Письма Уоррена Баффета к акционерам оказались замечательной книгой

Обозреватель Bloomberg Gary Sernovitz считает, что новый том, в котором собраны письма председателя совета директоров Berkshire Hathaway за несколько десятилетий, является отчасти руководством по управлению, отчасти историей Berkshire и, в некотором смысле, отчасти комедией:

«Практически без предупреждения, в формате, столь же безразличном к внешнему виду, которого придерживался и сам автор, вы теперь можете получить ежегодные отчеты, выходившие на протяжении 60 лет, о величайшем в истории США процессе распределения капитала. Это своего рода пособие в сфере бизнеса, учебник по морали, безумно занимательная книга, восхваляющая покупки и (редко) продажи, непреклонная и неопровержимая критика Уолл-стрит и невероятная история о том, как ужасная инвестиция превратилась в самое великое долговечное состояние в стране.
Книга »Berkshire Hathaway Letters to Shareholders: 1965-2024" («Письма акционерам Berkshire Hathaway: 1965-2024») — это именно то, что она собой и представляет: сборник вступительных писем из годовых отчетов — формат, известный своей поверхностностью и манипуляциями. Но Уоррен Баффет хотел, чтобы его письма обладали вечной истиной и вечной жизнью, и теперь вы можете их прочитать на 940 страницах большого формата в виде книги. Этот том должен прочитать тот, кто хочет, чтобы его собственная жизнь стала похожа на жизнь Баффета, которая измерялась деньгами, терпением, самоиронией или порядочностью. А это значит, что её, скорее всего, должен прочитать каждый.

Баффет считал, что историю Berkshire Hathaway следует рассматривать как «разворачивающийся фильм, а не статичную фотографию», и писал каждое письмо, предполагая, что его читатели уже читали предыдущие. Как и многие хорошие произведения, письма написаны в разговорном стиле. Однако они не создавались небрежно. Баффет многократно переписывал их в течение нескольких месяцев. Многолетний автор Fortune Carol Loomis начала редактировать их в 1979 г. В течение первых нескольких десятилетий Лумис и Баффет пересылали друг другу черновики по FedEx, чтобы избежать телефонных споров. Журналистка Alice Schroeder в своей биографии Баффета 2008 г. «The Snowball» («Снежный ком») цитирует слова Баффета о том, что вскоре после первой встречи «Кэрол быстро стала моей лучшей подругой», помимо вице-председателя Berkshire Charlie Munger.
Однако, как бы искусно не были составлены письма Баффета, они все же производят то, что делают лучшие сборники писем: создают автобиографию. И в случае Баффета этот вид интеллектуальных мемуаров кажется особенно уместным. Он всегда предпочитал сидеть за столом в Омахе, подкрепляясь вишневой колой, конфетами и красным мясом, и заниматься тем, что для него важнее всего: анализировать рынки и бизнес.

Местами «Письма» могут показаться повторяющимися — после пятого упоминания вы пролистываете следующую ежегодную хвалебную речь Баффета о Tony Nicely из GEICO или упоминание о суровой, неувядающей Rose Blumkin из Nebraska Furniture Mart, — но в них также есть сюжет. Вы можете начать читать книгу, ничего о ней не зная, и изучить в итоге всю невероятную историю Berkshire.

После добровольного закрытия инвестиционного партнерства Баффета — фактически хедж-фонда — в 1969 г. у Баффета и Мангера остались только испытывающая трудности текстильная компания Berkshire Hathaway и две другие компании. 15 лет спустя Баффет размышлял о том, что эти три предприятия соответственно: "(1) выжили, но почти ничего не заработали, (2) сократились в размерах, неся при этом большие убытки, и (3) уменьшили объем продаж примерно до 5% от их размера на момент нашего вступления в компанию. (Кто сказал: «Нельзя потерять все»?)" О том, почему Баффет выбрал умирающую компанию в неблагополучной отрасли в качестве основы для построения конгломерата, в 2014 г. он написал: «У меня было 48 лет, чтобы подумать над этим вопросом, и я до сих пор не нашел хорошего ответа. Я просто совершил колоссальную ошибку».
Но мы знаем, чем всё закончится. В покадровой съемке письма объясняют, как это почти безнадежное начало (которое произошло во время медвежьего рынка 1968-1982 г.) превратилось в конгломерат с почти 400 000 сотрудниками, с большими долями акций в знаковых компаниях и с рыночной капитализацией в триллион долларов.

Как и почти с каждым другим крупным состоянием на Уолл-стрит, письма ясно показывают, что суть истории Баффета заключалась не в совершении выгодных инвестиций, а в построении успешного бизнеса. Этот бизнес, по сути, является проявлением характера Баффета. Его ключевые компетенции — терпение, логика, взаимность, реализм и невозмутимость.

Но у Berkshire есть и свои механизмы, и письма показывают, как они работают. Первый и самый крупный из них — это страховой бизнес, который, в отличие от большинства других, зарабатывал деньги как на андеррайтинге, так и на инвестиционной прибыли от растущего «плавающего капитала». Этот капитал в основном формировался за счет собранных премий по недорогому автострахованию GEICO и крупных, специфических договоров перестрахования (выбранных с целью получения прибыли, а не из-за объема), заключенных группой во главе с постоянно прославляемым Ajit Jain. («Мы впервые встретились в субботу утром, — писал Баффет в 2021 г., — и я сразу спросил Аджита, какой у него опыт работы в страховании. Он ответил: «Никакого». Я сказал: «Никто не идеален», и нанял его»).

Во-вторых, это заработанная репутация честной и дальновидной компании, что позволяло Berkshire укреплять свои конкурентные преимущества, став «предпочтительным покупателем» для частных компаний и предпочтительным поставщиком капитала для публичных компаний, особенно во время кризисов.

Третий важный аспект — самообладание. Баффетт закатывал глаза, когда речь заходила о квартальных целевых показателях (и целевых показателях роста в целом). Он игнорировал общепринятое мнение об использовании заемных средств. Он не был склонен продавать инвесторам новые акции и сожалел, когда приходилось делать это. Он знал, что люди посмеивались над ним, когда он упорно накапливал огромные суммы денег во время переоцененных бычьих рынков, как в 1990-х и в последнее десятилетие, но обычно он смеялся последним, когда у него были деньги, а у других — нет.

Четвертая передача — это способность менять стратегию — не регулярно, но уверенно. В конце концов, после многих лет поиска инвестиций в компании, подобные See's Candies, которая стабильно росла, имея при этом мало материальных активов, Баффетт пришел к инвестированию в капиталоемкие предприятия, такие как BNSF Railway. Когда Berkshire стала слишком большой, чтобы поступать иначе, Баффетт оценил преимущества множественных источников дохода и диверсификации. Наиболее известен его отказ от глубокой ориентации на стоимость, присущей его наставнику Бенджамину Грэму, в пользу советов Мангера, которого он называл «архитектором» Berkshire Hathaway. С тех пор стратегия Berkshire заключалась в том, чтобы «найти выдающийся бизнес по разумной цене, а не посредственный бизнес по бросовой цене».

Наконец, и что наиболее важно, имела место капитализация процентов. Баффет добился этого достойным подражания способами, владея на протяжении десятилетий акциями таких компаний, как American Express или Coca-Cola, и неподражаемыми способами, перераспределяя капитал внутри Berkshire из полностью принадлежащих ему предприятий (или дивидендов по акциям, или страховых премий), которые не могли продуктивно использовать капитал, в возможности, которые позволяли это сделать.

Конечно, здесь можно найти и краткое изложение формул успеха Berkshire. Точно так же можно спросить у Claude: «В чем смысл «Войны и мира»?» Но, сделав и то, и другое, вы упустите радостное, захватывающее впечатление от чтения — и от разнообразных методик, которым «Письма» целенаправленно учат. В 1952 г., когда Баффету было всего 22 года и он начинал свою карьеру в сфере управления капиталом, он учил инвестициям в Университете Омахи. На протяжении всей истории Berkshire он с радостью принимал студентов в своем офисе и в стейк-хаусе Gorat's, предлагая им провести день (и отведать стейк-бон) с мастером. В годы расцвета «Писем» с 1979 по 2014 г. Баффет регулярно предлагал читателям легкий и привлекательный курс MBA в виде двух-пятистраничных уроков о рентабельности капитала в сравнении с ростом прибыли на акцию, экономике медиабизнеса, корпоративном управлении, валютном риске, преимуществах «американского попутного ветра» и о многом другом.

Примечательно, что хотя некоторые уроки Баффета и полезны при выборе акций — «Если вы не готовы владеть акцией 10 лет, даже не думайте о том, чтобы владеть ею 10 минут» — большинство из них не особенно ориентированы на инвестиции в публичные компании. Действительно, в 2022 г. Баффет признал, что «за 58 лет управления Berkshire большинство моих решений по распределению капитала были не лучше, чем посредственными», объясняя рост Berkshire «примерно дюжиной действительно удачных решений» и силой сложного процента. «Письма» скорее будут полезны корпоративным менеджерам, страховщикам и особенно частным инвестиционным фондам (которых Баффет критикует, объясняя, почему «EBITDA вызывает у нас дрожь»).

Даже в его уроках по бухгалтерскому учету — включенных отчасти потому, что он любит шутить, что никто не хочет учить бухгалтерский учет — присутствует основной принцип: истинный успех в бизнесе строится на честности. Berkshire может позволить себе потерять много денег, как пишет он, но «ни капли репутации». Чтобы стать предпочтительным покупателем для частных компаний, Баффет пытался действовать так, будто «позиции менялись местами», и он, например, не стал бы закрывать приобретенные предприятия только потому, что их доходность была низкой.

Элис Шредер выделила три основных образа Баффета: коллекционер, проповедник и покупатель. Образ покупателя отчетливо прослеживается во многих его статьях о Уолл-стрит, как, например, в 2023 г.: Уолл-стрит «хотела бы, чтобы ее клиенты зарабатывали деньги, но то, что действительно приводит ее обитателей в восторг, — это лихорадочная активность. В такие времена любая глупость, которую можно продать, будет продаваться с удвоенной силой — не обязательно всеми, но обязательно кем-то». Но даже в своих самых острых письмах, таких как известная критика деривативов 2002 г., Баффет никогда не предстает как зануда. В основном потому, что он сам тоже демонстрирует свои недостатки, часто доходя до самокарикатуры: медлительный, склонный к ошибкам, ленивый, замкнутый, скупой и многословный. («Мы расскажем вам всё, что знаем… и, по крайней мере, в моём случае, даже больше»). В результате получается то, что литературный критик James Wood называет «комедией покаяния», а не «комедией исправления».

Это также делает письма невероятно смешными. Я был раздавлен, когда Баффет в 2001 г. положил конец восьмилетней истории шуток о ежегодном церемониальном первом броске, решив, что он слишком стар для этого. (1993: «Я уверен, что превзойду прошлогоднее унизительное выступление. В тот раз кетчер необъяснимо потребовал мой «синкер», и я послушно бросил мяч, который едва не попал мне в ногу»). Приобретение компанией Berkshire компании NetJets на протяжении многих лет не только оказалось хуже ожиданий, но и положило конец мастерскому жанру самоироничных шуток о «Неоправданном» — корпоративном самолете Баффета. (1987: "«А как же корпоративный самолет?» — грубо спрашиваете вы. Что ж, иногда человеку приходится подниматься выше своих принципов").
Иногда шутки просто нелепые: «В мире на самом деле есть только три типа людей: те, кто умеет считать, и те, кто не умеет». Многие из них посвящены старости, сексу или и тому, и другому.
Неспешная, мастерская подача шуток Баффета в письмах сопровождается его афоризмами, самый известный из которых — «Только когда наступает отлив, можно узнать, кто плавал голым». Но другие афоризмы годами циркулируют на Уолл-стрит («Когда руководство с непревзойденной репутацией берется за бизнес компании с плохой фундаментальной репутацией, то репутация этого бизнеса остается нетронутой») или заслуживают того, чтобы быть таковыми («Независимо от таланта или усилий, некоторые вещи просто требуют времени: нельзя завести ребенка за один месяц, оплодотворив девять женщин»).

Баффет, будучи неутомимым коллекционером, также получает удовольствие от замечательных фраз других. Он испытывает слабость к Мэй Уэст («Я была Белоснежкой, но сбилась с пути»), к оговоркам (Sam Goldwyn: «Прогнозы опасны, особенно те, которые касаются будущего») и к текстам кантри-песен. Он неоднократно использовал одну из шуток, чтобы предупредить того, кто был достаточно глуп, чтобы позвонить ему с предложением о реструктуризации или венчурной сделке: «Когда телефон не звонит, вы будете знать, что это я». Иногда цитата — это просто мудрость, соответствующая собственному мировоззрению Баффета. И многие из них сегодня особенно актуальны. Barton Biggs: «Бычий рынок похож на секс. Лучше всего он ощущается непосредственно перед тем, как закончится».

Баффет всегда интересовался инвестициями и зарабатыванием денег. Он никогда не занимался писательством как профессией. Тем не менее, его любовь к письму и общению имеет глубокие корни. Родители Баффета познакомились в редакции студенческой газеты Daily Nebraskan. Среди его первых важных приобретений для Berkshire были Buffalo Evening News и крупная доля в Washington Post. Баффет впервые встретил Katherine Graham из Post в 1971 г., когда обратился к ней с предложением о совместной покупке тогда еще самостоятельной публичной компании The New Yorker. Вероятно, это случайное совпадение, но больше всего Warren E. Buffett похож на стилиста The New Yorker, чьи инициалы являются анаграммой его собственных: EB White.
Подобно Уайту, Баффетт пишет так, как будто позиции поменялись местами, и он сам — читатель. И поскольку в «Письмах» он никогда не проявляется снисходительности, они сохраняют свой фирменный баланс: разумный, но не банальный, этичный, но не самодовольный, скромный, но не неискренний, хвалебный, но не приторный, патриотичный, но не шовинистический, шутливый, но не клоунский. Их стиль — противоядие от цинизма.
«Бен Грэм 45 лет назад научил меня тому, что в инвестировании не обязательно совершать экстраординарные поступки, чтобы получить экстраординарные результаты, — писал Баффет в 1994 г. — В более позднем возрасте я с удивлением обнаружил, что это утверждение справедливо и для управления бизнесом. Менеджер должен хорошо справляться с основами и не отвлекаться». То же самое относится и к писательству.

Фраза «исключительно обыденно» описывает стиль писем Баффета, личность Уоррена Баффета и стратегию Berkshire Hathaway. Они также взаимно усиливали друг друга. Письма помогли Баффету привлечь и обучить терпеливых, информированных инвесторов, необходимых Berkshire для приумножения капитала. Его прозрачная, самокритичная бухгалтерия также имела деловую ценность. «Чарли, — объяснил Баффет в 2021 г., — называет это явление эффектом орангутана: если вы сядете с орангутаном и внимательно объясните ему одну из своих заветных идей, вы можете оставить после себя озадаченного примата, но сами уйдете, думая яснее».

Следует отметить, что эти письма не предназначены для чтения перед сном. Нынешний формат — громоздкий том весом в пять с половиной фунтов — меньше подходит для того, чтобы располагаться на прикроватной тумбочке, а скорее для того, чтобы быть таковой. (Макс Олсон, редактор этого сборника, печатает письма на бумаге формата 8,5x11 дюймов, в соответствии с форматом годового отчета). Тем не менее, их можно с удовольствием читать в течение года, по одному-два письма в неделю.
Надеюсь, что когда-нибудь какой-нибудь предприимчивый издатель соберет эти 600 000 слов или около того — примерно в три раза больше «Моби Дика» — в два печатных тома и добавит к ним книгу с лучшими шутками, цитатами и высказываниями Баффета. Издатель также должен дать сборнику достойное название, а не просто представить его как перепечатанные письма. Баффет рассказывает, как в 12 лет слушал, как его дед диктовал ему отрывки из его собственных мемуаров: «Как управлять продуктовым магазином и несколько вещей, которые я узнал о рыбалке». Наверняка, всем нам не помешала бы еженедельная порция книги его внука «Как управлять конгломератом и несколько шуток о сексе».

В письме 2014 г., посвященном 50-летию Berkshire, Мангер написал пять страниц — единственное подобное включение в этот том. Мангер объяснил, что Баффет всегда задумывал эти письма как «личный вклад, подобно профессору Бену Грэму, в распространение накопленной мудрости». Баффет также всегда стремился к «взаимовыгодным результатам повсюду».
Письма, безусловно, являются таковыми. Приближаясь к 96 годам, Уоррен Баффет добился успеха, как никто другой, если оценивать победу по трем составляющим: богатству, времени, проведенному на земле, и почти безупречной репутации порядочного человека. Но и мы побеждаем благодаря нашей способности учиться и с энтузиазмом восхищаться тем, как он этого добился. Письма — это не наш утешительный приз. Это его дар."

Телеграм-канал «Интриги книги»