого из пяти крупнейших банков Европы превышала аналогичный показатель крупнейшего банка США. Сейчас  капитализация одного только JPMorgan Chase выше, чем у пяти главных банков ЕС вместе взятых, пишет (https://www.project-syndicate.org/commentary/top-five-eu-banks-lower-combined-market-capitalization-than-largest-us-bank-by-howard-davies-2026-07?a_la=english&a_d=6a6ca8addb58d899d3f61202&a_m=&a_a=click&a_s=&a_p=homepage&a_li=top-five-eu-banks-lower-combined-market-capitalization-than-largest-us-bank-by-howard-davies-2026-07&a_pa=curated&a_ps=main-article-a3&a_ms=&a_r=) бывший замглавы Банка Англии Говард Дэвис.

 Причин такого резкого изменения относительных показателей много, отмечает Дэвис. Экономика США восстановилась после финансового кризиса 2008 года гораздо быстрее, чем экономика ЕС, опередив последнего почти на 20 процентных пунктов с 2009 года. Рынки капитала в США более развиты и гибки, что даёт компаниям больше источников капитала, а банкам — возможность более активно управлять своими балансами.

Кроме того, соотношение затрат и прибыли в банках ЕС остаётся стабильно высоким, а единый рынок капитала невозможен в силу законодательства. Также среди проблем указывается консервативное регулирование со стороны Европейского центробанка.

В связи с этим автор ожидает крупного конфликта между Еврокомиссией и ЕЦБ уже этой осенью, когда подойдёт срок определять замену Кристин Лагард. 

 Отметим, что измерять капитализации — дело не совсем корректное. Из того, что JPMorgan стоит дороже нескольких европейских банков вместе взятых, не следует, что он выдаёт больше кредитов или располагает большим балансом, чем те. Это прежде всего означает, что инвесторы готовы платить за каждый доллар собственного капитала JPMorgan существенно больше.

Грубо говоря, рынок ожидает от JPMorgan более высокую рентабельность и комфорт для денег. Европейские же банки могут быть крупными по активам, но оцениваться ниже балансовой стоимости, если инвесторы считают, что значительная часть их капитала связана в низко-доходном бизнесе. Скорее, правильнее говорить о падении ценности европейской банковской франшизы.

В целом, г-н Дэвис описывает не просто банковскую проблему. Он показывает разницу между двумя экономическими моделями. Американская модель за четверть века создала единый огромный внутренний рынок, глубокий рынок ценных бумаг, высокодоходный инвестиционно-банковский бизнес, долларовую финансовую инфраструктуру мирового масштаба — с известным риском пузырей. А также крупные технологические и корпоративные экосистемы, обслуживаемые банками, — столь же раздутые. Европейская модель сохранила национально раздробленные рынки, зависимость предприятий от банковского кредита, многочисленные политические барьеры для трансграничных слияний и более осторожное регулирование. Банки являются производной от экономики, которую они обслуживают. 

 И главное — американские банки встроены в инфраструктуру мировой резервной валюты. Международная торговля, долларовые расчёты, казначейские облигации США создают для них огромный рынок. ЕС не располагает аналогичными возможностями даже близко. Американский банк масштабируется на весь мир через долларовую систему, а европейский часто остаётся «просто крупным банком». 

Чтобы европейские банки стали сопоставимы с американскими, Европе пришлось бы стать значительно более похожей на единое государство. А это уже не банковская реформа, а вопрос распределения суверенитета внутри ЕС.