Французский связной: пока Великобритания закрывает свои порты для российского газа, Франция участвует и в его добыче, и в его перепродаже

В Евросоюзе опять переживают, что местные ограничения никак не могут лишить Москву доходов от продажи энергоносителей. Financial Times внимательно изучил вопрос перевалки сжиженного природного газа из Сибири и c негодованием констатирует, что более 20% российского импорта реализуется благодаря портам ЕС. И это при том, что Великобритания и Нидерланды вовсе отказались принимать газовозы из РФ.

Забанив российские нефть и уголь, ЕС не стал накладывать санкции на газ. При этом чиновники постановили, что к 2027 году государства, входящие в союз, должны отказаться и от него. Великобритания с Нидерландами не стали откладывать дело в долгий ящик и запретили перевалку энергоресурсов на своей земле, закрыв свои порты для российских газовозов. Однако Бельгия, Испания и Франция не стали отказываться от прибылей, самостоятельно плывущими к ним в руки. Так что поставки СПГ сюда осуществляются на регулярной поставке, после чего товар экспортируют в другие государства. 

Российские потоки СПГ по экспортным терминалам попадают в северо-западную Европу в основном из Ямала. Крупнейшими акционерами сибирского завода «Ямал СПГ» сегодня остаются «Новатэк», Китайская национальная нефтяная корпорация и французская TotalEnergies. Ранее TotalEnergies сообщала, что больше не будет учитывать в отчетности свою 19,4-процентную долю в «Новатэке», это приведет к обесценению в размере около $3,7 млрд. Но и выходить из российского проекта «Ямал СПГ», в котором имеет 20-процентную долю, не собирается.

Вот и порты Франции не спешат захлопывать свои причалы для грузоперевозчиков. Хотя в 2023г. в бельгийский Зебрюгге поставлен наибольший объём российского газа. Французский Монтуар-де-Бретань по поставкам в этом году лишь на втором месте. Далее следуют испанские Бильбао, Мугардос, Сагунто, Хуэлва и Барселона. С такими объёмами потребления российского газа, неудивительно, что в Европе стараются избегать щекотливых вопросов. Пока от всякого неприятного озвученного вслух пытаются отбиваться долгосрочными контрактами, заключёнными ещё до начала СВО - бельгийская газовая компания Fluxys подписала 20-летний договор с «Ямалом», который истечёт только в 2039г. 

— Трудно активно протестовать против экспорта [российского СПГ] в другие страны, если они используют его сами, — считает бывший государственный секретарь Норвегии по энергетике и советник консалтинговой компании Eurasia Group Амунд Вик. — Вы увидите, как они ходят на цыпочках вокруг этой темы этой зимой.

Но полученным топливом можно не только пользоваться по предназначению, но и торговать. Данные аналитического центра Institute for Energy Economics and Financial Analysis говорят, что из 17,8 млрд кубометров СПГ, отправленного в Европу за первые три квартала 2023г. 21% было перегружено на суда, предназначенные для стран, не входящих в ЕС, включая Китай, Японию и Бангладеш. Учитывая то, что Европа раньше получала по трубопроводам 155млрд м3 газа, эти цифры выглядят смешно, вот пытается заместить выбитые объёмы СПГ завезённым из США, Норвегии и Катара. Но этого маловато будет. В 2023 году страны ЕС стали крупнейшим покупателем российского сжиженного газа, приобретя более половины экспортируемого Россией СПГ на сумму более 6,6 миллиарда долларов. 

Такие цифры, впрочем, не способствуют реактивному развитию отрасли в стране. России в сложившихся условиях приходится приостанавливать запуск крупнотоннажных заводов по производству СПГ. Уход европейских компаний с рынка производства СПГ затормозил реализацию сразу четырёх крупных проектов. «Газпром» рассматривал вариант строительства завода на Штокмановском месторождении в Баренцевом море, мощностью до 30 млн тонн в год. «Роснефть» собиралась в рамках проекта «Сахалин-1» строить «Дальневосточный СПГ» мощностью 6,2 млн тонн в год. «Новатэк» занимается «Арктик СПГ-2» проектной мощностью 19,8 млн тонн в год. Ещё один проект «Газпрома» — Амурский газоперерабатывающий завод. Все они сегодня находятся в подвешенном состоянии, и специалисты не берутся утверждать, когда их запустят. 

— Если говорить про старт больших и крупных проектов, которые были запланированы, как минимум сдвинулись по срокам реализации, — рассказал президент Национальной ассоциации СПГ Павел Сарафанников. — Везде по-разному. Где на год, где на два. Где вообще непонятно. Основные вопросы, которые у нас сейчас появились с тем, что европейские компании ушли, — отсутствие собственных технологий и наличие, скажем так, критически важного оборудования. Если мы говорим о малотоннажном производстве, то здесь у нас есть компетенции, есть профит, то среднетоннажные и крупнотоннажные полностью были основаны на иностранных технологиях. Критические элементы в технологии тоже были в основном иностранного производства.

В общем, всё сложно. Особенно на фоне заявлений официальных лиц, настаивающих на полном отказе от экспорта российского СПГ. В декабре чиновники собираются согласовать правила, которые позволят государствам-членам ЕС препятствовать доступу российских и белорусских операторов к газовой инфраструктуре союза. При этом и расклад для обеих сторон понятен: одним топливо нужно продавать, чтобы не останавливать добычу, другим покупать, чтобы не останавливать жизнь. Так-то вариант с жизнью выглядит куда более важным, но когда дебильноватый начальник отдаёт один разорительный приказ за другим, ни логика, ни математика уже не действуют. Может жадность возобладает?