Деньги без процентов и инфляции

Деньги, замечательное изобретение человечества, сегодня они облегчают обмен товаров и услуг в обществе, основанном на разделении труда. Начиналась история людей с товарообмена, люди обменивались с друг другом тем, что было полезно противоположной стороне, но позже выяснилось, что невозможно найти тот товар который нужен именно тебе прямо здесь и сейчас, проблема двойного совпадение. Что бы обменять мешок зерна на сталь, нужен человек, которому нужно именно ваше зерно. С ростом населения и миллионами товаров такое совпадение математически невозможно. Ну и разумеется транзакционные издержки, время и ресурсы на поиск контрагента, делали торговлю невыгодной. Деньги появились бы в любом случае, ибо бартер нельзя масштабировать. А вот почему бабло стали бесконтрольно печатать, это уже другой вопрос. В госухе быстро поняли, что печатный станок это самый безболезненный способ сбора налогов, ЦБ просто может эмитировать денежную массу и обесценивать сбережения граждан. И само собой куда же без долговой пирамиды, всегда можно напечатать, то что это приведет к раздуванию цен на активы и обесценивание труда, это другое, но сейчас конкретно о деньгах.

Был такой немецкий экономист Сильвио Гезелль, он предложил концепцию свободных денег. Он считал что традиционные деньги, золото или стабильная валюта выполняют две функции, которые часто имеют конфликт, служат средством обмена и способом накопления богатства. Проблема в том, что деньги как средство накопления застаиваются и не участвуют в экономических процессах. Гезелль предлагал решение, сделать так, что бы деньги планово теряли в стоимости, этот процесс он назвал демереджем. Нет, это не инфляция в привычном понимании, то есть образно, на купюрю клеют марку, стоимостью 1% от номинала, если владелец не наклеит новую марку до определенной даты, деньги теряют платежеспособность. Это и есть демередж, то бишь плата за то, что деньги изымаются из оборота. Сама технология существования «свободных денег» проста, как три копейки: общественным договором или ещё как деньги переводятся на такой алгоритм, при котором номинал денег планово (раз в месяц, в два месяца, в полгода) СНИЖАЕТСЯ на определённый процент. Допустим, на 1% в месяц. Следовательно, час Х наступает ровно в полночь последнего дня месяца, когда все купюры номиналом, допустим, рубль, становятся номиналом 99 копеек. На следующий месяц – 98 копеек и т. д., вплоть до окончания года, когда номинал становится 88 копеек (12 месяцев по 1-му % в месяц). Возникает следующая ситуация: если ты не успел потратить имеющиеся у тебя деньги до полночи последнего дня месяца, то ты теряешь 1% (важно заметить, что этот процент НЕ достаётся никому, номинал просто уменьшается, в ПУСТОТУ). Спрашивается: будут ли люди стремиться к тому, чтобы избавиться от денег (а есть только один способ, как это сделать – купить на них что-нибудь!) за имеющийся у них МЕСЯЦ или несколько дней (когда получат их на руки)? Ну, в общем и целом, потеря 1% не так уж накладна, если говорить по совести, но определённое давление на СКОРОСТЬ оборота таких денег будет. Т. е. люди скорее будут стремиться избавляться от денег до наступления часа Х, чем поплёвывать на это дело.

Есть ли плюсы у таких денег? Ну скажем в наше время, конечно, как и минусы, но вот сразу наседает вопрос, если бабло, напечатанное бесконтрольно и ничем необеспеченное, либо слабообеспеченное, вызывает кризисы, могут ли деньги Гезелля помогать с ними бороться? В периоды кризиса, когда деньги застревают в сбережениях из-за страха перед будущим, людей тут же может побудить их тратить, ведь деньги теряют в стоимости, но куда идти? Кризис же? Ну разумеется тратить, но тратить нужно грамотно, даже в кризис, когда недостаток ликвидности, или классическое обесценивание валюты, долго держать даже гезелевские деньги не будет. Один и тот же локальный гезелевский рубль за год совершает не 5-10 оборотов, как фиат, а от 100 до 500. То бишь объем сделок взрывается без эмиссии со стороны ЦБ. По Кейнсу мы знаем, что разумно для одного откладывать на черный день, губительно для всех, ибо вызывает общее падение спроса. Но деньги Гезелля отменяют саму возможность использовать их как сохранение  стоимости. У них только одна функция, средство обмена, инвестировать в деньги становится невозможным.

Вот с инвестированием таких денег возникают проблемы. Если по Гезеллю деньги теряют 1-5% в месяц, держать их в кэше или банковском счету становится катастрофически невозможно. У людей и корпораций возникает потребность скорее избавиться от них, если не кэш и не банк, то что? Правильно, акции, недвижимость и т.д. Представьте, все побежали скупать акции APPLE скажем, золото, землю. Цены на эти активы взлетят в космос, акции будут стоить 200к бачей гезелль-баксов. Номинально все станут миллиардерами, но реальная стоимость компании, а это количество произведенных айфонов и других продуктов от этого не изменится, случится переоценка активов относительно тающих денег. А как же недвижимость? Ведь по сути, деньги перегонят инфляцию из потребительских товаров в рынок недвиги и акций. Гезелль и тут предложил решение, ввести налог на стоимость земли, land value tax, изымая ренту в пользу общества, с акциями просто ограничения на спекуляции. Разумеется в наше время такие деньги просто невозможны, эмиссионные центры рухнут, а самое главное, кредиты. Сейчас проекты требуют инвестиций на 10-30 лет. В теоретическом мире, что бы кредитовать проект на 10 лет, банк должен заложить в ставку накопленный демередж за все 10 лет, кредит будет попросту невыгодным, а облигации вообще умрут, кому нужны долговые расписки в тающей единице измерения? Ну и понятное дело, что всякие рынки РЕПО, теневые банкинги и т.д так же исчезнут, так как деньг сейчас это высоколиквидные залог для получения коротких кредитов, сейчас в операциях репо залог сохраняет номинальную стоимость во времени.

Но был успешный эксперимент с такими деньгами. В Австрии, в маленьком городке Вёргле 1932 год. Тогда в городке была катастрофическая безработица. Мэр решил ввести локальную валюту. Свободные шиллинги  с обязательной маркой, деммереджем 1% в месяц. Тогда Мэр эмитировал особую ДМ в 32к шиллингов, в классической фиатной системе этого не хватило бы даже для небольшого предприятия. Сразу же возросла скорость обращения, в городе были пекарни, люди шли сразу после работы покупать булки, пекари платили мельникам, создавался огроменный спрос, одна и та же банкнота совершала сотни транзакций, создавая объем сделок, эквивалетный миллионам шиллингов. В городке был недостроенный мост и пару поврежденных дорог, мэрия наняла рабочих и заплатила им новой валютой, рабочие тут же, получив ЗП побежали их тратить в местных магазинах. А местные продавцы, увидев рост выручки, закупили новые партии товаров у местных фермеров и ремесленников, а фермеры и ремесленники получив доход, наняли дополнительных помощников, тех самых безработных в этом городишке. Классический кейсианский мультипликатор (k=1/(1-mps), который в условиях демереджа работал с максимальной эффективностью, так как утечек в сбережениях не было. Ну а налоги? Налоги платили заранее, ибо деньги же теряли в стоимости, само собой были выплачены так же и долги перед банками, а по эффекту кривой Лаффера, снижение налогового бремени и прост реальной экономической базы привели к поступлению налогов, несмотря на кризис в остальной стране, а я напомню, что это 1931 год, в США идет великая депрессия, но она ударила в том числе и по Европе, которая начинала оправляться от Первой Мировой.

Эксперимент сработал локально, оно и не удивительно, в глобальном масштабе это невозможно, даже без долговой экономики, локально на тысячу человек есть замкнутость цепочек поставок, ибо локальными деньгами нельзя было купить импортными товарами, там в другом городе уже не котировались гезелевские шиллинги, зато поддержал местный спрос и самое главное, в этом городе не было бирж, то есть деньги шли в реальный сектор товаров и услуг. Но неудивительно, что увидев этот эксперимент, другие австрийские городки и даже крупные города захотели перенять этот эксперимент, но испугавшись монополии на эмиссию денег и угрозы банковской системе, ЦБ Австрии запретил это все под угрозой тюремного заключения, кстати потом, депрессия в город вернулась, уже через несколько месяцев. В целом, такие деньги могли бы в теории сработать и сегодня, но в условиях закрытых деревень или городков, самое главное что бы там был создан капкан для капитала, к примеру деревенские кредиты принимать только внутри деревни, нельзя купить ни нефть, ни акции, ни телефоны. То есть искусственно обнулить утечку в импорт, то бишь внутри деревни расплачиваться деньгами Геззеля, внешне Рубли, баксы, евро, юани для взаимосвязи с финансовым пузырем, зачем брать кредит под 20%, если можно эмитировать локальный токен. Но это все так, рассуждения в теории, но я бы очень хотел посмотреть на эксперимент в наше время.