Санкции...

Если для новых пакетов санкций что по ту, что по эту сторону Атлантики нужен образ, то пожалуйста: хозяйка соскребает со дна кастрюли присохшие остатки варева. Не чтобы выбросить, а чтобы сервировать по тарелкам и назвать пищей богов.

Когда ограничения на уголь туда или на полупроводники сюда описываются не в модальности категорических запретов, а в сокращении потоков на сколько-то миллиардов долларов, это значит, что рубануть все под корень они, конечно очень хотят, но не могут. Не могут, даже истекая ненавистью, которую укропровокация в Буче раскалила добела.

У противника, конечно, есть понимание, что все, что он уже наворотил, вопреки ожиданиям не сломало ни нашу жизнеспособность, ни волю действовать дальше, а его собственной экономике и населению навредило очень болезненно. Но и оставшийся в его распоряжении несамоубийственный инструмент настолько небогат, что для его применения, во-первых, необходим этот самый новый пароксизм ненависти, во-вторых, применение все равно приходится выверять и дозировать, чтобы оставить на следующий раз хоть что-то.

Так что в целом никаких качественно новых вызовов для нас сейчас не появляется. Любой западный поставщик любых средств производства или компонентов к ним как был, так и останется в зоне крайнего недоверия. Задача заменять его либо своим производством, либо импортом из вменяемых стран никуда не девается. И конечно, по содержанию новых ограничений мы намотаем на ус, что руки у противника даже на фоне страшной провокации связаны существенно сильнее, чем ему хотелось бы показать.