Блог им. ViktorPermyakov
В начале 2026 года звучало много обещаний: ставка снижается, ключевой тренд рынка — облигации, депозит больше не главный герой. Человек, который поверил в этот нарратив, стоял перед выбором. Заглянул в приложение брокера: бумаги рейтинга AA и AAA дают 16–17% — ровно как вклад в банке, смысла возиться с брокерским счётом нет. А чуть ниже — бумаг с доходностью 30, 40, даже 45%. «Высокодоходные облигации. Ну, риски выше, но я возьму понемногу разных — рассредоточусь».
Дальше события развивались так, как учит статистика, а не надежда. Разберём на реальных цифрах года.
Что такое ВДО и кого там встречает новичок
Сегмент высокодоходных облигаций — это порядка 240 эмитентов с бумагами примерно на триллион рублей. Для рынка корпоративных облигаций в 38 трлн это два–три процента объёма. Но именно сюда, глядя на доходности, идёт розничный инвестор: по данным ЦБ, 45% вложений в проблемные облигации — деньги физлиц, хотя в их портфелях спекулятивный сегмент занимает около 6%. Разрыв говорит сам за себя.
Рандомная покупка на 100 тысяч рублей по 5 тысяч на эмитента — это портфель из 20 бумаг. Средняя ВДО в таком списке: купон около 21%, доходность к погашению 34%, премия к ОФЗ — 21 процентный пункт, дюрация около года.
Что случилось с рынком за год
Цифры 2026 года стоит прочитать вслух, потому что они ломают привычные представления:
за девять месяцев обязательства нарушили 33 эмитента, 22 из них — в полноценном дефолте. Это больше, чем за весь 2025 год;
всего за год по рынку зафиксировано свыше 500 событий дефолта и техдефолта — рекорд за десятилетие;
в относительном выражении это звучит безобидно: дефолты съели 0,1% объёма рынка. Но почти вся эта статистика живёт в сегменте, куда зашёл наш герой: по числу эмитентов дефолтнул каждый четвёртый–пятый участник ВДО;
индекс ВДО с начала года минус 15%;
медианная высокодоходная бумага торгуется около 85% номинала. Доходность 34% при купоне 21% — это не щедрость эмитента, это рынок в открытую пишет: часть тела вы не вернёте.
И важная деталь, которую упустили почти все: в 2026-м провалились не только ВДО, но и «правильные» ОФЗ. Идея «ставка снижается — длинные госбумаги подорожают» была самой популярной ставкой года. Она не сработала. Ключевая ставка за год упала с 16% до 14%, а доходность десятилетней точки кривой ОФЗ выросла с 14,4% до почти 17% — рынок перестал верить в быстрое смягчение и требует премию за инфляцию в 5–6% и рекордный план заимствований Минфина. Индекс гособлигаций RGBI к ноябрю опустился до 111 пунктов, а на аукционах Минфин продаёт лишь четверть квартального плана — рынок отказывается финансировать бюджет дёшево. Так что игрок, который в январе купил длинные ОФЗ «на снижении ставки», тоже сидит в минусе по телу. Проиграли все, кроме тех, кто догадался держать плавающий купон.
Считаем портфель: 100 тысяч, 20 эмитентов, десять с половиной месяцев
Модель, откалиброванная по фактической статистике года, даёт такой расклад.

Медианный портфель стоит около 85 тысяч рублей. Лишь примерно один портфель из сотни выходит в номинальный плюс, и ни один не догоняет вклад под 18%. Каждый двадцатый к ноябрю потерял 28% капитала. При этом три–четыре дефолта в портфеле из двадцати бумаг — не хвостовой риск, а центральный сценарий: годовая вероятность дефолта эмитента ВДО — около 19%. В рулетке полтора десятка красных подряд считаются чудом; в ВДО это нормальный год.
Отдельно про ЕвроТранс. Одна компания с долгом 27 миллиардов — больше половины всех дефолтов года в деньгах — с рейтингом категории A, то есть формально даже не ВДО. Она встречается в случайной выборке с вероятностью 13%, и одна такая позиция отнимает 4,4% портфеля. Вся прелесть статистики «0,1% рынка» в том, что для человека, купившего ЕвроТранс, дефолтность рынка — 100%.
Важно: наш расчёт — не худший сценарий, а нейтральный. Реальный новичок выбирает не рандомно, а по доходности в приложении. А доходности 35–45% показывают именно преддефолтные имена: рынок уже проставил им вероятности. Такой отбор систематически сдвигает результат ниже медианы. Есть, конечно, лотерейные и спекулятивные стратегии на проблемных бумагах — кто-то на них зарабатывает. Но это удел лудоманов и очень редких гениев трейдинга, а не человека, который пришёл на рынок в январе «за годом облигаций».
2027 год: держать дальше?
Логика «продам, пока не совсем плохо» интуитивна, но подсознание шепчет: «ставка падает — бумаги подорожают — останусь и отобью». Посчитаем и этот путь.
Ставка ЦБ снижается к 12,5–13,5%, живые бумаги подтягиваются к номиналу, купон капает. Это реальный аргумент: к концу 2027-го часть позиций действительно будет стоить ближе к номиналу. Но дефолтный конвейер не останавливается: нагрузка по рефинансированию в 2027-м растёт, риски сконцентрированы в группах B и BB, агентства ждут до 25 новых компаний с первым дефолтом за год.
Итог к концу 2027 года:
медианный портфель — около 82 тысяч рублей, минус 18% за два года;
вклад-бенчмарк — около 139 тысяч. Отставание — примерно 57 тысяч;
шанс за два года выйти хотя бы в номинальный плюс — около 2%;
шанс обыграть депозит — ноль;
каждый двадцатый портфель к этому моменту держит около 66 тысяч — минус треть капитала.
Восстановление котировок на снижении ставки — это правда, но правда о живых бумагах. Дефолтнувшие не восстановятся никогда: их цена — это стоимость банкротной очереди.
Кто на самом деле заработал в 2026-м
По итогам года прибыльными окажутся совсем не те, на кого смотрел новичок в приложении. Заработали два типа игроков.
Первые — владельцы флоатеров с высоким рейтингом. Плавающий купон привязан к ключевой ставке, цена таких бумаг почти не колеблется, и весь год флоатеры аккуратно платили 15–17% без просадок тела. Пока весь фиксированный сегмент — от ОФЗ до корпоратов — терял в цене из-за роста доходностей, флоатеры оказались единственным классом облигаций, который просто делал свою работу.
Вторые — редкие эмитенты, чья бумага «доездила» свой срок без сюрпризов. Их немного, и угадать их в январе — та же лотерея, только с призом вместо джекпота.
Заметьте иронию: наш герой отмахнулся от бумаг с доходностью 16–17% как от «скучных, не лучше депозита». Именно они — флоатеры надёжных эмитентов — оказались в числе немногих прибыльных. А «интересные» 35% обернулись минусом.
Что делать новичку с малой суммой и коротким горизонтом
Здесь уместно сказать прямую вещь, которую обычно стараются обойти: если сумма накоплений невелика, а срок и цель — год-два, на рынок ценных бумаг лучше вообще не заходить. Даже хороший, грамотно собранный портфель даст лишь небольшую прибавку к депозиту — а риск получить не прибавку, а встряску, никуда не денется. Депозит со страховкой АСВ для короткой цели — не скучная альтернатива, а адекватный инструмент.
Смысл заходить появляется, когда горизонт растягивается:
средние сроки, надёжные эмитенты. Бумаги уровня Атомэнергопрома (рейтинг AA) с погашением в 2029–2030 годах дают около 16% и торгуются у номинала. Зафиксировать 16% на три–четыре года — это уже осмысленная альтернатива вкладу, а не азарт;
длинные ОФЗ — но только если готовы держать до погашения. В 2026 году ставка «купить длинные и продать на снижении» не сработала: доходность длинных бумаг выросла, а не упала. Но при долгосрочном хранении доходность к погашению около 17% — это фиксированная доходность на годы вперёд, и если снижение ставки всё-таки придёт, тело ещё и подорожает. Ключевое слово — «держать», а не «продать в панике на минимуме»;
флоатеры — если не уверены в траектории ставки. Они зарабатывают не на угадывании, а на том, что не теряют;
и последний вариант — если вы морально готовы потерять эти деньги и хотите сами научиться управлять портфелем. Тогда ВДО как учебный полигон — честный выбор. Но это плата за обучение, а не инвестиция: считайте её в бюджете как расход.
Финал: облигации — не панацея. К чему приходит вся эта арифметика? К тому, что при планировании накоплений ценные бумаги не должны быть единственным инструментом. Верить в один актив — будь то ВДО, ОФЗ, квартира или крипта — значит ставить всё на одну карту, причём в случае ВДО — карту с плохой колодой.
Разумнее распределяться шире: в недвижимость, у которой есть и будет спрос, в золото как страховку от непредсказуемости, — и в то, что не котируется на бирже, но дорожает вернее всего: впечатления, здоровье, своих детей и их образование. Это не сентиментальность, а тот же принцип диверсификации, только применённый к жизни целиком.
«Год облигаций» сбылся — но только для тех, кто выбирал скучное: флоатеры, надёжные среднесрочные бумаги, долгие ОФЗ в режиме «купил и держу». Для ВДО он стал годом, в котором за обещанные 30%+ платят телом. А главный урок 2026 года проще любой модели: если инструмент обещает доходность вдвое выше депозита, он не «привлекательнее депозита». Он просто честно называет свою цену.
