Кирилл Пестов рассказал как поживают опционы на Московской Бирже и что изменилось за год

Организованный фондовый рынок в России был как-то походя, буднично сметен Февральской революцией 1917 года.

25 февраля (по старому стилю) еще шли сделки на Петроградской бирже. Котировки акций второй день падали на фоне уличных волнений. В понедельник 27 февраля, когда к протестующим присоединились солдаты, фондовый отдел решил торги даже и не начинать. Не решились на это и в последующие дни, а 3 марта — сразу после отречения Николая II — Петроградская биржа была закрыта уже официально. Оказалось, навсегда.

Петроградская биржа была открыта 24 января 1917 года [Ред. — после закрытия во время первой мировой войны] торжественным молебном и приветственной речью министра финансов Петра Барка. На следующий день начались торги. Начинался последний месяц организованного фондового рынка Российской Империи.

На российские ценные бумаги был ажиотажный спрос, и котировки стремительно росли. Скупали их и на «вольном рынке», где порой сделки на миллионы рублей проходили по ценам, заметно превышавшим последние биржевые котировки.

Рост акций продолжался практически до самой Февральской революции — казалось, спекулянтов совершенно не интересует происходящее за стенами биржи. Современники сравнивали это с пиром во время чумы, хотя из будущего это, конечно, больше напоминает танцы на «Титанике».

Лишь в последние дни февраля, когда не замечать события на улицах стало просто невозможно, началось быстрое падение котировок.

И все равно за свой последний месяц на Петроградской бирже российские акции в среднем выросли на 20%.

Когда биржу закрыли, поначалу казалось, что все пойдет своим чередом: «вольный рынок» никто не отменял. Но жизнь, как всегда, внесла в планы инвесторов коррективы.

Инфляция все ускорялась, и акции стали покупать, чтобы просто предохраниться от нее. К осени их продажа за стремительно дешевевшие дензнаки стала выглядеть бессмыслицей, и на короткое время акции сами приобрели функцию денег.

Они обычно выпускались в России с крупными (сотни рублей) номиналами и выглядели явно солиднее «керенок».

Оплачивать акциями крупные покупки было проще, чем новыми деньгами. К тому же весь предыдущий опыт, а особенно годы войны, подтверждал, что акции несравнимо лучше сохраняют ценность, чем деньги. О большевиках биржевики тогда, конечно, слышали, но какой деловой человек всерьез брал в расчет возможность реализации бредовых идей.

Но в декабре 1917 года в рамках национализации банков были аннулированы их акции, а затем прекращены операции и с другими ценными бумагами.

Правда, еще в 1918 году под аннулированные бумаги малоимущие могли получать ссуды в Народном банке РСФСР. Сами же некогда ценные бумаги немного позднее уничтожили. Их было немало, и расправа затянулась не на один месяц. Их жгли на кострах, топили ими печи.

Жгли акции сотен российских компаний, принесшие инвесторам вдвое больше, чем американские. Облигации, считавшиеся вполне пригодными для вдов и сирот. Паи, векселя, закладные листы, государственные и городские займы. Пятый по капитализации фондовый рынок мира. Все превратилось в дым.