Сказка про богатыря русского, Илью Питерца))

Жил да был старик со старухой, и была у них… Нет, не курочка-ряба… печь в избе. И жил на той печи сынок их, Илюшенька. Ну а чего на ней не жить? Если печь столько энергии даёт, что хватит и на родную хату и ещё и соседям загнать можно.

Илюша поначалу рос мальчиком худеньким, дробненьким, неприглядным. Никто его и не замечал, как Мальчика-с-Пальчика. Обидно стало Илюше. И решил он стать богатырём сильным, и показать свою силушку ворогам завистливым. Стал он борьбой японской заниматься,


да по лесам бегать. Поймает медведя, оседлает его, и давай кататься верхом.


Ну, а чтобы не скучно было на печи лежать, придумал Илюша себе кукол. Одну на правую руку нацепил, назвал её Игошей. Другую на левую руку, назвал её Митькой. И давай ими командовать.


Правой руке, Игоше, говорит:

— Ты, Игоша, пройдись по нашему царству-государству, да собери всё, что понравится, да что потом можно будет продать подороже. А ежели кто воспротивится, то ты ему корзинку с колбасками предложи, чтоб было с чем потом чаю в остроге попить.


Как-то раз пришло время Илюше с боку на бок перевернуться на печи. Ну не лежать же всю жизнь на одном боку. Так он достал левую руку, с куклой Митькой, и говорит ей:

— Я, Митька, сейчас перевернусь на другой бок, а ты покарауль моё нагретое место, чтоб не остыло. Да так карауль, чтоб никакая Жучка, никакая Кошка с Рыбкой… ой, то есть, с Мышкой, не посягнула на тёплое место. А я чуток полежу на другом боку, да и перевернусь снова.


Так и жил Илюша на печи, припеваючи. А матушка с батюшкой кормили его, одевали да обували на доходы от оброка с крестьян да мелких ремесленников.

Но пришла беда в дом, стало батюшке худо. Говорит он:

— Я устал. Я ухожу. Прими, Илюша, от меня дела домашние.

А Илюша и отвечает:

— Не время, батюшка, расслабляться. Чтоб ты не думал про усталость, я тебе пенсионный возраст повышу. Теперь к вам с матушкой усталость придёт за пару дней до ухода… Если дождётесь… Так что, пока меня на ноги не поставите, про усталость даже и не думайте. А лучше принесите мне еды домашней, сыра да рыбы.

Отвечает ему батюшка:

— Да ты что, Илюшенька? Откуда у нас сыру то взяться? У нас и молока то своего нет, потому, как нет коровы. А рыбаков так оброком обложили, что рыба дороже курей стала. Один рыбак давече жаловался. Проще из зерна что-нибудь приготовить. Его нынче много собрали.

— Ну так вы мне сыра заморского купите!

— Илюша, негоже россиянину вражеский сыр кушать! Коровы, да сыр, только у басурман вражеских.

— Да бросьте! Попросите соседа, батьку Лукошкина, купить у них сыра. Он не откажется. А вы потом у него возьмёте. Вот и не будет наш сыр вражеским. Будет соседским. Зато вкусным! И не надо будет своих коров заводить, да с приготовлением возиться)))


А для особо сложных пожеланий были у Илюши другие куклы, Двое из ларца, одинаковы с лица, братья Ртомипопойхаппенберги. Эти братья могли всё, что Илюшиной душе пожелается, исполнить. Хоть мост через Керченский пролив, хоть все дороги оброком обложить. Сделают всё, что угодно. Было бы сказано. И даже народная молва им не помеха.


Вот так и жил Илюша, не тужил, 33 года на печи, пока орда басурманская вообще не распоясалась. Все русские сёла, фермы да  фабрики поскупила, оброком обложила, да ещё и ультиматумы в виде санкций установила. Решил Илюша разобраться, кто в этом доме слово весомое имеет, он или басурмане ордынские?

Встал Илюша с печи, достал свою булаву, и говорит:

— «От Тайги до британских морей Красная армия всех сильней»

И пошёл махать булавой.


Только кости басурманские затрещали. Но тут на шум сбежались войска из других ордынских ханств. За ними и индейцы заморские подтянулись, расчехлив свои Томогавки.


И пошла тут резня да битва не на жизнь, а на смерть… Много ли полегло в той битве? Одному богу известно. Потому как летописцам запрещено было писать про потери. Можно было только про подвиги геройские… Но одна почитаемая бабка-ведунья уверяет, что молва о геройских похождениях Илюши разошлась по всему свету белому, и помнили его долго-долго.

Вот так и осталась быль о богатыре русском, Илюше Питерском. Хотя летописцы заморские о нём только небылицы слагали.

Вот и сказочке конец! А кто выжил – молодец! Потому как во времена Илюши простой русский народ не жил, а выживал, кто как может.
Сказка ложь, да в ней намёк — добрым молодцам урок!