Чайные на трассах, заводы в колхозах: как работала хозяйственная инициатива в СССР
Когда вспоминают советскую экономику, обычно представляют огромные заводы, министерства, пятилетние планы и централизованное распределение ресурсов. Но была у неё и другая, менее заметная сторона — тысячи небольших производств, кооперативных артелей, мастерских и подсобных предприятий.
Причём некоторые из них со временем вырастали в весьма серьёзные хозяйственные комплексы.
Давайте посмотрим, как была устроена эта экономика на примере чайных, колхозных производств и промысловой кооперации.
1. Чайная на дороге — тоже часть экономики
В 1945 году, когда страна ещё восстанавливалась после войны, Совет народных комиссаров РСФСР принял постановление об организации сельских чайных и постоялых дворов.
Документ предусматривал доведение к концу 1945 года сети чайных в системе потребительской кооперации РСФСР до 4000 предприятий. Из них до 2400 должны были иметь постоялые дворы.
Причём существовало конкретное требование: на важнейших проезжих трактах организовывать одну чайную на каждые 25–30 километров.
То есть речь шла не просто о случайных буфетах в деревнях, а о попытке сформировать целую сеть дорожного обслуживания.
Для послевоенной страны это была вполне практичная задача: накормить человека в пути, дать возможность отдохнуть, переночевать, выпить горячего чая.
И ведь такая инфраструктура могла развиваться через потребительскую кооперацию, с участием местных хозяйств.
Не обязательно строить гигантский ресторанный комплекс. Иногда достаточно хорошего помещения, кухни, нескольких работников и грамотной организации.
2. Колхоз, который оказался гораздо больше, чем просто сельскохозяйственным предприятием
Интересный пример можно найти в газете «Советская культура» от 11 декабря 1954 года.
Там опубликован материал о колхозе имени Сталина Сальского района Ростовской области.
Посмотрим на его хозяйство.
Около 4500 гектаров пашни, шесть животноводческих ферм с поголовьем более 6000 животных, почти 10 тысяч голов птицы, собственные сады и виноградники.
Но самое любопытное — подсобные производства.
У колхоза имелись:
мельница;
кирпичный завод;
молочный завод;
винодельческое производство;
колбасный завод;
фруктовая сушилка;
бойня;
лесопилка;
механическая мастерская;
деревообделочная мастерская;
собственная электростанция.
Доход артели за предыдущий год, согласно публикации, составил почти три миллиона рублей.
И это ещё не всё. В колхозе работали два клуба, была организована культурная жизнь, действовал собственный радиоузел.
Перед нами уже не просто хозяйство, выращивающее зерно и отправляющее его государству.
Это целый местный производственный комплекс, который перерабатывал собственное сырьё, выпускал готовую продукцию, обеспечивал строительные и ремонтные потребности.
Конечно, газетный репортаж не заменяет независимый финансовый аудит. Но как свидетельство существования подобной хозяйственной модели он весьма интересен.
3. Артели: маленькая экономика с большими масштабами
Отдельного внимания заслуживает промысловая кооперация СССР.
На 1 января 1956 года в ней насчитывалось 12 667 артелей, объединявших примерно 1,844 миллиона человек.
Это уже целая самостоятельная экономическая система внутри советского народного хозяйства.
Причём речь шла вовсе не исключительно о кустарном производстве.
Согласно изданию «Промысловая кооперация СССР за 40 лет» 1957 года, в 1952 году кооперативная промышленность обеспечивала:
до 40% производства мебели;
до 35% металлических кроватей и швейных изделий;
65–70% металлической посуды;
более 45% ножей, вилок, примусов и мясорубок.
В 1955 году кооперативные предприятия выпускали более трети производимой в стране мебели, верхнего трикотажа, металлических кроватей, игрушек и валяной обуви.
А ведь были ещё строительные материалы, сельскохозяйственный инвентарь, запасные части, оборудование и многое другое.
Получается, что артель была не только способом объединить нескольких ремесленников. Она могла превращаться в крупное промышленное предприятие с оборудованием, капиталовложениями, собственными мастерскими и десятками или сотнями работников.
4. Не только заводы, но и повседневные услуги
Есть ещё один интересный момент, который часто остаётся за пределами разговоров о советской экономике.
Промысловая кооперация занималась не только производством товаров, но и бытовым обслуживанием.
Ремонт обуви, одежды, мебели, часов, металлических изделий, химчистка, индивидуальный пошив — всё это входило в сферу деятельности артелей.
Только за период с января 1951 года по июль 1954 года в системе промысловой кооперации было построено 1050 предприятий бытового обслуживания.
А на 1 января 1956 года количество ремонтных мастерских, включая мастерские по индивидуальному пошиву и химчистке, достигло 42 049.
То есть кооперативный сектор помогал решать вполне повседневные проблемы населения.
Не нужно было отправлять каждую пару обуви на государственный завод или ждать централизованного производства каждой мелочи.
На местах работали мастерские, где можно было отремонтировать вещь, заказать новую или воспользоваться бытовой услугой.
Для огромной страны с большим количеством небольших населённых пунктов это имело немалое значение.
5. Когда артель становилась слишком большой
Здесь начинается, пожалуй, самая интересная часть истории.
В 1956 году произошла масштабная реорганизация промысловой кооперации.
Часть наиболее крупных и технически оснащённых артелей передали в государственную промышленность.
За 1956 год вместе с переданными предприятиями в государственный сектор перешло около 600 тысяч человек.
Только в РСФСР из 8017 артелей государственной промышленности передали 2428.
Официальное объяснение заключалось в необходимости укрупнения, специализации и более эффективного использования оборудования, сырья и производственных мощностей.
С хозяйственной точки зрения определённая логика в этом была: крупные предприятия действительно могли получить новые возможности.
Но одновременно кооперативная система теряла значительную часть своих наиболее развитых производств и самостоятельности.
И здесь обнаруживается интересный парадокс советской экономической модели.
С одной стороны, она создала условия, в которых небольшая артель могла вырасти в серьёзное производство.
С другой — когда такое производство достигало определённого масштаба, государство нередко стремилось включить его в централизованную промышленную систему.
6. Советская экономика: не только гиганты, но и тысячи небольших производств
История чайных, грибоварен, колхозных заводов и промысловых артелей показывает довольно интересную картину.
Советская хозяйственная модель не ограничивалась огромными заводами и государственными предприятиями.
В ней существовал целый пласт местного производства, основанного на кооперации, использовании региональных ресурсов и инициативе самих работников.
В одном районе это могла быть мельница, в другом — кирпичный завод, в третьем — мастерская по ремонту обуви или производство мебели.
Где-то развивалось виноделие, где-то переработка фруктов, а где-то создавались собственные предприятия по производству сельскохозяйственного инвентаря.
Разумеется, эта система не была свободным рынком в современном понимании. Она зависела от государственных планов, распределения сырья и административных решений. Были проблемы с качеством продукции, ассортиментом, снабжением и самостоятельностью предприятий.
Но было бы ошибкой не замечать и другую сторону: способность людей объединяться, создавать хозяйства, производить востребованные товары и развивать местную экономику.
Возможно, именно сочетание крупной промышленности с развитым местным производством и кооперацией было одной из наиболее интересных особенностей советского хозяйственного устройства.
Ведь экономика страны — это не только гигантские заводы, космические ракеты и многомиллиардные стройки.
Это ещё и маленькая чайная на дороге, куда заезжает уставший путник. Мастерская, где чинят обувь. Колхозная мельница, перерабатывающая зерно соседних хозяйств. Кирпичный завод, обеспечивающий строительством целый район.
В конце концов, именно из таких небольших хозяйственных историй и складывается повседневная жизнь большой страны.
Источники:
Может все бы и хорошо получилось, если б эти артели переросли в крупные частные фирмы, как это произошло в КНР. Но таких планов и не было в СССР, а Хрущев сделал даже противоположное: объединил артели в госкомпании с выделением оборудования им. Только монополия, как всегда привела «в тупик».
Ну так и при Брежневе были работающие на патенте. И как это влияло на общую экономику страны? Да ни как.
А про «артели», так подход тоже был по уставу «сельскохозяйственной артелью», но председателя его утверждал райком партии, колхозы имели плановые задания, и что и когда снять или начинать сбор урожая тоже не председатель решал.
В частности — совхоз Остромечево, в БССР, недалеко от границы с Польшей. Сейчас агрогородок Остромечево.
Помимо сельского хозяйства, производили консервы, соки, разводили норок, шили шубы и шапки и многое другое.
Работникам предоставляли жилье — двухэтажный коттедж на две семьи.
Но там директор был толковым, ему не мешали. А наоборот, оказывали помощь и ставили в пример.
Почему такой успешный опыт не распространили на всю страну — загадка.