Владимир Путин разрешил недружественным странам оплату долгов за газ в валюте, а не рублях

что так что так идет оплата в валюте

2018

– Когда Путин говорил о мине, заложенной Лениным под Советский Союз, он ведь как раз и подразумевал ленинскую идею самоопределения с правом выхода?

– Абсолютно. И я об этом говорил еще в своих лекциях курсантам. Такого ведь нет в Соединенных Штатах, хотя это очень многонациональная страна. Этого нет и в Германии, где, несмотря на кажущуюся мононациональность, проживают три миллиона турок. При желании они тоже могли бы попросить автономии. Германия – это действительно федерация, там практикуется огромная самостоятельность у земель, особенно у Баварии. Кстати, баварцы – это не немцы, у них даже язык отличается. Тем не менее ФРГ не выстроена территориально по национальному признаку. Строительство государства по национальному признаку – это ближе к очень старинным меркам, откровенно говоря.

– А есть ли вообще другие прецеденты в современном мире, кроме СССР и РФ?

– Нет. Предлагали это Украине, но она отказалась. Малороссия, Галиция и собственно Киев – так можно было бы поделиться.

– В том же Дагестане проживает около 40 национальностей, говорящих на 40 языках. Что будет с Дагестаном, если всем им – аварцам, лезгинам, кумыкам и прочим – даровать автономию?

– Все, никакого Дагестана больше не будет. В национальных вопросах надо быть очень аккуратным, здесь нельзя махать шашкой, а надо просто работать. Когда обвиняют Ельцина в том, что он потворствовал националистам, забывают об условиях, в которых ему приходилось работать. Когда и где он сказал фразу: «Берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить»? В 1994 году в Казани. Потому что, если бы Казань откачнулась тогда от России, Чечня нам показалась бы так, мелочью. Ельцину со всех сторон твердили: «Мы хотим свободы». Он и отвечал: «Берите, сколько переварите». А сколько можно переварить? Сколько могут унести с собой и вместить. Столько и взяли.
Тут есть и другая сторона. Я понимаю Татарстан и вообще очень люблю эту республику. Она действительно успешная, она хорошо развивается, и русские там живут неплохо. И премьер-министр РТ – русский, Алексей Песошин, и председатель республиканской Счетной палаты Алексей Демидов – мой приятель. Но в Казани какая проблема? Руководство Татарстана само часто об этом говорит: «Мы работаем лучше всех, а нам твердят: „Отдавай. Корми соседей“. Разве это справедливо? Пускай соседи работают лучше всех!» И это правильно. Из-за этого и Союз в свое время разваливаться стал. Вот о чем разговор. А это уже межбюджетные соглашения. У нас декларация о федеративном государстве существует, и это предопределяет Конституция РФ, но нет бюджетного федерализма. Мы все у них выкачиваем и практически ничего не оставляем. Ни в Германии, ни в США ничего подобного нет.

– В последние советские годы вы много ездили по горячим точкам, возникавшим в братских республиках СССР – Азербайджанской, Армянской, Узбекской, Грузинской. Почему интернационализм, на котором во многом держалась официальная партийная идеология в Советском Союзе, дал такую непреодолимую трещину?

– Да, мои поездки по горячим точкам – это 1987–1989 годы. Во многом это и предопределило мою последующую депутатскую судьбу. Когда курсанты училища, где я в это время преподавал (Высшее политическое училище МВД имени 60-летия ВЛКСМ – прим. ред.) предложили мне избраться депутатом, я согласился потому, что насмотрелся на происходившее в Карабахе, Фергане, Баку или Ереване. Собственно, я и шел на выборы под лозунгом, что нельзя больше допускать кровопролития и губить людей. Помните, был такой Рафик Нишанов, первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана? Как раз случились ферганские события, и мы туда с училищем прилетели, чтобы на месте разобраться в ситуации. В Фергане во время смуты вырезали более трехсот семей, разгромили целые городские кварталы, и из-за чего? По словам Рафика Нишановича, все началось после спора на базаре из-за клубники. Якобы турок-месхетинец вступил в словесную перепалку с продавщицей-узбечкой, опрокинул ей клубнику, после чего у нее нашлись заступники, завязалась драка. Это выглядело нелепо, но мы своими глазами увидели кровь и почувствовали, что Союз начинает трещать по швам.