ЭКОНОМИКА: ЧТО НЕ ТАК С ГОСУДАРСТВОМ

 ЭКОНОМИКА: ЧТО НЕ ТАК С ГОСУДАРСТВОМ

Полная занятость в США, точнее, приближенная к предельным значениям (3,9% безработицы на сегодняшний день), накаченный потребительский леверидж и “бесплатные деньги”  фискального и монетарного стимулирования (соц. программы, заместительные чеки, инфраструктурные проекты, низкие ставки и пр., и пр.), наблюдаемые сейчас в развитых странах и начавшиеся  в Западной Европе около 30 лет назад, а в США около 20 лет назад,  имеют обратную сторону медали. А именно:

а) эффект Кантильона и разрыв в материальном неравенстве, с одной стороны, и сопровождающийся экстремальной инфляцией активов и ростом иррациональности во всех сферах экономических активностей, в первую очередь, финансовых рынков, с другой. 

б) долговременный негативный эффект рынка труда в режиме «полной занятости» на выпуск и потребление, т.е. на экономический рост. Этот фактор повышает себестоимость и осложняет расширение бизнеса, т.е. выпуска, что ведет к  сокращению объемов продаж и инноваций,  а также к  “компенсационному” увеличению маржи, т.е. росту цен

в) фискальное ужесточение и доктрина “справедливости и равенства” (наиболее разрушительная социально-политическая концепция во все времена, ведущая, в лучшем случае, к кратковременным утопиям и всегда — к антиутопиям) убивает конкуренцию, сжимает выпуск, тормозит экономический рост, расширяет национальный леверидж и искажает мотивации всех экономических агентов — от чиновников до уборщиков, от корпораций до государственных бюро 

г) ориентация компаний и экономических агентов в целом на доступ к государственному ресурсу: доступным деньгам и общественным благам, в частности к бюджету и рентным источникам. Это значительно расширяет возможности кластера чиновников как экономических агентов, а значит, «государства», поскольку именно национальными интересами и высокими целями прикрывается естественное желание любого государственного служащего или “бюджетника” — человека — максимизировать полезность возможностей и снизить издержки в личных целях. Эта природная интенция прекрасна и справедлива, но для всеобщей и персональной выгоды должна реализовываться в среде свободного конкурентного рынка и либерального институционализма, а не государственного доминирования. В противном случае бюджетное донорство и рентные ресурсы становятся главными источниками накопления благ и целями конкурентной борьбы. Это определяет мотивации, ценности, субъективные полезности и общее направление социально-экономического движения

Государство в одной из своих ипостасей, помимо формы организации социума), — это выборная, назначенная  или самоназначенная бюрократия, т.е. люди. Интерполяция общих для всех биологических существ принципов жизнедеятельности (видовое развитие, максимизация выживаемости и передача своих генов в будущее, конкуренция, конфликт-сотрудничество, полезность-издержки, обман-честность, и пр., и пр.) очевидно показывает, что расширение прав властной группы неизбежно приводит к редукции прав подчиненной группы — и равновесие смещается. Но именно свободный рынок и либеральная парадигма устройства и набора социальных, политических и экономических институтов позволяют удерживать властные группы — элиты — от беспредельного расширения, а подчиненные группы — население — от неизбежного желания заместить властные группы посредством простейших и линейных насильственных способов. Именно этот фрейм позволяет сместить конфликт, как конкурентный метод максимизации собственной полезности к сотрудничеству, как более эффективному и обеспечивающему более долговременный эффект.

Представительная демократия, либеральный институционализм с балансирующими механизмами и свободный конкурентный рынок с минимальными консенсусными ограничениями — это единственный известный до сих пор способ удержать социальное равновесие и обеспечить инклюзивный экономический рост в более или менее подготовленных социумах. Любой откат в сторону -  это кейнсианское мракобесие, что, например, мы можем сегодня наблюдать в развитом мире. Так же, как и диктатура (правая или левая), смещение к которой мы видим в автократиях третьего мира, включая Россию. И то, и другое — это цивилизационный откат и безусловное смещение проградационного динамического равновесия мировой экономики и социального устройства. Добро пожаловать в сегодняшний день!