Alex666, какая уступка когда зашли переговоры в тупик 🤦♂️
Зелибхер же сказал что лучше будет воевать
Толстый Джек, Заявление Владимира Зеленского в интервью The Atlantic о том, что он предпочёл бы отсутствие соглашения «плохому миру», является не столько эмоциональной репликой, сколько политическим сигналом, адресованным сразу нескольким аудиториям.
Во-первых, внутренней. В условиях усталости общества и дискуссий о возможных уступках подобная формулировка закрепляет линию: легитимность мира определяется его качеством, а не самим фактом прекращения огня. Для президента, чья поддержка уже не является столь единодушной, как в начале войны, это способ не выглядеть лидером, который «сдал позиции». Особенно, если на повестке возможные выборы или референдум.
Во-вторых, внешней. Это послание Вашингтону и европейским столицам: Киев не готов автоматически подписывать соглашение, если оно включает серьёзные территориальные или политические уступки без гарантий безопасности. В контексте давления со стороны США на ускорение переговоров такая позиция может рассматриваться как инструмент торга. Зеленский повышает ставки, демонстрируя, что для него прекращение войны любой ценой неприемлемо.
Однако прагматичный анализ требует учитывать риски. Отказ от «плохого мира» логичен с точки зрения суверенитета и долгосрочной безопасности. Но альтернатива: продолжение войны на истощение. Это означает дальнейшие потери, экономическое давление и зависимость от внешней поддержки. Если международная помощь нестабильна, пространство для жёсткой позиции сокращается.
Ключевой вопрос: как определяется «плохой мир». Если речь идёт о соглашении без реальных гарантий безопасности и с сохранением угрозы повторной войны, аргумент понятен. Если же речь о компромиссах, которые неизбежны в любой сделке, то максимализм может затянуть конфликт. История показывает: большинство войн заканчиваются не справедливым миром, а балансом возможностей и усталостью сторон.
Таким образом, заявление является не отказом от переговоров как таковых, а попыткой задать рамку: мир возможен, но не на условиях капитуляции. Насколько эта рамка выдержит давление реальности, будет зависеть от ситуации на фронте и от готовности партнёров продолжать поддержку в прежнем объёме.