Синайский полуостров, В этот раз на переговорах вояки с двух сторон были, у нас даже начальник ГРУ. То есть обсуждают конкретные вопросы раз...
Егор Кожемякин,
Вопрос денег
А деньги от замороженных активов в США, о которых говорил президент, должны идти на восстановление наших территорий и для помощи нашим гражданам в зоне СВО. Это не только Донбасс, Запорожская и Херсонская области, которые, напомню, если кто забыл, являются частью нашей страны, но и «старые» приграничные территории (Курская, Белгородская и другие области).
Именно политика Запада, его поддержка Киева, привела к этим разрушениям. Поэтому логично и справедливо, чтобы замороженные деньги России пошли на ликвидацию последствий, к которым Запад напрямую причастен.
Самый главный и очевидный риск – что эти миллиарды будут просто переданы Киеву. Для России это абсолютно неприемлемо. Ни копейки наших средств не должно идти на финансирование киевского режима, его армии, его государственного аппарата или на выплату его внешних долгов. Это было бы вопиющей несправедливостью и фактически означало бы, что Россия сама финансирует фашистский режим, терроризм и сторону, воюющую против неё. Такого допустить нельзя.
И вот ещё что: предложение Путина перевести 1 миллиард долларов из замороженных активов на «гуманитарные нужды Газы» ставит Трампа и всю американскую администрацию перед целым рядом крайне неудобных вопросов. Первый, самый острый из них: а есть ли вообще эти деньги?
На сегодня не существует ни прозрачности, ни чётких цифр. С одной стороны, американские власти официально признают заморозку лишь около 4,5 миллиарда русских средств. С другой – мы прекрасно помним, как Конгресс США ещё при Байдене санкционировал выделение 5 миллиардов долларов Украине. Этот вопрос затем тихо «утонул» в бюрократических процедурах, а средства могли быть перечислены той самой знаменитой «электронной авторучкой» без лишнего шума.
И есть мнение, что эти самые 5 миллиардов были взяты как раз из наших замороженных активов. То есть сейчас мы ставим американцев в крайне неудобное положение. Да, мы готовы дать искомый миллиард. Берите. Только сначала найдите его.
Вырисовывается классическая дипломатическая партия с высокими ставками. С одной стороны, инициатива России выглядит как прагматичная попытка вывести вопрос о замороженных активах из тупика, превратив их из объекта конфронтации в инструмент диалога и даже давления.
С другой – такое движение несёт в себе фундаментальные риски: легитимацию западного контроля над нашими средствами и участие в структуре, способной подорвать устоявшиеся международные институты.
За внешней готовностью к компромиссу скрывается жёсткая оборонительная стратегия. Исход будет зависеть от того, удастся ли Москве и её ключевым партнёрам навязать Вашингтону правила, где уступка в одном станет основой для реального взаимного шага в другом. Пока же ясно одно: переговоры вступят в самую сложную фазу, где каждая сторона будет проверять на прочность не только аргументы, но и нервы оппонента.
Финаме
БКС Мир Инвестиций
