![]()
Сказ о том, как Пафнутий Карлович и Викентий Аполлинарьевич о Биткоине говорили…
В качестве эпиграфа, привожу придуманное мной лет тридцать назад определение:
«Вытекают ниоткуда и впадают в никуда» …
*****
Есть у меня два добрых товарища, военных пенсионеров. Пафнутий Карлович, по слухам, служил в некоем подразделении финансового обеспечения спецопераций. Сам он никогда о службе не говорил, но каждый год, 20-го декабря, весь день ходил в парадном кителе с полновесным «иконостасом», а к подъезду парковались черного цвета автомобили с непривычными антеннами на крышах… Его друг и одноклассник, а также постоянный оппонент в спорах и дискуссиях, Викентий Аполлинарьевич, отработал «от и до» в военном НИИ. Более всего мне нравилось, когда два товарища сходились на кухне Пафнутия Карловича в каком-нибудь принципиальном споре. В эти минуты я активно подливал Викентию Аполлинарьевичу в «рюмку чаю», а Пафнутию Карловичу, как сердечнику, чаю настоящего. Сам же предпочитал в спор не ввязываться, а молча слушать…
Пару дней назад я стал свидетелем удивительнейшей дискуссии двух товарищей, суть которой я до сих пор обдумываю. Викентий Аполлинарьевич, махнув «рюмку чаю», наконец-то решился начать и, морщась, закусывая квашеной капустой, сдавленно произнес:
— А что же, любезнейший Пафнутий Карлович, думаешь ты о Биткоине?
Вопрошаемый, словно не слышал вопроса, лениво сделал несколько глотков чая из пиалы, демонстративно медленно раздавил сушку и произнес:
— Что? Ответа ждешь?
— Да! Не только жду, а и повторю: «Что же ты думаешь о Биткоине?»
Пафнутий Карлович, пережевывая осколки сушки подался вперед, впился взглядом в Викентия Аполлинарьевича и сказал:
— А никакого Биткоина не существует!
Викентий Аполлинарьевич, разглядывая наполняемую мной «рюмку чая», усмехнулся, разворачивая ноутбук с раскрытым биржевым терминалом:
— Позволь, разлюбезнейший Пафнутий Карлович! А что же, вот это? Этот график!
Пафнутий Карлович даже краем глаза не взглянул в экран и продолжил:
— Нет никакого Биткоина. Биткоин – это никакая не криптовалюта. И майнинг твой тут ни при чем.
Биткоин – это сигнал!
— Сигнал чего?
— Не чего, а «кому»! Недавний резкий обвал котировок и есть то самое! Биткоин – это знак тем, кто «имеет глаза, чтобы видеть», некий тайный знак так любимого вашей сектой «глубинного государства» своим: «Пора! «Сливайте» акции и облигации. Делайте это тихо, без паники, время еще есть» …
— Но зачем?
— А когда всё вложившееся в Биткоины стадо разорится, тогда выйдут «люди в белом» с чемоданами… С «электронными чемоданами»! И объяснят с помощью подконтрольных CNBC, СМИ, тысяч аналитиков, что теперь есть «Новый Биткоин», у которого будет ликвидность, легкость ввода-вывода, минимальные комиссионные, должный контроль и регулирование. И имя новому Биткоину: «Fedcoin»! Стадо же, припоминая, какие фортеля и коленца выбрасывал Биткоин, вырастая за сутки на пару тысяч долларов, кинется за кредитами для возможности сыграть в новое «Колесо фортуны»!
— Тут у тебя, Пафнутий Карлович, как всегда – неувязочка! Криптовалюта, ведь, основана на майнинге. Куда же денутся все эти майнеры по всему свету? Кто будет майнить?
— Все просто, майнеры останутся. Только теперь это будут «официальные лицензированные майнеры», для лицензии майнинга которым потребуются вычислительные мощности не менее оговоренного в какой-нибудь директиве Евросоюза или акте ФРС порога. Естественно, что такой порог смогут преодолеть единицы: Гугл, Эппл, Ай-Би-Эм и этот… как его… любимец вашей секты…
— Илон Маск?
— Во! Этот, уверен, полетит на Луну: строить там майнинговый супер-завод! Более того. Скажу тебе, что будет еще одно непреодолимое для многих ограничение: электричество для «Нового майнинга» должно быть только от «Зеленых Бесов»: солнечных батарей, ветряков и прочего навозного биогаза!
***
Оба замолчали и эту затянувшуюся паузу решил нарушить я:
— Сдается мне, Пафнутий Карлович, что вы некоторым образом не договариваете. Если начнется обрушение фондовых, облигационных и деривативных пирамид, то кто же будет в здравом уме вкладываться в Биткоин. Пожалуй, «стадо» рванет в нефть, медь, золото, о чем, как вы выражаетесь, наша «стагфляционная секта и благовествует»!
— Подловил! Все так и есть. О главной «соли» этой операции я и не доложил. Ну, хорошо, слушайте… Когда все «свои» спокойно и незаметно выведут принадлежащие им «умные деньги» из акций, облигаций и прочего биржевого мусора в надежные активы, «глубинное государство» инициирует некий, напоминающий по своему цинизму изъятие Рузвельтом золота, «Патриотический Финансовый Акт», по которому вывести с обычных рынков деньги можно будет только в определенной пропорции, например: один процент в наличные, а остальные в государственную криптовалюту! Причем возможность вывода денег из госкрипты оставят, но только в акции или облигации! Таким образом, всю избыточную массу долларов принудительно изолируют в замкнутый контур: «Криптовалюта – облигации!» Это и было на той картинке, с которой ваша секта давеча тут носилась.
Пафнутий Карлович извлек из стола лист бумаги:
Викентий Аполинарьевич с небывалой резвостью налил «рюмку чаю», выпил и какой-то несвойственной ему скороговоркой произнес:
— Это что же получается? Выходит… Выходит, что обрушение фондовых и облигационных рынков не произойдет, пока не будет введена некая официальная мировая криптовалюта?
Пафнутий Карлович расплылся в довольной улыбке и с явной добротой в голосе ответил:
— Наконец-то, дружище, за много времени ты сказал что-то стоящее! Поздравляю! Возьми ка сушку, закуси!
Мы еще долго спорили на сей предмет. Но высказанное моим товарищем о Биткоине мнение до сих пор будоражит во мне противоречивые мысли. Впрочем, мне иногда стало казаться, что и разговора-то этого не было. Тем не менее, читатель, я попросил бы тебя считать все вышеописанное хотя бы доброй новогодней стагфляционной сказкой. А будет все именно так или иначе, покажет время, которого до Нового года остается катастрофически мало…
