Нападения на ETH 🔫

Дэвид Хоффман вышел из ETH, девять увольнений в Ethereum Foundation — нам тоже пора эвакуироваться?

Недавно сооснователь Bankless Дэвид Хоффман опубликовал статью под названием «Почему я продал свой ETH».

Речь идёт не просто об очередном богатеньком холдере ETH, которому надоело ждать иксов, и он решил пустить деньги в более понятное русло, а речь об одном из самых известных и самых громких сторонников Ethereum в индустрии.

Если вы хоть немного следили за Дэвидом и Bankless последние несколько лет, то понимаете, насколько это серьёзный разворот взглядов.

Аргумент Дэвида в общих чертах выглядит следующим образом:

Тезис «ETH — это деньги» — то есть идея о том, что Ethereum со временем станет базовым денежным активом — уже реализовался.

Дэвид считает, что ETH, вероятно, уже получил ту оценку, которую заслуживает, и не видит причин для существенной переоценки ни вверх, ни вниз.

Поэтому он решил направить капитал в другие активы.

Однако, можно посмотреть на текущее состояние Ethereum и ETH немного иначе.

Во-первых, говорить об окончании игры ещё слишком рано. ETH даже не начал раскрывать свой полный потенциал.

Законопроект CLARITY Act, который должен чётко определить, какие американские регуляторы отвечают за различные сегменты крипторынка, до сих пор не принят.

Роман Шторм* всё ещё находится под судом.

*Роман Шторм — один из создателей Tornado Cash, сервиса для повышения приватности транзакций в Ethereum. Власти США утверждают, что через Tornado Cash были отмыты миллиарды долларов, включая средства северокорейской хакерской группы Lazarus, а защита настаивает, что Шторм лишь написал открытый код и не должен отвечать за действия пользователей. В 2025 году его признали виновным по одному пункту (нелицензированная передача денег), но по более серьезным обвинениям присяжные не смогли вынести вердикт, поэтому сейчас Минюст США добивается нового суда.

Дело Шторма стало ключевым тестом для всей криптоиндустрии — где проходит граница между ответственностью разработчика и нейтральным программным обеспечением. Если власти выиграют, это может создать прецедент, при котором авторов DeFi-протоколов начнут судить за то, как их код используют третьи лица

Мы едва вышли за пределы пролога истории массового внедрения цифровых активов.

Крупным системам требуется время, чтобы сформироваться и обрести устойчивость. Главная битва ещё впереди.

Настоящим испытанием станет тот день, когда банки и технологические гиганты попытаются уничтожить Ethereum — и потерпят неудачу.

А это подводит нас к вопросу о цене ETH.

Весьма сомнительно выглядят попытки оценивать ETH исключительно через комиссии первого уровня сети и затем прогонять эти данные через модель дисконтированных денежных потоков (DCF), которая обычно используется для оценки компаний на основе будущих денежных потоков.

Ethereum нельзя оценивать как обычный бизнес.

Это не ларёк с мармеладками.

Рынок закладывает в ETH денежную премию точно так же, как золото торгуется значительно дороже своей промышленной ценности.

Ни одна электронная таблица не способна учесть этот фактор.

Также стоит серьёзно относиться к опасениям о том, что криптовалюты постепенно превращаются в придаток традиционной финансовой системы.

На недавно прошедшей в США крупной криптовалютной конференции, выступал глава BNY Mellon — старейшего банка США, под управлением которого находится $59 трлн клиентских активов.

Со сцены прозвучал вполне недвусмысленный посыл: банки пришли в криптоиндустрию, чтобы взять инициативу в свои руки.

Он фактически сказал аудитории, которая должна была состоять из киберпанков и сторонников финансовой свободы: «Спасибо за проделанную работу. Теперь мы забираем всё себе». И зал просто молча слушал.

Я считаю, что он ошибается. Я владею ETH, рассматривая его как своеобразное голосование рублем против сценария, при котором финансовая инфраструктура будущего полностью окажется под контролем банков.

Мой взгляд на этот вопрос предельно бинарен: либо этот класс активов со временем вырастет до десятков или даже сотен триллионов долларов капитализации.

Либо в конечном итоге окажется практически ничего не стоящим.

Не существует сценария, при котором ETH будет бесконечно оставаться в диапазоне капитализации около $250–300 млрд, просто топчась на месте.

Движение возможно только в одну из двух сторон. И никакого промежуточного варианта здесь нет👇

Значительная часть нынешнего медвежьего настроя вокруг ETH — это просто усталость инвесторов после затяжного периода слабой динамики.

Ethereum долгое время отставал от ожиданий рынка, поэтому многие сейчас ищут любые аргументы, чтобы выйти из позиции.

Тем временем сама сеть продолжает спокойно работать и развиваться:

• Использование сети находится на исторических максимумах.
• Комиссии остаются на исторических минимумах.
• Очередь на стейкинг продолжает расти.

А Ethereum Foundation — некоммерческая организация, финансирующая основную разработку Ethereum — продолжает выпускать новые обновления и двигать экосистему вперёд.

Вывод довольно прост: Ethereum по-прежнему движется в правильном направлении. Просто этот процесс занимает гораздо больше времени, чем рассчитывали большинство участников рынка.

Следующая глава в истории Ethereum может оказаться одной из самых интересных. Особенно если принять во внимание историю, развернувшуюся с Ethereum Foundation.

Почему Ethereum Foundation внезапно снова оказалась в центре культурной войны криптоиндустрии

Девять увольнений, утечка внутреннего мандата, предложение на $1 млрд и сообщество, расколотое на два лагеря. Разбираемся, что на самом деле происходит внутри Ethereum Foundation и почему это важно для каждого владельца ETH.

Возможно, вы заметили странную вещь в последнее время.

Каждый раз, открывая криптовалютный Twitter (простите, X), вы натыкаетесь на очередной спор вокруг Ethereum Foundation.

И речь идёт не о масштабируемости сети. Не о комиссиях. Не о технических обновлениях.

Люди спорят о самой Ethereum Foundation. О её курсе. О её расходах. О её предназначении.

И самое интересное заключается в том, что это не просто скучающие криптоспекулянты, которым захотелось новой драмы.

Среди критиков — бывшие исследователи Ethereum Foundation, известные криптожурналисты и даже сам Виталик Бутерин.

Что-то меняется. И независимо от того, держите вы 0,1 ETH или 1000 ETH, важно понимать, что именно происходит.

Потому что трансформация Ethereum Foundation влияет не только на дальнейшую дорожную карту Ethereum.

Она влияет на рыночное позиционирование ETH. На конкурентную борьбу с Solana. И, возможно, даже на способность Ethereum сохранить статус ведущей платформы для смарт-контрактов в мире.

Поэтому давайте разберёмся во всём по порядку.

Массовый исход: девять уходов и это ещё не конец

Начнём с факта, который и запустил всю эту историю.

В 2026 году как минимум девять высокопоставленных сотрудников Ethereum Foundation покинули организацию или объявили о своём уходе.

Пять из этих уходов произошли только за май.

Вот список наиболее значимых фигур:

• Томаш Станчак — соисполнительный директор Ethereum Foundation. Покинул должность в феврале, проработав менее года, чтобы сосредоточиться на проектах в сфере искусственного интеллекта.

• Джош Старк — руководитель операционного направления и один из ключевых участников обновлений The Merge, Dencun, Fusaka и Pectra. Ушёл в апреле.

• Трент Ван Эппс — основатель Protocol Guild. Покинул организацию одновременно со Старком в апреле.

• Алекс Стоукс — сопредседатель отдела исследований протокола. В настоящее время находится в академическом отпуске.

• Барнабе Монно — один из руководителей Protocol Guild. Ушёл 12 мая.

• Тим Бейко — ещё один руководитель Protocol Guild. Ушёл также 12 мая.

• Карл Бик — исследователь с семилетним стажем и участник разработки Beacon Chain. Покинул организацию 19 мая.

• Джулиан Ма — исследователь, проработавший четыре года в Ethereum Foundation, а также соавтор предложения FOCIL (EIP-7805). Ушёл 19 мая.

• Данкрад Файст — криптограф и один из авторов концепции Danksharding. Покинул постоянную должность ещё в 2025 году.

Но прежде чем впадать в панику, важно отметить: не все считают происходящее кризисом.

Один из известных представителей сообщества Ethereum Райан Беркманс резко раскритиковал апокалиптические интерпретации происходящего.

Его позиция заключается в том, что уходы связаны с разногласиями по отдельным стратегическим вопросам, а вовсе не с потерей веры в Ethereum.

Кроме того, он считает, что внутри организации идёт осознанная смена поколений.

По сути его мысль сводится к следующему: «Некоторые сотрудники не согласились с отдельными решениями. Небольшую часть попросили уйти. Другие покидают организацию в рамках естественного процесса обновления команды».

Сам Виталик Бутерин также заявил, что эти изменения являются подтверждением того, что новая стратегия Ethereum Foundation работает именно так, как и задумывалось, а не свидетельством проблем в управлении.

Тем не менее, когда за шесть месяцев уходят девять ключевых сотрудников, а пятеро делают это в течение одного месяца, очевидно, что внутри организации происходят серьёзные изменения.

И начались они с одного документа объёмом 38 страниц.

Документ, который всё изменил

В марте 2026 года Ethereum Foundation опубликовала новый мандат организации объёмом 38 страниц.

Документ подтвердил приверженность базовым принципам Ethereum. Но одновременно содержал тезис, который удивил очень многих участников сообщества.

Ethereum Foundation официально заявила, что её роль изменилась. Теперь организация рассматривает себя уже не как «первого хранителя» Ethereum, а лишь как «одного из многих хранителей».

И это не просто красивая формулировка. Это фундаментальное изменение позиции.

Почти десять лет Ethereum Foundation фактически выступала главным координатором экосистемы.

Теперь она говорит: «Мы отходим на второй план».

В документе также подробно описывались приоритеты организации. Основной акцент был сделан на сохранении ключевых ценностей Ethereum:

• устойчивость к цензуре;
• открытый исходный код;
• приватность;
• безопасность.

Эти принципы Foundation объединила под аббревиатурой CROPS (Censorship-resistant, Open-source, Private, Secure).

Обратите внимание, чего в этом списке нет.

Нет роста.

Нет повышения конкурентоспособности.

Нет роста цены ETH.

Эти темы отсутствуют совершенно сознательно.

Критики считают, что такой подход означает фактический уход Ethereum Foundation в сторону именно в тот момент, когда интерес крупных корпораций и институциональных игроков к блокчейну стремительно растёт.

Именно поэтому многие опасаются, что Ethereum может потребоваться гораздо более сильная координация для конкуренции с такими сетями, как Solana.

Один из давних участников экосистемы Ethereum Зак Коул выразился предельно жёстко:

«Ethereum Foundation полностью оторвана от реальности. Они финансируют каких-то бегемотов в Азии и занимаются кучей вещей, до которых никому нет дела, кроме Виталика и его маленького кружка единомышленников».

Жёстко. Очень жёстко. Но здесь есть любопытная ирония.

Тот самый мандат одновременно содержал один из самых криптонативных жестов, которые только можно представить.

Чтобы продемонстрировать серьёзность своих намерений, Ethereum Foundation выпустила мем под названием SOURCE SEPPUKU LICENSE.

Смысл был прост:

Если организация не выполнит свои обязательства перед Ethereum, она должна будет «понести последствия и взять на себя ответственность».

Такое действительно сложно придумать специально. Но именно это и произошло.

Культурная война: памперы цены против киберпанков

Именно здесь дискуссия становится философской. И, если честно, это самая интересная часть всей истории.

Внутри сообщества Ethereum всё отчётливее формируются два лагеря.

Лагерь А: прагматики, ориентированные на цену

Эта группа считает, что Ethereum теряет внимание рынка и проигрывает гонку капитализаций, потому что Ethereum Foundation отказывается продвигать ETH как инвестиционный актив.

Solana показывала лучшую динамику в последних рыночных циклах.

Фрагментация экосистемы второго уровня запутала пользователей.

А академический и киберпанковский подход Ethereum Foundation не помогает завоёвывать симпатии рынка.

Криптожурналистка Лора Шин сформулировала эту претензию максимально прямо.

По её мнению, после обновления Dencun Ethereum Foundation слишком сильно сосредоточилась на снижении стоимости транзакций, что подорвало экономическую историю ETH.

Как она выразилась:

«Главная ошибка Ethereum заключалась в том, что после Dencun ни одно решение не рассматривалось через призму токеномики».

По её мнению, такой подход увёл проект в сторону от концепции «ультразвуковых денег», которая ранее привлекала инвесторов в ETH.

Лагерь Б: киберпанки-пуристы

Представители второго лагеря отвечают:

«Именно в этом и заключается смысл Ethereum».

Ethereum никогда не создавался как инструмент для бесконечного роста цены. Его задачей было построение открытой, устойчивой к цензуре и не требующей разрешений финансовой системы, которую невозможно отключить.

В тот момент, когда Ethereum Foundation начинает одержимо следить за ценой ETH, она ставит под угрозу собственную нейтральность и отказывается от своей миссии.

Судя по всему, именно к этому лагерю ближе всего Виталик Бутерин. Хотя его позиция всё же несколько тоньше, чем может показаться на первый взгляд.

Как написал сам Виталик:

«Пытаться стать максимально быстрыми и масштабируемыми, оставаясь лишь на крошечную величину более децентрализованными, чем остальные, — это путь к посредственности. И если мы пойдём по этому пути, мы проиграем».

Переводя на простой язык: если Ethereum попытается соревноваться с Solana исключительно в скорости работы сети, предлагая взамен лишь немного более высокий уровень децентрализации, он проиграет эту конкуренцию.

Главное преимущество Ethereum — это бескомпромиссная децентрализация, приватность и устойчивость системы. Даже если за это приходится платить более низкой скоростью транзакций.

Почему спор не заканчивается

Именно здесь возникает противоречие, которое и подпитывает весь конфликт.

По состоянию на май 2026 года ETH торгуется около отметки $2100. Рыночная капитализация составляет примерно $258 млрд.

При этом по динамике последних периодов Ethereum уступает как Биткоину, так и Solana. А когда ваш актив показывает результаты хуже конкурентов, продавать инвесторам идею о том, что «цена не имеет значения», становится значительно сложнее.

Ответ Виталика: меньше Foundation, меньше продаж ETH

24 мая 2026 года Виталик Бутерин опубликовал в X большой пост объёмом около 1500 слов, в котором напрямую прокомментировал происходящее внутри Ethereum Foundation и нарастающее напряжение вокруг организации.

Он начал с уточнения, что высказывает своё личное мнение, а не официальную позицию совета Ethereum Foundation. После этого Виталик перешёл к конкретике.

Три ключевых заявления

Ethereum Foundation станет меньше.

Виталик заявил, что его собственное влияние внутри организации продолжит сокращаться. Причём он считает это не проблемой, а желаемым результатом. По его словам, именно так и должно происходить.

Ethereum Foundation будет продавать меньше ETH.

В дальнейшем организация будет придерживаться принципа, который Виталик назвал «долговечность важнее масштаба». То есть ресурсы будут концентрироваться на тех направлениях, которые критически важны для устойчивости Ethereum и которые не появились бы без участия Foundation.

Ethereum Foundation — это всего лишь один из узлов системы со своей конкретной задачей.

Виталик напомнил, что изначально организация создавалась для выполнения целей, изложенных ещё в документах до запуска Ethereum. По его словам, эта миссия была фактически завершена в 2022 году. Ethereum Foundation не является центральным органом управления экосистемой. И никогда не должна им становиться.

Отдельно он затронул тему ETH как финансового актива.

Виталик назвал ETH «самым ценным продуктом Ethereum с финансовой точки зрения» и подчеркнул, что Foundation активно обсуждает способы поддержки актива. Однако такая поддержка не должна происходить за счёт отказа от базовых принципов сети.

Технические приоритеты следующего этапа

Виталик также обозначил несколько направлений, которые считает наиболее важными:

Формально верифицированный код с доказуемым отсутствием ошибок.

Речь идёт о системах проверки программного кода с использованием искусственного интеллекта. По словам Виталика, ещё примерно полгода назад подобные технологии было практически невозможно применять в таком масштабе.

Available Chain Consensus.

Новая архитектура консенсуса, которая должна сделать Ethereum значительно более устойчивым к различным сетевым сбоям и нарушениям связи.

Снижение зависимости от посредников.

Для этого предполагается использовать такие инициативы, как:

• FOCIL;
• EIP-8141;
• EIP-7701;
• кошелёк Kohaku.

Иными словами: меньше организационного влияния, меньше продаж ETH, больше внимания к фундаментальным технологиям.

Удовлетворит ли это лагерь сторонников роста цены?

Скорее всего, нет.

Казначейство под огнём: стейкинг, вывод средств и прозрачность

Невозможно обсуждать кризис вокруг Ethereum Foundation, не затрагивая тему денег. По текущим оценкам, Ethereum Foundation контролирует около 0,16% всего предложения ETH.

По меркам криптоиндустрии это очень мало.

Для сравнения: многие другие блокчейн-фонды контролируют от 10% до 50% предложения собственных токенов.

Виталик неоднократно подчёркивал, что такая небольшая доля — это достоинство, а не недостаток. Однако стратегия управления казначейством Foundation постоянно меняется.

Переход к стейкингу

В 2026 году Ethereum Foundation разместила в стейкинге почти 70 000 ETH.

По текущим ценам это примерно $143 млн.

Эти средства работают через валидаторы Beacon Chain и, по оценкам, приносят от $3,9 млн до $5,4 млн дохода в год.

Новая политика управления резервами

Ethereum Foundation также представила обновлённые правила управления казначейством.

Они предусматривают:

• ограничение ежегодных расходов уровнем 15% активов;
• обязательное наличие резерва на покрытие операционной деятельности сроком не менее 2,5 года;
• публикацию квартальных финансовых отчётов;
• публикацию ежегодного публичного отчёта.

Спор о прозрачности

Критики обращают внимание на потенциальный конфликт интересов.

Сегодня Ethereum Foundation финансирует исследователей, которые участвуют в разработке EIP, влияющих на денежную политику сети — например, на объём эмиссии ETH. Одновременно Foundation получает часть своего финансирования за счёт доходов от стейкинга. Получается довольно необычная конструкция.

Как отмечают аналитики AInvest:

«Ethereum Foundation занимает уникальное положение, которого нет ни у одного другого участника стейкинга. Она нанимает исследователей, разрабатывающих предложения по денежной политике сети, финансирует команды разработчиков клиентов Ethereum и обладает значительным неформальным влиянием на встречи All Core Devs».

Именно поэтому требования сообщества о большей прозрачности нельзя просто списать на страх, неопределённость и сомнения.

Речь идёт о вполне фундаментальном вопросе: кто контролирует хранителей системы, если сами хранители получают выгоду от правил, которые помогают формировать?

Самые спорные действия

Дополнительное напряжение возникло из-за нескольких недавних операций с казначейством.

В апреле Ethereum Foundation вывела из стейкинга 17 000 ETH. Сообщается, что около 10 000 ETH затем были проданы вне биржи компании Bitmine (пылесос Тома Ли не откажется от лишних эфирок).

Затем, 12 мая, Foundation вывела ещё 21 270 ETH — примерно на $50 млн — из протокола ликвидного стейкинга Lido. Официально организация пока не подтвердила, будут ли эти средства проданы на открытом рынке. Но внешний эффект от происходящего выглядит неоднозначно. Особенно если всего несколькими неделями ранее Foundation публично пообещала «продавать меньше ETH».

Вопрос на $1 млрд: нужен ли Ethereum новый центр силы?

Бывший исследователь Ethereum Foundation Данкрад Файст — криптограф и один из авторов концепции Danksharding — опубликовал предложение, которое многие уже воспринимают как проект масштабной институциональной реформы.

Его идея проста: создать новую организацию с капиталом не менее $1 млрд.

Организацию, которую возглавит человек, готовый активно бороться за конкурентные позиции Ethereum. Организацию с подотчётным советом директоров, ориентированным на успех ETH как актива.Организацию с постоянным финансированием за счёт доходов от стейкинга.

Как написал сам Файст:

«Сегодня Ethereum Foundation владеет менее чем 0,1% всего предложения ETH. Она не получает постоянного потока доходов от стейкинга или комиссий сети. Нужно найти компетентного лидера, который готов бороться. Создать совет директоров из людей, заинтересованных в росте ETH. И прописать в уставе ответственность за достижение этой цели».

Практически сразу эту идею поддержал Райан Шон Адамс — сооснователь Bankless и известный криптоинвестор. Его позиция была ещё более прямолинейной:

«Очевидно, что будущее Ethereum не может зависеть исключительно от Ethereum Foundation. Нам нужна организация, которая хочет победы ETH как актива. Которая хочет, чтобы цена росла. Которая готова громко заявлять о себе и эффективно действовать. Ethereum Foundation — не такая организация и никогда такой не станет».

По моему мнению эти ошибки учтены Илоном Маском. И в отличии от весёлых бегемотов, House of DOGE управляется его юристом. Поэтому Виталик в своё время делал предположение, что DOGE обгонит ETH. Немножко конспирологии и пищи для размышления внимательному читателю.

Сам Файст признаёт, что сегодня подобный проект выглядит почти нереалистичным. Но при этом добавляет:

«Я думаю, что это единственный путь».

Аргументы другой стороны

У сторонников Ethereum Foundation есть свои контраргументы.

Сегодня организацией руководят новые соисполнительные директора — Бастиан Ауэ и Сяо-Вэй Ван, вступившие в должность в феврале.

Ауэ сосредоточился на координации работы организации и повышении операционной эффективности.

Ван активно участвует в вопросах управления казначейством и интеграции с DeFi-экосистемой.

Кроме того, представитель Foundation Джейсон Часкин выступил в защиту нынешнего подхода организации. По его мнению, переход к модели, где главным критерием становится рост цены ETH, неизбежно поставит под угрозу нейтральность Ethereum и его долгосрочную устойчивость.

Но сам факт появления подобных дискуссий уже говорит о многом.

Ещё несколько лет назад идея собрать $1 млрд для отдельной организации, которая будет заниматься продвижением конкурентных интересов Ethereum и ETH, выглядела бы фантастикой.

Сегодня её обсуждают совершенно серьёзно. И это показывает, насколько сильно изменилась атмосфера внутри экосистемы.

Главный вопрос

Технологически Ethereum продолжает двигаться вперёд. Дорожная карта понятна. Обновления разрабатываются и тестируются.

Неопределённость сегодня связана не с тем, способен ли Ethereum реализовать свои планы.

Главный вопрос другой: кто будет координировать экосистему в будущем, если Ethereum Foundation сознательно сокращает собственную роль и постепенно отказывается от статуса центрального координатора?

Эволюция Ethereum Foundation — проблема или необходимый этап?

Вот к какому выводу я пришёл, посмотрев на всю картину целиком.

Ethereum Foundation столкнулась с неизбежным кризисом идентичности, через который рано или поздно проходит любой успешный децентрализованный проект.

Когда вы небольшой стартап, централизованная координация работает прекрасно.

Но когда ваша сеть обеспечивает безопасность активов на триллионы долларов и претендует на роль глобальной финансовой инфраструктуры, вопрос «кто здесь главный?» становится одновременно неудобным и необходимым.

Ответ Ethereum Foundation сегодня звучит примерно так: «По большому счёту никто. И мы собираемся отойти ещё дальше».

С философской точки зрения этот подход полностью соответствует первоначальным принципам Ethereum.

Но достаточно ли этого на практике? Достаточно ли этого в мире, где Solana развивается агрессивными темпами? Где институциональный капитал всё активнее приходит в криптоиндустрию? Где большинству пользователей гораздо важнее скорость подтверждения транзакций и рост стоимости активов, чем идеологические принципы сети?

Вот в чём заключается настоящий спор.

И если честно, обе стороны приводят сильные аргументы.

Сторонники подхода, ориентированного на цену и рыночные позиции, правы в том, что Ethereum действительно потерял часть своего конкурентного преимущества в восприятии рынка.

Но и киберпанковский лагерь прав в том, что отказ от децентрализации ради скорости — это путь в гонку, которая заканчивается одинаково для всех участников. Гонку ко дну.

На мой взгляд, решение заключается не в том, чтобы разрушить Ethereum Foundation. Но и не в том, чтобы оставить её в неизменном виде.

На самом деле мы наблюдаем другой процесс.

Сознательно или нет, происходит постепенная, хаотичная и временами болезненная передача власти от одной организации более широкой экосистеме. Командам разработчиков клиентов Ethereum.

Сетям второго уровня.

Протоколам DeFi.

Независимым организациям сообщества.

Этот переход практически невозможно было провести аккуратно. Децентрализация вообще редко бывает аккуратной. Нельзя получить преимущества децентрализации, избежав сопутствующего хаоса.

Поэтому если вы владеете ETH или строите что-то в экосистеме Ethereum, мой главный вывод выглядит так:

Не паникуйте из-за заголовков.

Следите за технологиями.

Следите за тем, куда направляются гранты.

Следите за тем, какие сети второго уровня и какие DeFi-протоколы действительно выпускают работающие продукты.

Конфликт вокруг Ethereum Foundation реален.

Но Ethereum давно стал больше любой отдельной организации. Даже той организации, которая когда-то помогла его создать. И, возможно, именно в этом и заключается главный смысл происходящего.

Скажу очевидную вещь:

Если бы ETH сейчас стоил $5000, подобных дискуссий, скорее всего, вообще не существовало бы.

Большая часть нынешнего негатива — это страх упущенной выгоды и усталость от затянувшегося медвежьего периода.

Ethereum очень давно не показывал выдающейся динамики.

Но именно это делает меня ещё более оптимистичным. Я записал подробный технический обзор по ETH в Криптомагазине — поделился своими планами по набору позиции с точками входа и датами по выходу. Появляется хорошая возможность для удвоения позиции в ETH, и я ей обязательно воспользуюсь.

Недавняя публикация Виталика Бутерина стала для меня очень сильным бычьим сигналом. Особенно меня зацепила одна мысль.

Ethereum Foundation владеет лишь 0,16% общего предложения ETH. При этом около 90% собственного капитала Виталика находится именно в ETH.

Для меня это идеально отражает то, за что я люблю Ethereum — полная личная вовлечённость. И столь же полная приверженность децентрализации. Виталик поставил на Ethereum почти всё.

Пока толпа гонится за перегретыми историями вокруг искусственного интеллекта, у меня есть возможность накапливать один из самых привлекательных активов по соотношению риск/потенциальная доходность.

Мне по-прежнему нравится ETH.