Обычно соотношение ДМ, обычно берут M2 к ЗВР показывают, насколько нацвалюта обеспечена ликвидными международными активами(золото, иностранная валюта и т.д). Если M2 растет быстрее, чем ЗВР, обеспечение каждого рубля активами снижается. Создается давление на курс, к примеру когда наступает шок в каком нибудь секторе(падение цена на сырье скажем), владельцы рублей пытаются конвертировать их любую другую валюту. У ЦБ на такой случай есть резервы для удовлетворения спроса, они опускают курс, что и приводит к девальвации.
Дисбаланс возникает в тот момент, когда ЦБ пытается удержать курс при высоком соотношении M2/ЗВР, он продает валюту с рынка и скупает рубли. Начинается изъятие ликвидности из банковского сектора, так называемый процесс стерилизации, сужая денежную базу, ЦБ в таком случае поднимает процентные ставки и само собой это влияет на кредитование, ведь они дорожают. Это все понятно, валютные спекуляции для спекулянтов, что бы кто то успел утащить крупные куски пирога на бирже, а потом и остатки, но ведь и человеку, далекому от всего этого понятно, что девальвация пользы общей не несет. Да, она временно дает рублевую выручку экспортерам, но вот импортеры и компании с валютными долгами оказываются в яме, а иногда и просто банкротятся.
Сейчас нормальную корреляцию провести нельзя, ведь +- 300 лярдов заморожены. Да и структура с 2022 года изменилась, доля юаня выросла, евро и доллар снизились. На курс тем не менее оказывается сильное давление, часть ЗВР недоступна для интервенций, поскольку предложение валюты ограничено. А замедление темпов роста M2 из-за высокой ставки в теории должно стабилизировать соотношение M2/ЗВР, но низким темпом роста ВВП. Выходит за счет экспорта ЗВР остается стабильным, ведь M2 из-за высокой ставки перестает раздуваться.
В последнее время некоторые аналитики финансовых рынков предлагают достичь соотношения 1:1. То есть в буквальном смысле слова лишить банкиров возможности печатать необеспеченные фантики, да и это уже невозможно сделать, просто потому, что денег бы не хватало даже для обслуживания текущих сделок. Тем более увеличить ЗВР так же бы не получилось, нужно жить в многолетнем профиците торгового баланса. Я согласен с мнением, что если бы M2 = ЗВР, рубль был бы скалой, непробиваемой, но Россия уже упустила этот шанс. Ну вот казалось бы, сырьевая экономика, «бензоколонка» или какие там еще есть названия. Страна продает нефть, газ, углеводороды, лес, руды, на вырученную валюту покупает готовые товары, а где остается прибыль? Нефть Urals сейчас продается за 69$, а бензин или пластик из неё за рубежом стоит скажем 130$, разницу в 60 долларов забирает переработчик, логисты, бренды, но из других стран. У нас курс валюты привязан к цене на сырье, слабая диверсификация в экономике до сих пор не может обеспечить стабильный рост, а с учетом военных рельс, это произойдет еще не скоро. А вообще вот вам пища для размышлений, наверняка уже все знают алгоритм Currency Board, на официальном сайте МВФ есть описанная финмодель для стран, по типу РФ – Денежный режим основан на явном законодательстве обменивать нац валюту на указанную иностранную валюту по фиксированному курсу в сочетании с ограничениями на орган, выдавший разрешение, для обеспечения выполнения своих юр обязательств. То есть нац валюта будет выпущена только против иностранной валюты и будет полностью обеспечена иностранными активами.
Если наложить тезис Пребиша – Зингера(два экономиста, которые разработали теорию для стран, экспортирующих сырье, что в долгосрочной перспективе их положение ухудшается) в долгосрочной перспективе цены на сырье растут медленнее, чем цены на готовые товары с высокой добавленной стоимостью. Что это значит? Это значит, что бы РФ выбраться из Ж, нужно продавать не бочки нефти, а продукты её переработки или технологии. Сюда же можно знаменитую теорию ресурсного проклятья применить, но её уже все разобрали. Страны, которые продают микрочипы или оборудование, могут позволить себе более высокое соотношение M2/ЗВР, валюта будет крепкой, потому что всегда есть огромный спрос на её товары, создавая реальный спрос на валюту, а не искусственный. По сути, если говорить простым языком, легкий доход от сырья убивает стимулы создавать реальную добавленную стоимость. Получается у нас ЦБ формально накапливает ЗВР, но реальная ценность резервов падает. Сырьевой экспорт страны приносит всё меньше долларов, необходимых для покупки дорожающих высокотехнологичных товаров. В нынешних условиях долларовые или юаневые резервы имеют меньшую покупательную способность по сравнению с досвошными временами, потому что сейчас идет накрутка логистики и посредников.
Вот даже не накладывать ЗВР, базовое сравнение с Европой. Европа зависит от импорта, газ нефть сырье, металлы, компоненты. Кроме того, что сама Европа создает спрос на свою продукцию, бренды, фармацевтика электроника, еврозона это еще и замкнутый рынок, на производство потратили евро, продали внутри так же в евро. Именно из-за того, что когда LOW ERPT меняется, это эффект переноса, изменение евро к доллару вообще может не изменится, буханка хлеба в Париже или стрижка в Берлине не подорожают мгновенно, производство локальное и аренда платится в Евро, пример не очень, но суть ясна. А ЗВР Еврозоны вообще не нуждается в интервенциях для спасения курса, потому что падение евро даже выгодно экспортерам, ведь товары становятся дешевле, следовательно конкурентноспособнее в мире. Падение евро делает дороже импортную энергию(которая кстати торгуется в долларах), это вызывает разгон инфляции, но обычно не сильно, от 1 до 2 процентов, но не несколько десятков, как например в РФ. Поэтому когда ЦБ пытается сдержать панику и начинает продажу валюты из ЗВР, скупая рубли, они напрямую уменьшают и количество ЗВР, и разгоняют М2, а если M2 уже разогнан, резервов может и не хватить, а истощение и так подорвет систему, которая стоит на костылях.
Я не просто так сравнил с Европой, ведь это же был основной торговый партнер до 2022 года, соседи в историческом и экономическом плане, беда теперь в том, что там ценили как никак сырье, а вот с каким дисконтом Китай покупает все эти запасы, это уже совсем другая история.
