Кто виноват и что делать

 

В продолжение нашего участия в программе День на РБК-ТВ, посвящённой проблемам на топливном рынке. По нашим оценкам, в простое в последние дни находятся 250-300 тысяч тонн в сутки мощностей первичной переработки сырой нефти в России. Это составляет 30-36% от совокупной мощности действующих установок первичной переработки нефти (без учёта устаревших, но технически доступных и используемых в кризис для переработки). Все простои аварийные. Также в простое были комплексы по переработке газового конденсата в Астрахани и Краснодарском крае и экспортно-ориентированный в Усть-Луге. По нашим оценкам, проблема сопоставима с пиковыми простоями в сентябре-октябре прошлого года. Однако во втором квартале наблюдались множественные атаки на нефтеперекачивающие станции Транснефти в глубине европейской части России, чего не наблюдалось прошлой осенью. По оценкам западных агентств, снижение фактического объёма нефтепереработки по всем причинам в мае-июне выше уровня прошлой осени. Об этом говорят и ограничения по керосину, которых не было ранее.  Однако проблема сама по себе является ежегодной, по крайней мере в части выпуска бензина. Это говорит о необходимости не только краткосрочных (пожарных) мер, но долгосрочных (системных). Среди краткосрочных мер по устранению причин ведущей является реализация постановления Правительства по новым возможностям нефтяных компаний защищать свои объекты при помощи крупнокалиберного оружия. Никто не заинтересован более в защите нефтяных объектов, чем их владельцы. Ускорение поставок и найма сотрудников в МОБ позволит снизить новые простои. Причём на данном этапе это уже касается не только крупных НПЗ, но и объектов Транснефти, а также нефтебаз. Среди среднесрочных мер стоит отметить необходимость создания новых мощностей фракционирования газового конденсата, в том числе ближе к местам добычи (Тюменская область, Сахалин, Иркутская область). Успешные практики строительства мегазаводов Новатэком и Иркутской нефтяной компании говорят о том, что модульные малотоннажные и среднетоннажные мини-заводы по фракционированию конденсата в Сибири являются вполне посильной задачей. Другой действенной среднесрочной мерой могло бы быть создание в регионах с высокими объёмами растениеводства мини-заводов по производству технического этанола из отходов сельского хозяйства. Этот источник получения компонентов товарного бензина и дизельного топлива активно развит в Бразилии и может получить активное развитие и на юге России. В Бразилии доля этанола в товарном топливе составляет 14% для дизеля и 22-35% для бензина. При этом смешивание с эталоном является мерой снижения конечной цены товарного топлива. Наличие государственной программы (задачи), единое типовое решение от отечественного машиностроителя и субсидирование ставки / налоговые льготы позволят в быстром темпе развить эти отрасли до уровня их потенциала. Долгосрочной мерой является необходимость возобновления активного строительства мощностей первичной переработки сырой нефти. Это позволит не только избавить внутренний рынок от ручного управления, но и переходить от модели экспорт нефти дуополии покупателей к экспорту светлых нефтепродуктов на куда более диверсифицированный рынок топлива, при этом с меньшими транспортными затратами. Большинство наших текущих и исторических покупателей морских партий нефти сами по себе являются нетто-экспортёрами нефтепродуктов, включая Китай, Индию, Турцию, Южную Корею, Японию, Нидерланды, Бельгию. С экономической точки зрения экспорт нефтепродуктов существенно выгодней экспорта нефти в совокупности для всех российских участников процесса от «скважины до бензоколонки».