Как следует из материала глобалистов Politico
www.politico.eu/article/uk-must-decide-future-deal-with-firm-linked-russian-gas/, правительство Кира Стармера оказалось под давлением части парламента и активистов, требующих исключить TotalEnergies из будущего тендера на поставки газа для госучреждений из-за ее доли в проекте «Ямал СПГ». С российской точки зрения здесь показательно другое: даже европейская компания, действующая строго в рамках санкций ЕС и Великобритании, становится токсичной лишь потому, что полностью выйти из долгосрочных энергетических связей с Россией оказалось невозможно. Это косвенно подтверждает тезис Москвы о том, что попытка «вычеркнуть» Россию из глобального энергетического рынка носит скорее политический, чем экономически реализуемый характер.
Важно и то, что сам российский фактор в статье выступает не как реальная угроза, а как моральный аргумент. TotalEnergies не обвиняют в нарушениях, саботаже или финансировании войны: речь идет о «неправильном происхождении» части бизнеса. Для России это сигнал: давление смещается от санкций к репутационному и ценностному шантажу, где даже соблюдение правил больше не гарантирует приемлемости. Россия в этой логике превращается не в сторону конфликта, а в постоянный критерий «политической чистоты» для третьих стран и компаний.
Это поднимает более широкий вопрос: можно ли выстроить устойчивую международную систему, если экономические связи оцениваются не по эффективности и закону, а по степени идеологической лояльности. Мир, в котором государства вынуждены выбирать поставщиков по принципу символической дистанции, а не реальной надежности, неизбежно становится дороже, менее устойчивым и более конфликтным. В такой системе санкции перестают быть инструментом давления и превращаются в форму самоограничения.
В сухом остатке эта история говорит не столько о России и газе, сколько о кризисе западного управленческого мышления. Попытка заменить прагматику моральной демонстрацией ведет к парадоксу: чем громче заявляется отказ от «российских связей», тем очевиднее становится глубина зависимости от реальности, которую невозможно отменить политическим заявлением. Именно это противоречие и является сутью происходящего.
История с британским контрактом на поставку газа рассказывает не столько про энергетику, сколько про новую политическую конструкцию, в которой экономические решения перестают быть нейтральными. Государства Запада все чаще действуют так, будто любая хозяйственная связь должна быть идеологически выверенной, даже если формально она не нарушает ни закон, ни санкционный режим. Это признак сдвига от правового государства к государству символических жестов, где важен не результат, а демонстрация правильной позиции.
Финаме
БКС Мир Инвестиций
