"эффективный менеджмент" - подлинная причина срочной необходимости повышения пенсионного возраста?

Никита Кричевский: «Решение о реформе, я считаю было принято потому, что начинает вырисовываться «проблема 2022» — начало выхода на пенсию первых граждан, которые имеют право на накопительную часть пенсии. Между тем, к настоящему моменту в стране осталось меньше 70 НПФ — остальные волшебным образом испарились. Кто-то из них обанкротился, кто-то просто исчез — а ведь 10 лет назад было порядка 300 НПФ, и большая часть этих фондов успешно собирала деньги.
Естественно, фонды испарились вместе с деньгами. Причем, это фонды не только тех, кто украл и убежал в Лондон. Это и деньги прогосударственных фондов, которые были вложены в разные проекты, которые на бумаге выглядят нормально (есть акции и прочее), а фактически этих проектов уже нет.

Больше того, я считаю, «проблема 2022» началась не пять лет назад, а еще в 2003 году, когда решалась другая проблема — погашение долгов Парижскому клубу кредиторов. Все пенсионные накопления, которые на тот момент удалось собрать — а это порядка 200 млрд. рублей, что не так много, — были вложены в государственные облигации. Фактически, эти деньги были предоставлены государству в долг. Государство их, само собой, конвертировало и отправило — частично — на погашение долгов Парижскому клубу.

Это был не единственный источник для погашения — там и нефть сыграла свою роль, и другие источники. Но главное, тогда пенсионные деньги «стрельнули», с расчетом, что со временем проблема рассосется, и ее можно будет закрыть.
В 2008 года, когда Михаил Зурабов пришел в Госдуму с предложением ликвидировать накопительную часть пенсии — это было, на мой взгляд, как раз частью того плана. Но у Зурабова был негативный бэкграунд после монетизации льгот 2005 года, и поэтому его никто не воспринял.
В итоге, проблема повисла, и стала отчетливо-вопиющей в 2012—2013 годах.
Неслучайно с 2014 года собранные «накопительные» накопления регулярно замораживаются. Я считаю, так происходит, потому что НПФ — это пирамида. Формальный контроль за фондами, конечно, есть, но фактического — никакого. И сколько туда не вкладывай, эти деньги куда-то разместят, разворуют, вложат в землю, которая обесценивается. Одним словом, деньги пропадут.»
/maxpark.com/