Однако займы не могут существовать вечно. Если продолжать выпускать их в больших размерах, чем, например, в 1956 году, то это будет уже обременительно для населения. Если же займы выпускать на меньшую сумму, то она почти вся уйдет на оплату выигрышей и погашений по ранее выпущенным займам.Надо иметь в виду также и то, что, прекратив выпуск новых займов и продолжая в то же время выплаты населению по тиражам выигрышей и тиражам погашения ранее выпущенных займов, государство вынуждено было бы сокращать ассигнования на нужды народного хозяйства и на улучшение благосостояния трудящихся. В этом случае государству пришлось бы пойти на замедление темпов роста промышленного и сельскохозяйственного производства, жилищно-бытового и культурного строительства, что противоречило бы коренным интересам государства и народа. Поэтому интересы коммунистического строительства, общие интересы всех трудящихся требуют одновременно с прекращением выпуска новых займов отказаться от проведения тиражей выигрышей и отсрочить погашение облигаций ранее выпущенных займов. Это даст возможность государству из года в год увеличивать средства на строительство жилищ, школ, больниц и других культурно-бытовых учреждений, на расширение производства товаров народного потребления.
Это цитата из постановления, отменяющего пирамиду, «О государственных займах размещаемых по подписке среди трудящихся Советского Союза»
sssr.regnews.org/doc/tq/no.htm
В переводе на русский это означает, что привлеченные в том же объеме средства целиком уходят на обслуживание долга, даже несмотря на всяческие ухищрения по этому обслуживанию.
Сталинская система действовала как заурядный мошенник, выстроив пирамиду.
Хрущев объявил технический дефолт, отсрочив выплаты на 20 лет. Альтернатива была только одна — наращивать долг, обирая население. Выплатить этот долг из госказны было невозможно, это бы означало крах эконимики.
Там говорится о том, что население, в целом, одобряло это решение. Я думаю, что тут преувеличения нет. В это время с облигациями уже ходили в туалет, и обклеивали ими стены. Никто не верил ни в какое погашение, хотели лишь избавится от обязаловки по их втюхиванию