Экономика России: логика дворовой шпаны

В последнее время я неоднократно говорил о том, что тактические краткосрочные решения российского политического руководства вполне рациональны и эффективны для ее, власти, выживаемости и удобства и с учетом тех возможностей, которые у этой власти есть. Это касается как геополитического авторства, так и внутренней социально-экономической политики. Эмпирические и аналитические основания для такой оценки содержатся в моих предыдущих статьях.

Точно так же я часто говорю о том, что стратегические решения, принимаемые современной властной российской элитой совершенно дегенеративны, деградационны и попросту губительны.

Здесь же я бы хотел еще раз привести одну из иллюстраций рациональности и адекватности действий Кремля относительно своих интересов, а именно — решение об оплате рублями углеводородного экспорта. К сожалению, некоторые уважаемые эксперты не вполне понимают смысл этой затеи, ошибочно трактуя ее как глупость и бессмысленность.

В частности, в недавнем разговоре на канале Радио Свободы, Михаил Крутихин – партнер компании RusЕnergy, уважаемый эксперт по нефтегазовому рынку — высказал мнение, что власть делает бестолковые поступки. Например, утверждает г-н Крутихин, российские власти в политической горячке заявляют о переходе на рубли, как валюты транзакций в углеводородном экспорте, после чего приходится выстраивать бессмысленные схемы, чтобы глупость угрозы не стала очевидной, поскольку смысла в этой прокламации не было никакого.

С сожалением вынужден сказать, что г-н Крутихин, возможно, не понимает сути этого вопроса. А суть проста: российской стороне было необходимо избежать ареста или замораживания экспортной выручки российских продавцов нефти и газа как главного источника экспортных доходов бюджета и жизненного ресурса российской власти. Для этого была выстроена абсолютно разумная схема, в которой все транзакции теперь концентрируются на российской стороне.

Как это было устроено раньше? Европейский покупатель оплачивал покупку продукта в евро напрямую на счет российского продавца в европейском банке, после чего российская сторона конвертировала выручку в рубль и заводила в страну– или не конвертировала, сохраняя ее в валюте на счетах в российских или европейских банках.

Теперь же схема практически перевернута: европейский покупатель по-прежнему оплачивает покупку фактически в евро, но в две итерации. Сумма за поставку продукта в евро переводится покупателем на свой счет, открытый в российском банке, после чего покупатель конвертирует евро со счета в рубли и ставит их через свой второй счет — рублевый — на рублевый счет продавца.

Таким образом, экспортная выручка выводится из-под угрозы санкционной блокировки. А значит, обеспечивается безопасность доходной части бюджета, нейтрализуются инфляционные риски и сохраняется финансовый ресурс властной элиты. В тактическом плане это — разумное и эффективное решение.

Однако в стратегическом и фундаментальном аспекте такая политика — очевидно игра с заведомым поражением. В случае интенсивного нарастающего блокирования импорта невозможна покупка других необходимых товаров на вырученные деньги от продажи товаров своих. Другими словами, экспортная выручка — это просто транзакционное звено в обмене товарами. Но если нет стороны обмена, то и выручка становится бесполезной.

Результат реализации этой схемы и ее экстерналий мы начинаем получать уже сейчас. Курс рубля интенсивно укреплялся под воздействием растущего баланса счета текущих операций – увеличения экспорта и сжатии импорта. Инфляционное давление пока гасится курсом и сохранением низкой затратной части бюджета, а также легитимизацией пиратской политики параллельного импорта, впрочем, как и экспорта. Однако никакой параллельный импорт или его реканализация не смогут заместить объемы, номенклатуру и технологичность прежнего импорта, его источников и качества. А это означает неизбежное неравновесие в спросе и предложении, потребностях и возможностях в недалеком будущем, т.е. неизбежно реальное обесценивания рубля так же, как и инновационно-технологическая деградация, сжатие потребительского ассортимента и его качества, и т.д. и т.п.

Как обычно, российская властная политическая элита умеет принимать эффективные решения, и, как обычно, они рассчитаны на короткий горизонт. Это наводит на мысль о поведении советских подростков-беспризорников из середины 20 века, а, впрочем, любой дворовой шпаны. Эти пацаны умеют быстро реагировать, умеют правильно припугнуть, умеют врать и воровать, умеют выживать сегодня и сейчас любыми доступными им способами: у них никого нет, кроме самих себя, и им не о ком беспокоиться и не о ком заботиться. Но именно поэтому они не умеют думать о завтрашнем дне: у них нет никаких позитивных перспектив и нет обязательств перед другими людьми, другими словами, нет стимулов для долгосрочного планирования. А те, у кого позитивные перспективы появились и реализовались, перестали быть уличной шпаной.

Вы не находите никаких аналогий? Разница только в возрасте: те ребята были юными, и впереди их ничего хорошего не ждало. Наши же «ребята» вовсе не юные, а совсем, то есть кардинально наоборот, но у них тоже нет никакого длинного «впереди», просто в силу возраста. И судя по их поведению, у них также отсутствуют стимулы для заботы о ком-то, кроме себя.

Вот только жаль, когда бесперспективность дворовой шпаны оборачивается бесперспективностью огромной страны и целого народа.