Только утром опубликовали большой разбор ормузского кризиса: что перевозилось через пролив, что разрушено, кто проигрывает, кто зарабатывает. А сейчас вдруг выяснилось, что основная интрига вовсе не в переговорах между США и Ираном в Исламабаде, не в новостях про открытие или закрытие пролива и не в том, в какую сторону качнётся нефть на очередном заявлении Трампа.
Reuters выкатил новость, которая меняет весь ландшафт нефтяного рынка на долгие годы.
ОАЭ выходят из ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая.
Трамп хотел победить картели, что ж, первый пошёл.

ОАЭ — четвёртый по объёмам производитель в ОПЕК+ (после Саудовской Аравии, России и Ирака). Квота на апрель составляла 3,43 млн баррелей в сутки, а установленная мощность движется к 5 млн б/д к 2027 году. Плюс резервная мощность в районе 1 млн б/д, вторая после саудовской. ADNOC (государственная национальная нефтяная компания эмирата Абу-Даби) инвестировала десятки миллиардов в расширение и последние три года наблюдала, как эти мощности простаивают, потому что квота не позволяет их использовать.
Тайминг, конечно, безупречный с точки зрения Абу-Даби. Министр энергетики сказал открытым текстом: «Мы делаем это в нужное время, не оказывая существенного влияния на рынок из-за ограничений в проливе». Переводим с дипломатического восточного на русский: пока Ормуз закрыт и нефть по $110, выход из картеля суть чистая формальность. Рынок не может почувствовать прирост эмиратской добычи, потому что танкеры никуда не идут. А вот когда пролив откроется… ОАЭ уже будут свободны от квот.
Пафосно можно заявить, что зрело всё давно, где-то с ковидных времён: внутренние дебаты ОПЕК, о которых писал Wall Street Journal, публичная ссора с Саудовской Аравией из-за Йемена. Baker Institute при Университете Райса ещё три года назад опубликовал детальный анализ сценария выхода и назвал его «наиболее значимым с момента ухода Катара в 2019 г.». Катар, впрочем, уходил из-за газа, а не нефти. ОАЭ — первый крупный нефтяной производитель, покидающий организацию за десятилетия.
Удар первый. Дисциплина. ОПЕК+ держится на добровольных ограничениях. Ирак и Казахстан уже годами перевыполняют квоты, и им за это ничего не бывает, максимум, обещания «компенсировать». Теперь ОАЭ просто выходят из игры, не нарушая правила, а отказываясь от них. Если за это не будет последствий (откуда им взяться в разгар войны?) — все, кто хотел нарастить добычу, всенепременно это сделают, стараясь заработать.
Удар второй. Лидерство саудитов. Эр-Рияд является якорем ОПЕК+, как Криштиану является якорем для интереса к местной футбольной лиге. Саудовская Аравия несёт основную тяжесть добровольных сокращений, фактически субсидируя цены для всех остальных. Если ОАЭ уходят и начинают лить нефть на полную мощность, то Саудовская Аравия остаётся один на один с сокращениями, которые финансируют конкурента-соседа. Это долгосрочно несовместимо ни с экономикой, ни с гордостью.
Удар третий. Прецедент. ОПЕК существует с 1960 года. Страны уходили и возвращались (Эквадор, Габон, Катар), всякое может быть. Если ОАЭ уйдут без последствий, логичный вопрос — кто следующий? Ирак, который давно тяготится квотами? Казахстан, который формально в ОПЕК+ только с 2016 г.?

Пока реакция сдержанная, как видно из графика. Пофантазируем над раскладами:
Пока Ормуз закрыт = цена будет определяться объёмами физических поставок. ОАЭ и так экспортируют 2,13 млн б/д вместо нормальных 3+ из-за блокады. Наращивать добычу некуда, так как хранилища не резиновые. В таких условиях, слабая реакция рынка может сохраниться до завершения конфликта, а вот потооооом.
Когда пролив откроется = медвежий сигнал на годы. ОАЭ без квот, двигаясь к 5-6 млн б/д, дают рынку дополнительные 1–2 млн б/д предложения. Плюсуем, что МЭА прогнозирует профицит в 3,8 млн б/д после окончания войны, и получаем, что Brent после кризиса может оказаться не в $80–90, о которых говорят аналитики, а ближе к $50-60 или ниже, если реализуется сценарий гонки по захвату доли рынка между членами ОПЕК+ и независимыми поставщиками.
В долгосроке вообще маячит потенциальный конец модели ОПЕК+ образца 2016 года. Если картельная дисциплина рассыпается, рынок нефти переходит к формату «каждый за себя», следовательно, больше волатильности, ниже средняя цена, шире амплитуда движений.
Выигрывают:
ОАЭ: свобода монетизировать мощности, в которые вложены миллиарды. В заявлении прямо говорится о нефтехимии и газе, значит, Абу-Даби хочет стать не просто нефтяной скважиной, а промышленным хабом. Выход из ОПЕК как раз является шагом в эту сторону.
Потребители в Азии и Европе: чем больше предложения, тем ниже цены после кризиса, а это хороший антистресс для сжатых булок мировой экономики.
США: ослабление картеля было целью Вашингтона десятилетиями, хотя бы номинальной.
Проигрывают:
Саудовская Аравия: теряет ключевого партнёра. Бюджет королевства свёрстан, как сообщают аналитики, из расчёта $80+ за баррель. Если ОПЕК+ рассыпается и начинается ценовая война за долю рынка, то у Эр-Рияда может не хватить подушки безопасности (но это не точно).
Россия: высокие нефтяные цены сейчас буквально дают луч надежды экономистам всех мастей. Мартовский рекорд выручки (€713 млн/день от экспорта ископаемого топлива) стал возможен благодаря ормузскому шоку и ценовой дисциплине ОПЕК+. Если картель рассыпается и нефть после войны падает обратно к $50–60 + формируется избыток предложения, то снова будут огромные дисконты на санкционную российскую нефть. И нарастить добычу, как ОАЭ, Россия не может: в порты часто стало прилетать, танкеры захватывают, санкционные пакеты штампуются.
Мелкие производители ОПЕК (Нигерия, Алжир, Ангола): им нужны высокие цены и координация, без дисциплины они проигрывают экономически.
Если вы прочитали наш разбор ормузского кризиса, то там вывод был такой: нефть будет дорогой, пока пролив закрыт, но после открытия стабилизируется в районе $80–90. Выход ОАЭ из ОПЕК+ корректирует этот прогноз вниз. Послевоенный коридор может оказаться ближе к $50/60/70 — зависит от того, как быстро распадётся картельная дисциплина и до какого уровня вырастет нефть.
Ормуз перерезал артерию | ОАЭ начали резать картель. Два процесса, которые определят нефтяной рынок на следующие несколько лет. Мы будем разбирать оба, ну и пойдём стратегию в нефти пилить, видимо🤔