Цены на никель на London Metal Exchange перевалили за 17 тыс. долларов за тонну и к лету мы можем их увидеть в районе 19-20 тыс. долларов. В общем как пойдут.
Пойти в сторону подорожания никель может под влиянием двух несвязанных между собой факторов, явного и неявного. Явным фактором является пересмотр в прошлом году правительством Индонезии политики предоставления разрешений на добычу руд: трехлетние квоты были заменены на годичные.
Все компании, занимающиеся разработкой никелевых месторождений, были вынуждены подавать заявки на получение квот на 2026 год, воз и ныне там — никому из них новых разрешений еще не выдали.
Пока лишь ходят слухи о том, каков может быть размер квот. Участники цветной металлургии Индонезии ожидают их снижения эдак на 30%, что неминуемо приведет к уменьшению производства никеля и далее по цепочке сокращению его предложения на глобальном рынке, толкая цены вверх.
Неявный фактор — развернувшийся военный конфликт между Ираном и США & Co. Формально он никак не должен влиять на мировой рынок никеля — в странах Персидского залива никелевые руды не добываются и металл из них не выплавляется.
На самом деле воздействие от него есть — вооруженные силы Ирана, заблокировав Ормузский пролив, разом остановили вывоз из стран Персидского залива серы, которая (как несложно догадаться) нужна для выпуска серной кислоты, используемой для выщелачивания никелевого сырья.
Запасов серы на складах Индонезии хватит от силы на месяц и с альтернативными источниками негусто — сера еще нужна для производства комплексных удобрений.
В результате либо правительство Индонезии квотами «обломает» выпуск и экспорт никеля, либо Иран оставит тамошние металлургические заводы без серы. Несложно догадаться, что от сложившейся ситуации выиграют производители никеля, способные себя обеспечить серной кислотой или не применяющие ее совсем, в частности, «Норильский никель».