В последнее время интернет-пространство России переживает фундаментальную трансформацию. РКН не просто расширяет реестр запрещенных сайтов, а ведет системную войну со средствами обхода блокировок. Регулятор активно борется с VPN-сервисами, требуя от провайдеров блокировать протоколы, маскирующие трафик (например, OpenVPN, WireGuard, Shadowsocks), и даже замедляет работу зарубежных хостингов, на которых часто размещаются прокси.
✅ Новая монетизация ограничений. Показательно, что некоторые операторы связи нашли способ заработать на этом тренде. Зафиксированы случаи списания денег со счетов абонентов при обнаружении работающего VPN на устройстве, что трактуется как использование «услуг, не соответствующих законодательству» или нарушение тарифного плана.
Если раньше ограничения носили точечный характер (блокировки конкретных мессенджеров и соцсетей, как LinkedIn или Twitter), то сейчас пользователи по всей России, включая Москву и Санкт-Петербург, регулярно сталкиваются с полным отсутствием доступа в сеть. Это уже не сбои, а системное явление.
✅ Официальная причина: безопасность vs. реальность. Традиционная формулировка властей — «меры безопасности в связи с повышенной террористической угрозой» или «для отражения кибератак». Однако масштаб ограничений вызывает вопросы. Действительно, угроза атак БПЛА сохраняется: если в 2024 году над Московским регионом сбивали до 30 дронов в сутки, то сейчас эти цифры выросли. Согласно сводкам о крупнейших атаках БПЛА в 2026 году, плотность налетов увеличилась. Тем не менее, жесткость ограничений связи сегодня несоизмеримо выше, чем два года назад. Ранее полное отключение интернета в столице воспринималось как апокалиптический сценарий из желтой прессы, а сегодня становится рутиной.
✅ Поиск прецедентов: опыт других стран. Скорее всего, дело не только в дронах. Не будем исключать, что власти внимательно изучают и адаптируют зарубежный опыт. Например, в Иране отключение интернета (интернет-шатдауны) давно стало инструментом для подавления протестов и контроля над информационными потоками в кризисных ситуациях. В России эти практики, судя по всему, внедряются с поправкой на местную инфраструктуру. Мы входим в новую реальность, где доступ к глобальной сети становится эпизодической привилегией, а не базовой услугой, и повлиять на это граждане, увы, не могут.
✅ Альтернативы: выживание без «большого интернета». Когда централизованный интернет отключают, на первый план выходят альтернативные способы связи.
1. Децентрализованные (mesh) сети. Это наиболее перспективное направление. Они строятся по принципу «каждый с каждым»: устройства пользователей соединяются напрямую, создавая распределенную сеть. Ее невозможно отключить из одного центра, так как она не зависит от провайдеров и центральных серверов.
2. Примеры существующих решений. Технология уже работает. Например, мессенджер Briar (Android) полностью заточен на работу через Bluetooth и Wi-Fi Direct в условиях отсутствия интернета. Другой пример — протокол Bluetooth Low Energy (BLE), используемый в приложениях вроде Bitchat (создан при участии основателя Twitter Джека Дорси), который позволяет обмениваться сообщениями на близком расстоянии без доступа к Сети.
✅ Потенциал Telegram. Интересно, что даже такой гигант, как Telegram, теоретически может внедрить поддержку mesh-сетей через Bluetooth и Wi-Fi. В этом случае пользователи смогут обмениваться сообщениями напрямую, формируя устойчивую распределенную структуру, которой не страшны никакие блокировки со стороны провайдеров. Кстати, Павел Дуров лично знаком с Джеком Дорси и встречался с ним, что позволяет предполагать обмен опытом в области децентрализованных коммуникаций.
Важно подчеркнуть: хотя нас больше всего пугает возможная блокировка Telegram, проблема гораздо шире. Трансформация интернета в России — это процесс, который затронет все сферы жизни. Без интернета или с его жесткими ограничениями останавливаются не только социальные сети, но и критически важные сервисы: финансовые приложения (банки и биржевые новости), онлайн-кассы такси, службы доставки еды, телемедицина и даже государственные услуги.
Грустное осознание заключается в том, что эти вызовы создаются искусственно, а не являются следствием непреодолимой силы. Однако, несмотря на это, адаптироваться к новой реальности нам, скорее всего, придется — искать лазейки, осваивать децентрализованные технологии и учиться жить в условиях цифрового дефицита.
==================
🔷🔷кто впервые на канале, начните отсюда
t.me/RomaniMore/665
💲Пассивный доход 200т в месяц и на пенсию ( 💰100т уже есть)
🗓️Канал про облигации
t.me/RomanBonds
🛂Мы в МАКСе
max.ru/join/i_YoDgrgdYbMw9urUb2ZMGnDLZXWQ2IwnfG91jKxUlQ
про умение жить в дефиците это не к нам
ИМХО всё это делается специально — как одновременная остановка всех заводов по производству табака на реконструкцию при Горбачёве, чтобы стимулировать социальные бунты.
Джемминг — это когда спецоборудование (типа «Поле-21», «Красуха» или дешёвые китайские глушилки за 10к руб) заливает частоты GNSS (L1 1575 МГц, L2 1227 МГц, ГЛОНАСС 1602 МГц) мощным широкополосным шумом или импульсами. Сигналы спутников слабые (-125...-160 dBm, как от 20км лампочки), глушилка на 10–100 Вт с наземки перебивает их на 20–100 км, приёмник теряет фикс (C/N0 падает ниже 30 dB-Hz). Телефон/дрон переключается на INS или сотовую триангуляцию, но с ошибкой. Минус для атакующего — глушит всё подряд, включая свою связь.
Спуфинг хитрее: спуфер генерит точную копию GNSS-сигналов (PRN-коды, эфемериды, время), но с ложными координатами или траекторией, более мощные (на 10–30 dB), чем настоящие. Приёмник «верит» фейку, думая, что ловит спутники: например, дрон «телепортируется» на 10 км в сторону или зависает в воздухе. Типы: перенаправляющий (резкий сдвиг), синхронизирующий (медленно подменяет, без скачков), ретранслятор (усиливает и задерживает реальные сигналы).
------
Догадайтесь, почему иногда вся Москва регулярно оказывается в районе аэропорта Шереметьево?
_____
Пошлю на сайт DJI fly-safe.dji.com/nfz/nfz-query
К военным эта карта имеет посредственное отношение. Но к обычным бытовым дронам — вполне.
Инерциальные системы — не совсем точны. накапливаются ошибки (дрейф).
Акселерометры измеряют ускорение, а позицию считают двойной интеграцией по времени, гироскопы — угловую скорость. Малейшая погрешность в датчиках (шум, усиление, температурный дрейф) накапливается экспоненциально: за 1 минуту ошибка в позиции может вырасти на метры, за 10 минут — на сотни метров, за час — километры. Дешёвые MEMS-сенсоры в потребительских дронах (типа DJI) имеют дрейф 0.1–1°/час по углу и 0.05–1 m/s² по ускорению, так что без коррекции дрон просто улетает ХЗ куда. Инерциальная система не знает абсолютных координат — только изменения относительно старта.
Без GPS/ГЛОНАСС или визуальной одометрии дрон не отличит «летит вперёд» или «сносится ветром».
Спросите нейронку. Много узнаете о минусах инерциальных навигационных систем.
Телефон определяет своё местоположение в т.ч. и по триангуляции сотовых вышек без GPS — это базовый метод LBS (Location-Based Services), который работает всегда, пока есть сигнал от оператора, даже в помещении или под землёй. Точность не очень — от 50–200 м в городе до километров в степи, но лучше, чем инерциалка.
влажные мечты oб общении через mesh