Операция за тридцать минут — красивый миф, который опасно любить

Соблазнительный миф про «операцию за тридцать минут» слишком соблазнительна, чтобы не вызвать ложных выводов. Вертолеты, рассвет, захваченный президент, отсутствие потерь — идеальная война из презентации, аккуратная, стерильная, как хирургическая манипуляция. Именно такие картинки особенно любят те, кто устал от затяжных конфликтов и хочет простого ответа на сложный вопрос. Мол, смотрите, можно же быстро. Можно же красиво. Можно же без этого бесконечного надрыва. И вот здесь начинается подмена мышления картинкой.

Потому что это не война. Это рейд за активом. США не воевали с Венесуэлой — они провели жесткую процедуру возврата собственности, которую давно считают своей. Под разговоры о наркотиках, демократии и «восстановлении порядка» решался вопрос нефти, инфраструктуры и контроля. Венесуэла в этой логике — не субъект, а проблемный файл, который нужно закрыть. И когда на тебя заходят как на объект управления, а не как на экзистенциального врага, все действительно может выглядеть быстро и чисто.

Отсюда и вся кажущаяся легкость. За Каракасом не стоял военный блок, готовый вливать оружие, разведку и деньги годами. Венесуэльцев не готовили восемь лет к роли последнего рубежа цивилизации. Их не превращали в сакральную жертву ради чужого проекта. Им не объясняли, что умирать — это почетно, если правильно подать лозунг. Им просто дали понять: сопротивление ухудшит положение, а лояльность оставит шанс выжить. И общество сделало рациональный, пусть и горький выбор.

И вот тут возникает главный нерв, который упорно игнорируют любители формулы «вот как надо». Россия зашла в конфликт не за актив и не за удобную смену менеджмента. Она зашла в конфликт, где ставка — собственное будущее и место в мире, который больше не хочет быть однополярным. Это война не за конкретного человека в Киеве, а за саму модель реальности, в которой Косово можно, Крым нельзя, а правила существуют только для тех, у кого нет силы их переписать.

Фантазия о том, что все можно было решить «захватом за полчаса», — это желание купить историю со скидкой. Но история не продается по акции. Убери Зеленского в первый день — на его месте оказался бы другой. Возможно, менее клоунский, более холодный и гораздо опаснее. С теми же поставками оружия, с тем же внешним управлением и с тем же готовым обществом, уже психологически прошедшим точку невозврата. Украина — это не один человек и даже не одна власть. Это система, которую долго и методично готовили к роли фронтира. Венесуэлу к этой роли не готовил никто.

Именно поэтому украинцы, как бы цинично это ни звучало, согласились платить высокую цену — не за себя, а за чужую стратегию. Венесуэльцы отказались. Не из любви к Мадуро, а из инстинкта самосохранения. Потому что чувствовали: дальше будет только хуже, а героическая смерть за красивые слова никому из них не нужна.

Так что да, картинка с вертолетами впечатляет. Полчаса — отличный хронометраж для новостей. Но войны выигрываются не таймингом и не эффектностью. Они выигрываются тем, кто готов платить реальную цену за реальные цели. И в этом смысле сравнивать Венесуэлу с Украиной — не просто аналитическая ошибка. Это форма самоуспокоения. Красивая, удобная и очень опасная.
***
Говорю про деньги, но всегда выходит про людей.
Здесь читают, почему нефть — это политика, евро — диагноз, а финансовая грамотность — вопрос выживания.