Закон стоимости и частные валюты

Классический закон стоимости по Смиту, Рикардо гласит, что стоимость товара определяется общественно необходимыми затратами труда, а цена колеблется вокруг этой стоимости под воздействием спроса и предложения. В современном мире этот закон сильно изменен, причем изменен фиатными и кредитными факторами. Сейчас стоимость создается не только на этапе производства, но так же и на этапе распределения и финансирования, мультипликаторы показывают, как первоначальные затраты далее будут определять конечную стоимость.

На первое место выходит кредитный мультипликатор. Когда банки создают деньги из воздуха, ЦБ вливает 1 единицу денежной базы и из этого создается 5-10 единиц денежной массы, это значит что совокупный спрос определяется не трудом, реальным трудом обычных рабочих, а будущими обязательствами. Стоимость активов впоследствии раздувается доступностью кредита. Денежная масса юридически оформленная претензия на будущий чужой труд. В классической теории деньги были представителем овеществленного труда, то есть золото, а в сегодняшнее время 1 единицы ДБ обеспечена суверенитетом государства и правом собирать налоги. Госуха не говорит в открытую, но как бы заявляет, принимайте эту бумагу, потому что вы ей заплатите налоги. Но покупательная способность данной единицы все равно больше не станет, потому что она может обменяться только на то количество товаров, которое реально произведено в стране. Маркс называл это фиктивным капиталом, да это бумажный мусор, но на него можно же купить товар, претензии на стоимость, которая еще не создана. По классической теории, мы произвели товар затратой X труда, продали за цену Y. Кредит же позволят создавать искусственный спрос сегодня за счет обещания отдать часть своего труда завтра. Но в кредите есть процент, нужно вернуть не только тело долга, но и временную стоимость, которую ты взял вместе с деньгами. По Бём Баверку процент это всего лишь цена времени, ибо люди всегда субъективно ценят настоящие блага выше, чем будущие того же количества. Ну само собой, тарелка с едой сегодня для голодного человека ценнее, чем порция двух таких же тарелок через год. А что бы заставить человека отказаться от потребления блага сегодня, ему нужно предложить компенсацию, вот тут то в дело и вступает процент, это рыночная цена за перенос покупательной способности в будущее. Выходит что стоимость для уплаты процента берется из повышенной физической производительности капитала, потому что кто то согласился отложить потребление сегодня, ради большего потребления завтра.

Фридрих Хайек обращал внимание на долговые спирали и прочие недостатки системы, в прошлом веке в 1976 Хайек предлагал рассматривать деньги не как передаточный механизм, и не как эквивалент товаров, а как услугу, сочетающую в себе все сразу. Т.е у  денег помимо ценности появляется цена, это дает возможность рассматривать их сами по себе как товар, который покупается и продается, и разумеется на которую есть спрос и предложение. По сути деньги теряют нейтральность, их могут производить все, кто чувствует в себе такие силы, банки, государства, а потребитель выберет наилучшего. Цены – главный источник информации в таком случае, ибо в мире частных денег ответственность становится распределенной, эмитент денег будет бороться по спросу именно за свою валюту. Это банально статистическая физика, переход к количеству, к усреднению, когда большой объем транзакций, спроса и предложения выравнивает эксцессы и коллапсы на микроуровне. В среднем не может быть ни роста цен, скажем на корзину товаров, ни их падения. Будет переток денег из одной области в другую, причем в целом цена будет сохраняться. То есть сейчас эмитент один, печатный станок за океаном, большинство валют привязаны к баксу, контракты номинированы в долларах, Хайек же предлагал такой механизм, отдельный банк со своей валютой может ошибиться, напечатать слишком много денег и ошибиться в оценке рисков, а на макроуровне, когда сотни частных банков работает с разными валютами, ошибка одного банка просто уничтожается через механизм конкуренции и арбитража. Банк X напечатал много денег, валюта начинает обесцениваться, клиенты переводят сбережения в валюту Банка Y и поэтому Банк X вынужден сократить эмиссию и повысить ставка. Что бы остановить отток капитала, в результате будет своего рода рановесие, ибо все валюты будут бороться за покупательную способность.

В экономике скажем будет 100 частных валют, по рынку все равно придется выбрать 2-3 наиболее стабильные, кому доверяет большинство и товары получат цену прежде всего в этих валютах через базу, спрос и предложение. А инфляцию мерить можно будет не в валютах, а в реальных товарах. В начале года мы покупаем на 100 единиц Валюты X, 1 тонну пшеницы, в феврале на 100 единиц той же валюты столько же, инфляция 0, значит покупательная способность не изменилась. И в такой системе кстати не будет единого ИПЦ, будет набор индексов для каждой валюты и рынок сам покажет потребителю, какая валюта стабильна, а какая нет. Но процент никуда не денется, отличие лишь в том, что в такой системе не будет единой КС, каждый банк будет сам устанавливать ставки самостоятельно, будут скакать вверх или вниз, в зависимости от надежности валюты, а самое главное нельзя создать кредит из воздуха без реальных сбережений, ты просто не можешь раздуть свою  денежную массу в своей конкретной валюте если она не обеспечена золотом, ибо клиринг моментально покажет недостатки конкретно твоей денежной спекуляции. Кстати, в 2023 году когда рухнул Банк SVB, до этого пошли слухи именно в сомнениях из-за резервов, тогда клиенты забрали 42 лярда за один день. В системе частных денег клиенты видят курс курс своей валюты в реальном времени, как курс крипты, если банк начнет бесконтрольную эмиссию своих частных денег, валюта упадет мгновенно на рынке, то бишь в таком случае банк потеряет депозитную базу буквально за часы.

Между прочим, сейчас наиболее под описание частных денег подходит крипта, но на самом деле, есть пример Шотландии, где была структура свободного частного банкинга, период плюс минус с 1716 по 1840 –года. Тогда существовала монополия Банка Англии, в Шотландии была жесткая конкуренция между десятками банков. Банк не мог тогда просто взять и напечатать кучу бабла под спекулятивные активы. Банкноты эмитировались только под учет краткосрочных векселей, то есть долговой расписки обеспеченной реальным товаром. Шотландские фермеры отгрузили партию шерсти, торговец выписывал вексель, заплачу через 90 дней, фермер шел в банк, отдавал вексель, а банк выдавал свои банкноты минус небольшой процент. ДМ расширялась и сужалась в такт реальному производству. Работало все банально просто, торговля идет, больше векселей, банки эмитируют деньги только под обслуживание этой торговли, которая реально обеспечена. А если торговля не шла, не было и векселей и эмиссия уже была невозможна. Плюс кредиты банки выдавали по принципу соцответственности, то есть за заемщика могли поручиться какие нибудь уважаемые люди. И заемщик беря деньги, платил проценты только на фактически использованную сумму, а не на весь лимит, а скажем, если он выручку клал обратно на счет, то проценты переставали начисляться. И спекуляции в то время просто вымерли, ибо кредит использовался только на оборотные средства, купил семена, доставил их к себе, оплатил труд рабочих. Кредит нельзя было использовать в долгосрок, а уж тем более рефинансировать его. Ну и само собой никакого ЦБ тогда не было, никаких формирующихся единых процентных ставок. Процентные ставки тогда были стабильными все время, практически никаких кризисов, поэтому в 1845 все и кончилось, британский парламент запретил выпуск новых банкнот сверх лимита и потребовал 100% золотого обеспечения, ибо Банк Англии тупо испугался конкуренции, так же надо было централизовать контроль над ДМ всей Британской Империи, госуха вмешалась и все пошло по ….

Возвращаясь к частным деньгам и закону стоимости, Как бы то ни было, чисто технически стабилизация валюты осуществима. Хотя бы возвратом к полному золотому обеспечению. Скорость добычи золота столь мала по сравнению со средней скоростью развития экономики, что в первом приближении можно будет считать общую сумму денег в мире постоянной. Когда товарная масса растёт, а денежная фиксирована, всем производителям придётся снижать цены — и соответственно зарплаты. От этого в среднем никто не проиграет: ведь контрагентам также придётся снижать цены, и любая попытка удержать их на прежнем уровне вызовет переток клиентуры к конкурентам, так что соотношения разных цен останутся примерно постоянны — как остаются примерно постоянны при обычной ныне инфляции. Раз цены снижаются — реальная ценность каждой денежной единицы растёт. Причём растёт пропорционально росту экономики. Никакой банковский вклад не даст такого эффекта: работа самих банковских служащих не бесплатна, да и прибыль банкирам желательна, так что часть выручки от инвестирования через банк до владельца денег не доберётся.

Итог такой, что при фиксированной денежной массе, закон стоимости работает чисто, без всяких подводных камней, цены будут падать ровно настолько, насколько растет производительность труда. Каждый кто держит деньги, становится богаче без всяких банкиров и депозитов, а банки взымают дивиденд прогресса через инфляцию, которую они обрушивают на головы простых работяг