Ещё одна сказка про хлебные крошки.

Я сейчас вбил в поиск запрос «хлебные крошки», и выяснил, что про них написано немало произведений.

Но я не нашёл то, о котором сейчас хочу рассказать.

Это был рассказ, а не сказка.

Его нам зачитала учительница после уроков, на так называемом уроке внеклассного чтения, когда я жил в другом городе и учился в начальной школе.

В этом рассказе описывался случай с одним мальчиком, который на каникулах приехал в деревню в гости к своему дедушке.

Вот они пообедали, и дедушка аккуратно собрал хлебные крошки со стола к себе в ладонь и отправил их в рот.

А мальчик просто смахнул хлебные крошки со стола на пол.

Дедушка очень огорчился и сказал мальчику, чтобы он больше так никогда не делал.

Ведь хлеб — это народное богатство, он достаётся тяжелым трудом, немало пота проливается, и тд… и блаблабла...

Наверно, я был очень впечатлительным ребенком, и очень хотел быть послушным и хорошим мальчиком — и поэтому, придя домой и поужинав, я тоже собрал со стола хлебные крошки в ладонь и отправил их в рот.

И этот ритуал я стал соблюдать всегда, когда принимал пищу дома (в других местах я это ритуал не соблюдал, ибо соблюдал гигиену или стеснялся).

Я соблюдал этот ритуал и на новом месте жительства, когда учился в новой школе, и когда учился в институте, и когда пошёл работать, и когда перестал ходить на работу....

Я соблюдал ритуал не задумываясь, просто делая автоматические движения.

В новой школе со мной даже произошёл необычный случай, который укрепил мою увереннось, что я правильно соблюдаю ритуал.

Я проходил мимо школьной столовой, из ее дверей вышел мальчик и случайно выронил булочку за 10 копеек.

Он не стал ее поднимать с пола (соблюдая гигиену) — а стал играть булочкой в футбол.

Мимо проходил учитель физкультуры, увидел эту игру и стал ругать мальчика.

Он говорил, что хлеб — это народное богатство, он достаётся тяжелым трудом, немало пота проливается, и тд… и блаблабла… ну вы поняли...

А потом, когда в моём классе был урок физкультуры, этот учитель построил учеников по росту и половину урока рассказывал нам об этом нехорошем мальчике и о том, что хлеб — это народное богатство, он достаётся тяжелым трудом, немало пота проливается, и тд… и блаблабла...

И моя уверенность укрепилась.

Прошло много лет, моя память заполнилась разными фактами и воспоминаниями, я прочитал много книг и узнал много того, о чём не знал в начальной школе.

Но паззл ещё не сложился.

Паззл сложился тогда, когда я случайно услышал или прочитал новость, что РФ простила очередной многомиллиардный долг очередной небольшой стране.

Этот долг образовался ещё в эпоху СССР, но страна такая маленькая, а РФ такая могучая, что может себе это позволить.

И тогда я вспомнил всё, что накопилось в моей памяти.

Я вспомнил, что за счёт РСФСР дотировались остальные окраинные республики.

Мы жили, смахивая со стола в рот хлебные крошки и вытирая задницу газетой Правда (хотя на озере Байкал с кристалльно чистой водой уже был построен мощный ЦБК).

А жители окраинных республик покупали себе престижные чорные Волги и строили себе крепкие частные домики из кирпича.

Они разводили мандариновые плантации и продавали нам мандарины по 2р\кг, а мы продавали им бензин по 10коп\литр.

Просто потому, что коммунисты решили делить так то, что попадало к коммунистам в общий карман.

Коммунисты залезали в этот карман и щедрой рукой делилсь и с окраинными республиками, и с коммунистами недалёких стран, и с племенами далёких стран, которые намекали на желание встать на путь демократии.

А мы продолжали смахивать крошки со стола себе в рот.

Ибо так нас учили учители на уроках внеклассного чтения.

А этих учителей учили другие учители, и вот так учение передавалось из уст в уста.

Сначала учение из уст в уста, потом хлебные крошки — тоже в уста.

И писатели писали рассказы и о хлебных крошках, и о зерне, сыпящемся в Закрома Родины, и о комбайнах, бороздящих бескрайние просторы полей.

Но настали другие времена, и теперь, с 1992г, в честь освобождения от гнёта окраинных республик, в России 12 июня празднуют День Независимости.

И когда паззл сложился, я перестал соблюдать ритуал смахивания хлебных крошек со стола в уста.