Сказ о том, как мне не дали сделать фото, или как я ходил на ГОСА дочек Роснефти

Компании вышедшие и торгующиеся на бирже имеют статус Публичное акционерное общество. Таково законодательство. А задумывались ли Вы над словом публичное? И как соотносится с публичностью желание менеджмента отгородиться от своих акционеров, напридумывать себе всякие внутренние инструкции, например запрет на фото и видео съемку во время собрания акционеров? Конечно никакого нарушения законодательства в этом нет, но разве так должны поступать публичные компании? Торгуешься на бирже — будь открытым перед своими акционерами, не мешай тем счастливчикам, которые имеют возможность очно посетить собрание акционеров, сделать фото, выложить его в свободный доступ, и рассказать всем остальным акционерам живущим далеко от места проведения собрания, свои впечатления от посещения от корпоративного мероприятия компании, акционерами которой мы все вместе являемся.
Утро. Подхожу к проходной Президент-Отеля на Якиманке. Говорю, что на собрание РН-Западная Сибирь. Смотрят списки, говорят Вас нет в списках, также не оказывается и ещё одного подошедшего акционера. У них там списки только тех, кто непосредственно в реестре, а списков клиентов номинальных держателей нет. Говорю, что это не те списки, несите правильные. Ну в общем позвонили, разобрались, пропустили.
Утреннего кофе-брейка не планировалось, и узнав это некоторые акционеры развернулись и ушли кушать на другие ГОСА, коих сегодня множество проводилось в Москве. Такова наша реальность, увы, а вы думали для чего акционеры приходят на собрания?
На собрание пошли только три миноритария. Попытался сделать фото сидевших в президиуме, ко мне подошли сказали что фото делать нельзя. Немного опережу события, в перерыве я по просьбе организаторов я удалил это фото со своего фотоаппарата. Так, что фото с собрания нет, и я теперь не знаю кто сидел в президиуме. Ну да, конечно можно найти отчёты, ещё где посмотреть. Зачем? Мне не нужно. Компания мне, своими запретами, усложняет работу по анализу компаний. Мне было удобней сделать фото, потом там посмотреть на табличках кто вёл собрания. Мне так удобней, но раз нельзя делать так как я привык, пусть другие аналитики занимаются дочками Роснефти, я для инвестиций найду себе более прозрачные и открытые для своих миноритариев компании.
Регистратор огласил наличие кворума, правда в количестве акций, а не в процентах. Акционерам зачитали регламент, вопросы только в письменной форме. В это время в зал вошли ещё два акционера, заметили бутылки воды и первым делом пошли их брать. Один акционер передал письменный вопрос, почему когда в зале всего-то три с половиной акционера, вы заставляете задавать вопросы обязательно письменно? Больше вопросов никто не задавал. Что интересно, по предварительным итогам голосования, за кандидатов отдали всего 170 кумулятивных голосов. Получается мажоритарий заочно не проголосовал, а оформляет голосование непосредственно на этом собрании.
По окончании собрания акционеров кормили пирожками, пирожными, сырниками, бутербродами. Некоторые акционеры не стесняясь складывали всё это себе в сумки.
Следом за этим собранием, здесь-же проходило собрание ещё одной дочки Роснефти. Она не торгуется на бирже, и её акций у меня нет, поэтому я с коллегой побродил полтора часа по Президент-Отелю и вернулся обратно. Здесь-же начиналось собрание ещё одной дочки Роснефти — Варьеганнефтегаз. Зарегистрировались. Попили чая. Чай здесь остался от собрания РН-Западная Сибирь. Даже какие то пирожки остались и пироженки, но ничего не хотелось. При входе на это собрание, меня индивидуально предупредили, что фотографировать нельзя. Да и так всё понятно, что словосочетание «публичное общество» простая профанация в дочках Роснефти. Ну и ладно, зато подарили пакет в котором был фирменный блокнот и ручка, и коробочка с маленькой квадратной чашечкой и квадратным блюдцем с эмблемой Варьеганнефтегаза. Сюда за подарком приехали уже двадцать акционеров. В президиуме сидели Синяков Алексей Петрович — генеральный директор. Ларионова Светлана Сергеевна — начальник главного экономического управления. Рохина Ирина Владимировна — секретарь собрания. Акционерам рассказали, что всего скважин 1633. Более 200 млн. тонн текущие извлекаемые запасы нефти. Более 12 миллиардов будут инвестиции в 2019-м году. Добыча углеродов немного упала, а выручка от продажи наоборот выросла благодаря благоприятным рыночным факторам.
Единственный вопрос задали представители компании РусНефть, они спросили почему меняют аудитора?
Выбирали на конкурсной основе, основная причина это цена аудиторских услуг.
По предварительным результатам в СД, кандидаты набрали по две, три, четыре, семь тысяч кумулятивных голосов. Здесь похоже мажоритарий тоже голосует очно на собрании. После каждого вопроса повестки собрания, акционеров спрашивали, есть ли вопросы, но вопрос от РусНефти так и остался единственным, который задали во время собрания.
По окончании акционерам опять накрыли столы. Одна старуха не церемонясь сразу складывала еду себе в сумку. Остальные акционеры тоже складывали, но сначала отнеся еду на тарелочке себе на столик, и уже там перекладывали в пакетики.