Пока аналитики рисуют уровни поддержки на графиках, правовая реальность фондового рынка поменялась одним росчерком пера. Двадцать четвёртого августа подписан указ президента № 604 «О мерах по обеспечению безопасности объектов критической инфраструктуры» Этот документ решает судьбу вашего портфеля без судов, без заседаний совета директоров и без вашего согласия.
Механика изъятия предельно простая и предельно жёсткая. Объект критической инфраструктуры пострадал от БПЛА, собственник не обеспечил меры безопасности или сорвал сроки восстановления — государство вводит временное управление. Забирают всё: недвижимость, имущественные комплексы, акции, доли, права. Управляет Росимущество или иная назначенная структура, срок в указе не прописан вообще.
Смотрим на это лето без розовых очков. Удары дронов по Новокуйбышевскому НПЗ Роснефти, по Саратовскому НПЗ, который полностью остановил переработку, по Ильскому НПЗ в Краснодарском крае. Отдельно этим летом доставалось складам Вайлдберриз и Озон. Роснефть — классический ТЭК. Озон — логистическая инфраструктура с публичным облигационным долгом на бирже прямо сейчас. Оба формально подпадают под сектора из указа.
Где в этой схеме ваши деньги. Нигде, и это не эмоция, это цитата. Пункт 4 указа: финансирование расходов, связанных с временным управлением, осуществляется за счёт доходов от использования имущества. Прибыль идёт на латание крыши после удара, на защитные сооружения, на зарплату временной администрации. Про дивиденды акционерам — ни слова. Про купоны и погашение облигаций — тишина.
Тихая ликвидация акционеров. Согласно статье 42 закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», выплата дивидендов — право компании, а не обязанность. Временный управляющий просто не выносит вопрос о распределении прибыли на собрание. Нет решения — нет долга перед вами. Деньги заморожены внутри завода на неопределённый срок, и бежать в суд бесполезно, формального нарушения здесь нет. Это самый циничный элемент всей схемы: всё абсолютно законно.
С облигациями сценарий кровавее, потому что купон — это не право компании, а жёсткий контракт. Управляющий пустил выручку на ремонт цеха и пропустил дату выплаты? Механизм пошёл. Сначала грейс-период, обычно пять-десять рабочих дней, это ещё технический дефолт. Истёк срок, денег нет — наступает полноценный дефолт эмитента.
А дефолт — прямая дорога к банкротству. По пункту 2 статьи 3 закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности», если долг превышает 2 миллиона рублей, для стратегических предприятий 3 миллиона, а просрочка длится больше трёх месяцев, возникает право подать заявление о банкротстве.
Кто должен драться за ваши деньги в этот момент. Формально всю работу в арбитраже обязан вести представитель владельцев облигаций, ПВО. Практика показывает разное: кто-то реально судится, кто-то получает вознаграждение и ждёт, пока портфели инвесторов превращаются в пыль. Запомните железобетонную норму, пункт 16 статьи 29.1 закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг». Если ПВО бездействует месяц с момента возникновения оснований для иска, любой держатель облигаций вправе идти в суд сам. Выходить из-под защиты действующего ПВО незаконно и бессмысленно, но принуждать его к работе через жалобы, или подавать самому, если он окончательно слился, это ваша рабочая стратегия, а не теория.
Важная оговорка, чтобы не приписывать указу больше, чем в нём есть. Сама по себе принадлежность компании к сектору ТЭК, связи или логистики не значит, что конкретный завод или склад официально числится критически важным объектом. Такая категоризация делается закрытыми ведомственными перечнями по законам от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций» и от 26.07.2017 № 187-ФЗ «О безопасности критической информационной инфраструктуры». Откройте эти законы сами и посмотрите, что перечни объектов там не публикуются в открытом доступе, это не моё утверждение на слово, это устройство самой нормы. Поэтому речь только про объекты, формально подходящие под определение указа 604, не про подтверждённый факт их включения в секретный реестр.
Отдельно стоит сказать про успокаивающий хор чиновников, который включился в тот же день. Первый вице-премьер Мантуров заявил, что указ не про национализацию, а механизм будет применяться, по его словам, «точечно и выверенно», решения о введении временного управления- только на самом высоком уровне, массового применения не планируется. Глава РСПП Шохин со своей стороны публично заявил, что бизнес ждёт прозрачного применения указа.
Разберём это спокойно, без истерики, но и без наивности. Когда государство выпускает указ, дающий право забрать имущество, ценные бумаги и доли без суда и без ограничения по сроку, а через несколько часов первый вице-премьер отдельно, специально, публично выходит объяснять, что переживать не о чем, это не событие в вакууме. Это сигнал. Если бы механизм действительно предполагался как узкий и техничный инструмент для двух-трёх проблемных объектов, отдельное разъяснение первого лица правительства в день подписания просто не понадобилось бы. Указы о частных технических нормативах не удостаиваются персонального комментария вице-премьера в первые часы после публикации.
Формулировка «точечно» тоже стоит того, чтобы её разобрать до конца, а не проглотить. Точечность- это не гарантия, зафиксированная в тексте указа, это устное намерение конкретного чиновника, которое не имеет юридической силы и может измениться без всякого пересмотра указа, потому что сам указ никаких ограничений по количеству и характеру случаев не содержит. Спокойствие, которое транслируют министры, существует отдельно от текста нормы, а не внутри него. Юридически на дворе всё ещё бессрочный механизм без списка объектов, без судебного контроля и без обязанности объяснять выбор конкретной компании. Слова про точечность можно процитировать инвестору для утешения, но нельзя приложить к иску или использовать как основание для взыскания, если ваш актив всё-таки попадёт в этот список.
Показательна и реакция Шохина, РСПП — это не миноритарии и не частные инвесторы, это объединение крупнейших собственников страны, и даже они попросили прозрачности, а не получили её заранее, в самом указе. Если крупный бизнес с прямым выходом на правительство уточняет правила игры постфактум, а не имеет их прописанными заранее, то у частного держателя облигаций и подавно нет никаких оснований расслабляться от слова «точечно», сказанного в интервью.
смотрите краткое видео: https://t.me/tatyanapravo_invest
Не ждите, пока временный управляющий решит, что на ваши купоны лучше купить ещё одну зенитную установку. Проверяйте портфель уже сейчас, а не после первой пропущенной даты выплаты.
По указу государство получает право управлять имуществом но не забирать его. И это правильно. Если например руководство НПЗ не делает ничего чтобы защищать НПЗ сетками от беспилотников то государство его заставит его это делать. И если склады маркетплейсов не оборудованы пожарными сигнализациями государство заставит это сделать. Но государство не забирает имущество.
Тем более зачем государства банкротить организации дефолтами по облигациям? Ради чего? Создать по такой схеме вместо «Новокуйбышевского НПЗ Роснефти» «Новокуйбышевский НПЗ Роснефти 2»? А смысл в этом? Это имело бы смысл если бы НПЗ были частные. Но они все по сути принадлежат государственным структурам.
Нет в указе ничего подобного.
Государство получает право управлять активами если собственники не принимают мер по защите инфраструктуры. Но «управлять» не означает «забирать» и «продавать по своему усмотрению».
Так это правильно.
Я в августе уезжал с железнодорожного вокзала Новороссийска. Напротив него находятся зерновые терминалы. После налета 12 августа на Новороссийск зерновые терминалы были повреждены. В железнодорожном вокзале взрывной волной выбило все стекла. Я задаю вопрос человеку который рулеткой измеряет оконные проемы чтобы вставлять новые стекла «а что, руководство вокзала на пятый год СВО не думало что может прилететь по зерновому терминалу и что окна в вокзале надо закрыть хотя бы ставнями ?». Мне ответ «нет никто не думал».
Так вот по этому указу государство будет вводить внешнее управление там где на пятый год руководство не думает о последствиях. И заставлять руководство РЖД и Газпромнефти вкладывать деньги в защиту объектов инфраструктуры а не заниматься херней покупая футболистов.
Всем уже ясно и понятно что маркетплейсы никаких дивидендов не будут платить долгое время.