Песня о Буревестнике, предвестнике ралли

Над седой равниной биржи кукл  шорты набирает. Между шортом и поддержкой гордо реет Буревестник, черной молнии подобный.
То крылом  касаясь лоя, то стрелой взмывая к хаю, он кричит, и — мишки слышат радость  в  смелом крике птицы.
В этом крике — жажда ралли! Силу лонга, пламя цели и уверенность в победе слышат мишки в этом крике.
Мишки стонут перед  ростом, — стонут, мечутся над шортом и на дно его готовы спрятать,  ужас свой пред ралли.
И цыплята (символ нерешительности и трусости)  тоже стонут, — им, цыплятам, недоступно наслажденье битвой жизни: бремя роста их пугает.
Глупый мишка робко прячет тело жирное в просадку… Только гордый Буревестник реет смело и свободно над седым от волы биржи!
Всё мрачней и ниже цены опускаются в стакане, и ревут, но все же рвутся к высоте навстречу хаю.

Все растет. И в пене роста  стонут мишки, с Куклом споря. Вот охватывает Кукл стаи мишек объятьем крепким и бросает их с размаху в дикой злобе на стопы, разбивая в пыль и брызги изумрудные профиты.
Буревестник с криком реет, черной молнии подобный, как стрела пронзает хаи, пену цен крылом срывает.
Вот он носится, как демон, — гордый, светлый демон ралли, — и смеется, и рыдает… Он над мишками смеется, он от радости рыдает!
 В гневе Кукла, — смелый демон, — он давно усталость слышит, но уверен, что не скроют цены ралли, — нет, не скроют!
Кукл воет… Все напрасно...
Синим пламенем пылают стаи шорт над бездной рынка. Рынок ловит шорты мишек и в своей пучине гасит. Точно огненные змеи, вьются в рынке, исчезая, отраженья этих шортов.
— Ралли! Скоро будет ралли!
Это смелый Буревестник гордо реет между Куклом над ревущим гневно рынком; то кричит пророк победы:
— Пусть сильнее будет ралли!..